Вася (СИ)

Вдруг мы услышали глухой трубный звук, доносившийся из города.
— Что это?
— А, всё нормально. Так у нас приветствуются члены великой семьи и гостей, — отмахнувшись, проговорил Лис.
— Понятно. Как будем спускаться? — я снова посмотрел вниз. Дунул резкий ветер и я чуть было не сорвался. Ловкий лис крепко схватил меня за капюшон ветровки.
— Эй, осторожно! Мне велено привести тебя в целости и сохранности! — обеспокоено проговорил он, а потом, как ни в чём не бывало, добавил: — Будем спускаться вниз по лестнице, — и пошёл в сторону больших и раскидистых кустов. Отодвинув их лапой, я увидел широкие белые лестницы, ведущие куда-то вниз. По бокам были сделаны гладкие перила из белого камня.
— Оу! Ничего себе! А я только хотел поинтересоваться, каким образом ты видишь наш спуск? Слушай, а ведь я до сих пор не знаю, как тебя зовут. Ты вроде как мне только что жизнь спас.
Лис повернулся в мою сторону и, почесав затылок, как-то не решительно произнёс:
— Тут понимаешь, в чём дело, Василий…, я не могу назвать тебе своего имени. Вроде как у нас этого делать нельзя согласно очень древним традициям. Конечно, я бы давно пересмотрел некоторые законы и, скажем так, обновил кое-что, но в силу своего статуса меня не допускают в библиотеку прошлого.
— И?
— И… можешь дать мне своё имя.
— В смысле? Я могу назвать тебя как захочу?
— Ну да, — улыбнулся он.
— А между собой вы как общаетесь?
— Ну, между собой мы можем его произносить, а ты чужак, хоть и важный для нас чужак, — чувствовалось в его голосе вина.
— Да ладно, не вопрос, — усмехнулся я.
— Ты, правда не в обиде за наши порядки?
— Конечно! Они же ваши. Та-а-к как бы тебя назвать? — я задумчиво уставился на лиса.
Тот сначала смотрел на меня, но видимо от моего взгляда ему стало не комфортно, и он уставился на куст, параллельно обдирая на нём листочки. Они падали вниз, но до земли не долетали, испаряясь на лету. Невероятно!
У меня никогда не было домашнего животного, поэтому никогда не придумывал имён или кличек. Своего друга я не считал домашним животным, но, тем не менее, долго не мог придумать имени.
— Слушай, а как тебе имя Эйнштейн?
— Эйнштейн? Хм, а кто это?
— О, это известный во всём мире физик, лауреат нобелевской премии. Ну как тебе?
— Не знаю, а ещё варианты будут?
— Блин, ну надо подумать… — почему-то, кроме как имени своего лучшего друга Костяна в моей голове ничего больше не крутилось.
— А Костян как тебе?
— А это кто? — с любопытством спросил он.
— Это мой дружище, классный чувак! Мы с ним с детских лет дружим. Я бы мог ему доверить свою жизнь. Он свободен в желаниях, делает, что хочет и всегда полон каких-то невероятных идей, — я понял, как мне его не хватает.
«Вот было бы здорово, если бы и Костян здесь оказался»
— Пожалуй, я готов быть Костян классный чувак! Мне нравится. Привет. Привет. Ты кто? Я Костян, классный чувак. Да, определённо звучит хорошо. Я, конечно не знаю, кто такой этот чувак. Ну, раз Костян твой лучший друг, то плохо о нём ты отзываться точно не станешь, — усмехнулся он и начал спускать вниз, продолжая представлять всем невидимым прохожим.
— М-да. Надеюсь, когда я об этом расскажу настоящему Костяну, он не скажет мне, что я псих. Слушай, Костян, — на удивление лис тут же обернулся.
— Да, друг Василий! — он улыбался, а его хвост, который всё это время был не сильно задействован в беседе, как-то активно туда-сюда вилял.
— А ты так мне и не рассказал про бабушку, откуда вы её знаете?
— А ты и не спрашивал о ней, а я и не стал навязывать этот разговор.
Он как — то быстро увлёкся новым именем и казалось, что сейчас ему было интересней играть с ним, чем говорить со мной.
— Привет, я Костян. Костяяян. Слушай, это имя звучит как слово «кость», это так и задумано? — проговорил он, спускаясь вниз.
— Навряд ли. Так что там с бабушкой?
— А, ну да. Бабулю твою мы чтим и очень уважаем. В первый раз, когда нам понадобилась её помощь, это было лет 70 назад. Она была тогда почти твоего возраста. Говорят, она была красоткой и отчаянной девицей! А потом ещё несколько раз приходила к нам. Ну те разы она была уже нашим желанным гостем. Вроде как в отпуск приезжала.
 
— Вот значит куда она уезжала, когда говорила, что едет отдыхать в горы! Ничего себе! А зачем она в первый раз то приходила? Можно как-то более подробно?
— Ну как тебе сказать.
— Как есть. Мне кажется, что ты уже вряд ли сможешь удивить меня чем-то ещё, — я усмехнулся.
— Нуу, я бы так не был уверен. В общем, тут лет семьдесят назад началась делёжка за власть. Мне родители рассказывали. Сейчас Румма прекрасна и спокойна, но много лет назад ты бы её не узнал. Был хаос. Жители боялись покидать свои норы, чтобы не быть пойманными мраморными лисами. Многие так и умирали от голода в своих домах. Власть делилась между серебристыми лисами и мраморными. Пытались вмешаться чёрные лисы, но их было так мало, что они предпочли отступить, чтобы сохранить свой вид. Считаю, что они поступили мудро. В общем, почему собственно началась борьба за это место. В камнях, что являются стенами этого города, кроется какая-то сила, которая продлевает нам жизнь на многие годы. Здесь всё растёт и цветёт из сезона в сезон. Если ты немощный и старый, то только в этом месте сможешь поддерживать свою жизнь и чувствовать себя лучше. Нет. Ты наверно Василий подумал, что мы все здесь бессмертны? Это не так. Скалы только лишь продлевают жизнь, но не делают нас бессмертными. К сожалению, больных они исцелить не могут, но поддерживают жизненные силы. Но есть и обратная сторона этого преимущества. Представь, что ты живёшь здесь с рождения, ты не приехал из соседних земель, что можешь вернуться. Вдруг заболел, серьёзно заболел и боль нестерпима, она раздирает изнутри, как сотни диких жёлтых муравьёв, которые могу сожрать тебя заживо. И вот лежишь, жизнь никак не заканчивается, а боль от лун до солнц, мучает тебя, что сил нет терпеть это. Понимаешь? Вот почему они просят отвести их к пушкам, чтобы быстро, раз и всё!
От его рассказа по моему телу побежали мурашки и стало так жутко, что аж словами не передать.
— Поэтому здесь и летают, Красавы?
— Да, ведь энергия скал распределяется не только «по чаше», но и уходит наверх. Красавы даже гнёзда приспособились делать в скалах и особо никуда далеко не отлетают, разве что только в поисках еды. Но на их счастье её тут полно, так как многие уже поняли, в чём секрет этих камней.
— А что или кого же они едят?
— О, ты не поверишь, но это единственные живые существа, которые способны переносить яд пушков, — усмехнулся лис.
Мы всё так же продолжали спускаться вниз, мне показалось, что длиться это уже целую вечность.
— Понятно. Так и что там с моей бабуленькой-то?
— Твоя бабуленька, оказалась тем самым союзником, кто смог примирить оба клана и каким-то невероятным способом посадить на трон династию серебристых лис. Мраморным она пообещала найти новые земли, где бы они могли так же процветать и жить в гармонии, — закончил Костян.
— И она нашла им это место?
— Конечно, они живут теперь далеко на севере. Да, им поначалу было тяжело приспособиться к новым условия, да и земля была новой, животный мир другим. Она какое-то время им помогала. Зато сейчас это одна из самых богатых и процветающих земель. Евдокию здесь многие виды лис почитают, уважают. А когда она возвращалась сюда, некоторые кланы даже между собой ссорились, каждый предлагал своё жильё и комфортные условия.
— Хм, надо же. Почему она мне никогда об этом не рассказывала? Дак получается, что у вас опять произошло что-то из ряда вон выходящее, раз понадобился я?
 
«Наконец-то я вижу конец этих дурацких лестниц»
— Я не хочу тебе пока об этом говорить, так как не имею права. Давай дойдём до оракула, и он тебе всё скажет, — как-то увиливал от ответа Костян.
Наконец мы наткнулись на большие кусты.