Пилюля (СИ)

Свердловчане разок вновь проверили меня на прочность. Выход два в одного. Наш Жибуртович ложится под шайбу, но соперник его перебрасывает целя в ближний угол. Резко привстав, парирую шайбу плечом. Диск отскакивает прямо перед воротами. Противник успевает на добивание первым и посылает шайбу в пустой угол. Но. за мгновенье до этого я отталкиваюсь ото льда и по-яшински лечу к другой штанге смахнув ловушкой паутину с угла ворот. Просто повезло. Шайба ударившись о ловушку прошла выше ворот…
В третьем периоде соперники расклеились посадив неудачно сыгравшее своё третье звено. Наши расслабились и показывали номера. Циркач Шувалов убежал один на один, объехал выкатившегося вратаря. Остановился в паре метров от ворот. Встал к воротам задом и забил себе между ног. Стадион ревел весь период не переставая. Не желая отставать от Шувалова голы завезли в ворота соперников Бобров, Бекяшев и Новожилов. 10:0.
Раздаю автографы после матча. Директор стадиона предупреждённый Коротковым приказал у служебного выхода поставить два стола и два стула. Я вышел первым и сел за стол. Милиционеры крикнув: "в очередь по одному", начали потихоньку пропускать людей к столу. Вышедший Сёва, увидев всё это покачал головой и сел за другой стол забрав половину карточек. Я спрашиваю: "На чьё имя подписывать?". И пишу типа "На память о хоккее. Марине от Юрия Жарова." Тут паренёк смутно знакомый улыбается и говорит: " "Напишите Юрию от Юрия Жарова". Мы с Вами тёзки.".
Охренеть – не встать.
Пишу: "Юрию Гагарину от Юрия Жарова с наилучшими пожеланиями."
– Ты где сейчас, Юрий? – спрашиваю у молодого пока неизвестного паренька.
– В Люберцах. В ремесленном учусь. – снова показывает всемирно известную улыбку.
– Сёва, подпиши, пожалуйста вне очереди, – и протягиваю гагаринскую карточку Боброву.
У следующей смешливой девчонки беру помаду и рисую вокруг своей подписи красное сердечко. Девушка визжит и показывает карточку своим подругам стоящим за оцеплением...
Васечка, ещё раз прогнав со мной новую песню, быстро оделся, и поскакал за новой подругой. Я в новом костюме подхожу к катиной квартире. Звоню, открывает.
Но вот почему такое происходит во все времена.
Кэт, сверкнув натяжением атласной попки под ночнушкой, умчалась с криком: " Я скоро. Подожди в зале."Сижу жду. Заходят Наталья Семёновна с Николаем Петровичем. Представляюсь. Катина мама покачав головой говорит мужу:
– Ты боялся, что у дочери кавалеров нет. Вот, смотри. Табунами друг за другом ходят. – И зыркнув на меня строгим взглядом, – Я нашу звёздочку за кого попало не отдам. Чтобы в десять вечера была дома.
Я киваю, не успев ответить потому что появляется она.
А радистка то наша настоящая красавица.
Заходим в ресторан. Администратор направляет нас в "спортивную" часть рассадки гостей. Футболисты, хоккеисты и другие спортсмены стоят группами, и живо беседуют периодически взрываясь хохотом. Напротив кучкуются лётчики, а в центре зала столики для почётных гостей. Из-за одного из них встают супруги Аджубей и движутся в мою сторону. Здороваемся. Спешу сказать, что Катя просто моя подруга без всяких амурных дел. Алексей недоверчиво глядит на стоящую рядом красавицу и качает головой, как бы говоря: "Ну, ты Жаров и кобелина…". Рада сообщает новость:
– В субботней "Комсомолке" будет статья про Аню. Папа прочитал про её жизнь и смерть. Сказал, что за такой подвиг в войну орден могли дать. Я так и назвала статью: " В жизни всегда есть место подвигу."
И неприязненно смотрит на Катю. Я, чтобы защитить гимназистку, говорю:
– А бандитов, что убили Анечку – поймали. Мы с Катей были на задержании. Она главаря своими руками чуть не убила. Её к правительственной награде представили.
 
Аджубеи после этих слов как-то по-другому посмотрели на хрупкую девушку. Тут зашел Амосов с нашей футбольной Принцессой. Зал притих. Мужская часть гостей захлёбывалась от повышенного слюноотделения. Любочка превзошла себя.
Администратор даёт команду оркестру. Музыканты играют "Авиамарш". Заходят Василий Сталин и три маршала Советского Союза: Будённый, Ворошилов и Булганин. Следом за столы садятся их жёны и другие приглашённые. После поздравлений началась самодеятельная часть концерта. Две оперные дивы из приглашённых исполнили что-то высокое, парни в офицерской форме под гармошку спели "Первым делом, первым делом самолёты". Потом вышли мы с Васечкой. Я обратился к генералу и маршалам:
– Эта песня про героев Гражданской войны. Она посвящается нашей погибшей подруге. Анечке Афанасьевой. [58]
Представляю со сцены следующую участницу:
– Майя Кристалинская исполнит песню "Ненаглядный мой" на стихи начинающей ленинградской поэтессы Риммы Казаковой.
Следом вышли Любочка с Катюшей. Спели "Белым снегом". Любочка уходит, а Катя подходит к микрофону и, глядя в зал, спрашивает у генерала:
– А можно я прочту стихотворение в честь моей подруги.
И, получив согласие, читает то, что уже недавно исполняла на чествовании артистов. Только тогда она была в школьной форме. [59]
К сцене подошел Василий Сталин, пожал руку Кате, поцеловал ручку Любочке. Заметив, недобрый взгляд жены, не оценившей галантное поведение мужа, поспешил объявить:
– Следующая песня посвящается жёнам лётчиков. И в частности моей жене Капитолине.(аплодисменты). Известная песня прозвучит на двух языках. Сначала Татьяна (кивает на певицу оркестра) споёт на английском, а потом её сестра Марина вместе со мной на русском. Вы решайте, что вам больше понравится…
Певица под гитарный аккомпанемент затянула заунывную песню. Когда подключился генерал дело пошло веселей… [60]
После продолжительных аплодисментов Василий Иосифович подошёл к нашим столикам, и приветственно кивнув всем, приказал:
– Жаров за мной. Мы там про сокращение армии поспорили. Я сказал, что неплохо было бы у обычного лейтенанта спросить, а чем он на гражданке займётся. А тут ты в лейтенантских погонах. Вот у тебя и спросим…
Сталин даёт знак оркестру "перерыв". Отходим с ним в сторонку на перекур.
– Твои сны про новый прицел у американцев разведка подтвердила. – генерал затягивается, морщась и, продолжает:
– Дал задание в НИИ ВВС определиться со сроком изготовления похожего прибора. Знаешь что ответили? В этом году возможно смогут сделать штуку с дальностью эффективного поражения 100–200 метров. Это для реактивной машины мизер… Там мой бывший зам генерал Редькин начальствует. Сказал ему если не сделают новый прицел к лету – пусть не обижаются… Угондошу!
Хлопает меня по плечу и говорит:
– Ну пошли. Только не наглей. Там тебе не тут…
Подхожу к маршалам. Представляюсь. Булганин, один из возможных приемников Сталина, смотрит внимательно. Будённый весело крутит ус, а Ворошилов говорит:
– Мне моя дочь Таня… Таня Фрунзе. Рассказывала про интересных молодых людей с которыми она познакомилась на дне рождения. Вы там были как я понимаю. Она как и вы лейтенант. Но запаса. Она в химическом институте работает. Пишет диссертацию. Как думаете найдут себя военнослужащие после увольнения из армии? Работы не везде на всех хватит…
 
Собравшись духом, отвечаю:
– Если сократить армию на пятьдесят. на сто тысяч, то люди со временем устроятся либо дома, либо уедут на стройки которых много. А если речь идёт про миллион или два…
– Полтора. Никита предлагает сократить на полтора миллиона, – замечает Булганин и делает жест мол продолжай.