Я подарю тебе новую жизнь (СИ)
МакSим — Не отдам
Виктория
— Забираешь своего сопляка и проваливаешь. Будет сопротивляться — вызывай ментов. Этой дряни не помешает посидеть на нарах. Всё понял?
Вытаскиваю из сумочки пачку с тонкими сигаретами, достаю одну, поджигаю зажигалкой, предварительно щелкнув кнопку внутри фильтра и затягиваюсь с превеликим наслаждением, выдыхая кольца дыма в узкое пространство авто.
Мужчина сидящий рядом неопределенно ведет плечами и, шмыгнув носом, скалится:
— А бабло? Ты обещала!
Хочется заорать на этого дебила, но я лишь перегибаюсь к заднему сиденью и хватаю сумку в которой хранится несколько внушительных пачек красненьких купюр. Пришлось потратиться на это достаточно рисковое предприятие, в надежде, что игра стоила свеч.
— Забирай и пошел вон. Не дай бог узнаю, что ты меня нагрел. Пеняй на себя. Уяснил?
— Не кипишуй, детка. Я человек чести.
Невесело хмыкаю рассматривая убогого, который невольно стал моим напарником. У судьбы явно своеобразное чувство юмора.
— Ты только скажи, на кой хер тебе этот слащавый? — скалит гнилые зубы бабуин и наклоняется ко мне чуть ближе, поигрывая бровями. — Я ведь гораздо лучше. Пусть себе тетешкает чужого пацана дальше.
— Не твоего ума дела, — рычу я, сквозь зубы. — Вали, давай. И чтобы больше никогда здесь не появлялся. Никто не должен знать, что мы хоть как-то знакомы.
Этот слащавый, как выразился папаша мелкого засранца, ничто иное, как мой счастливый билет, который я уж точно не упущу и не отдам никакой блеклой мыши, по типу его бывшей женушки.
Потратить столько с*ка лет впустую? Упустить золотую жилу? Я не тупоголовая дурочка, за которую он меня принимает и своего уж точно не упущу.
Яна, Яна, Яна — это чертова Яна отравляла всю нашу совместную жизнь. Не было и секунды, когда он не бредил ею. И я терпела. Делала вид, что не замечаю, как украдкой он смотрит их совместные фотографии, как ночами заседает в гостиной и строчит что-то в своём ноутбуке. Однажды, я сунула туда свой прекрасный носик и откопала целый архив писем, где адресатом была она.
Именно поэтому я прислала ей это дурацкое приглашение на свадьбу. Хотела увидеть, как она корчится от боли. Хотела знать, что новая жизнь Сергея без нее, вскроет ей вены, лучше всякого лезвия. Я ненавидела её всей своей душой. Я хотела, чтобы она страдала.
Как оказалось, одна моя ошибка повлекла череду новых. И вот уже суровый и непоколебимый Царёв послушной собачонкой бежит её спасать, срывается на помощь, позабыв о свадьбе и наличии невесты. Нагло предает меня, врет глядя в глаза, а после и вовсе уходит.
— Тварь! — ору как всю мощь своих легких. В стену летит стакан с водой, разбиваясь вдребезги.
Порядочный до зубового скрежета м*дак, так благодушно оставил мне квартиру, в которой мы жили, но этого было ужасно мало. Что такое маленькая двухкомнатная квартира, когда как на кону стоит банковский счет и беззаботная жизнь на многие года.
Нет, я не привыкла сдаваться. Прогрызать себе дорогу и идти по трупам я умела слишком хорошо. Иначе так и осталась бы девочкой из маленькой забитой деревушки на окраине Сибири.
Действуя на голых эмоциях в одном розовом шелковом халатике, в тот день, когда он решил «осчастливить» меня нашим расставанием, я сбежала за ним, но увидела только багажник скрывающегося за поворотом автомобиля. И решила проследить, куда он направится дальше. Именно так я и вышла на Игоря, который оказался весьма ответственным родителем и продал Царёву своего щенка за сущие копейки.
Я ухмыльнулась, вынырнув из воспоминаний и, подождав пока пьяница вывалится из моей машины, дала по газам. Стоило поторопиться, ведь Сергей мог явиться с минуты на минуту. Наш новоиспеченный папочка обязательно подставит под сомнение своё отцовство и факт моей беременности, но у меня уже давно приготовлены козыри в рукавах.
— Ох, Сереженька, — приговариваю я, красуясь у зеркала дома в черной кружевной комбинации, которая так сексуально обтягивает моё сочное загорелое тело. — А ведь можно было просто жениться на мне.
Царёв не ищет легких путей никогда. Безумец, обожающий сложности.
Я же была для него идеальной. Ничего не требовала, заглядывала ему в рот, лишний раз, боясь, вякнуть хоть слово. Ежедневный секс, красивые ужины, тренажерный зал, строгая диета. Да на меня, мать вашу, молиться следовало. А он что? Ушёл к истеричке, которая каждодневно мотала ему нервы. Даже подкидыша этого согласился взять под крылышко и обогреть, когда как со мной настолько щепетильно относился к предохранению, что казался мне чертовым параноиком. Детей Сергей категорически не хотел, ссылаясь на то, что сын у него уже был. Лимит любви к детям у него исчерпан. Как же…Козел!
Ненавижу! Царёва, его бывшую, щенка этого малолетнего! Гореть им всем в преисподней за каждую мою угробленную нервную клетку. А уж ад на земле я им точно обеспечу.
Мобильный телефон гудит входящим вызовом, и я подскакиваю, надеясь увидеть на дисплее имя Сергея, но надежды оказываются пусты.
— А, это ты, — разочаровано тяну, принимая вызов. — Думала, Сережа звонит.
— Вчера так и не явился? — интересуется лучшая подруга на том конце провода. — Хотела узнать, прокатила справка или нет?
Переключаю её на громкую связь и возвращаюсь к зеркалу, чтобы нанести на губы кроваво-красную помаду.
— Не явился. Ничего, прискачет как миленький. Недолго ему бегать от меня осталось.
— Не боишься, что обман вскроется? Тебе надо забеременеть в ближайший месяц или уже подыскивать суррогатную мать, — нудит Анька.
Именно она и помогла мне с липовой справкой о беременности, а теперь трусит за своё хлебное место в женской консультации.
— Не боюсь, — фыркаю недовольно я. — Главное, пусть женится. А там видно будет. Всегда можно сказать, что не доносила плод. В наше время такое повсеместно.
— А если захочет проверить? Отведет тебя к своему врачу…
— Царёв? — хохочу я. — Да он только с виду такой суровый, а на деле тряпка тряпкой, каких еще поискать.
— Надо же, — врывается в наш диалог мужской голос, а после раздаются сухие аплодисменты. — Браво, Вика. Я и правда тебя недооценил.
Резко оборачиваюсь и застаю Царёва, стоящим прямиком в дверном проеме спальне. И его злой взгляд, и напряжённая челюсть не сулят мне явно ничего хорошего…
19.2. Сергей
«Сила в правде, но ты слабая
Мне так жаль, мне так жаль, послушай
Ты уходишь, я не замечаю
И печаль не берет за душу»
Костя Лакоста — Иностранец
Сергей
— Тряпка, значит, — невесело усмехаюсь и прохожу вглубь комнаты, наблюдая как эмоции сменяют друг друга на идеальном личике моей бывшей невесты.
Она бледна и напугана. Кроваво-красные пухлые губы на фоне этой бледности выглядят настолько пошло и неестественно, что я невольно кривлю уголки губ в омерзении.
Почему же раньше я этого не замечал? Конечно, я знал, что Вика далека от великой святости и тот кроткий вид, всего лишь удачно подобранный образ. Нет-нет, да истинная сучность невестушки прорывалась, но я старательно делал вид, что это в порядке вещей. Собственноручно позволял ей играть с собой, пытаясь как можно больше самоустраниться от этих отношений.
— Вика… — дрожит голос её подружки из динамиков телефона.
Выгибаю вопросительно бровь, но так и не дождавшись от Вики хоть каких-то действий, беру мобильный телефон в руки, опускаясь в глубокое кресло в углу комнаты.
— Она перезвонит, — на дисплее жму «отклонить вызов» и перевожу взгляд на переминающуюся босыми ступнями по полу Викторию. — Я тебя внимательно слушаю.
— Я…Сережа!
Глаза полные невыплаканных слез больше не вызывают у меня никаких эмоций. И подкосившиеся колени блондинки, её ползки ко мне на четвереньках и валяния в ногах, совершенно не дергают никакие струны души. Абсолютно. Полный штиль.
Я даже не могу злиться. Хотя, казалось бы, должен. Несколько минут назад меня обозвали тряпкой, да и вовсе пытались выставить полнейшим идиотом, подцепив на мнимую беременностью, как на рыболовный крючок. Но вопреки этому, разум был холоден. Более того, удовлетворен.