Повелитель миров 4 (СИ)

— Ты, мелкое недоразумение. — Теперь и грозно посмотревший на Мишкена Краниос, стал понимать, что могло произойти. — Убери ка свои загребущие лапы от его ушей.
— Зачем? — Пройдоха попытался сделать вид, что не понимает, в чём его заподозрили.
— Лапы, говорю, убери от его ушей. — Ещё более строго, потребовал Краниос.
— Зачем? — Продолжил корчить из себя ничего не понявшего глупца брак.
— Да вот хочу посмотреть на алмазные заглушки, в ушах твоего барашка. — Хищный оскал гиганта не предвещал мелкому проходимцу ничего хорошего.
— Ты, что, думаешь, что я…! — Ох же и как же правдоподобно возмутился Мишкен. — Да, что я сорока какая-то, которая тянет всё, что блестит!
— Или ты сейчас же вернёшь алмазные заглушки в уши этой вонючки, на которой едешь, или эти заглушки окажутся у тебя, сам знаешь где. — Никто даже и не усомнился в том, что Краниос и в самом деле готов был исполнить свою угрозу.
— Я даже не удивлюсь, если они у него уже там находятся? — Несмотря на то, что Гапериан улыбнулся, говорил он вполне серьёзно. Да и было бы не удивительно, если бы пройдоха-брак додумался их там спрятать. Спрятать там, где, по его мнению, никто бы не стал искать алмазные заглушки в случаи обыска. Случись такой.
Поняв, что отвертеться не удастся, Мишкен невинно улыбнувшись, убрав лапы от ушей барана, выплюнул на ладонь, находившиеся всё это время у него во рту алмазные заглушки.
— Да я просто хотел их получше рассмотреть.
— А заодно и на вкус попробовать. — Гапериан сразу дал понять, чтобы Мишкен даже и не пытался их обманывать.
— Чего ждешь? — Недовольно рыкнул Краниос, так как брак, словно в гипнотическом трансе, устремил остекленевший взгляд на блестевшие в его лапе алмазные заглушки, за каждую из которых можно было год-другой, только и делать каждый новый день, что пить, есть и веселиться. — Засовывай уже эти стекляшки ему в уши.
Услышав последние слова гиганта, пройдоха как-то вдруг подозрительно так взбодрился. Без всяких лишних промедлений он засунул алмазные заглушки обратно в уши «Укрывателя».
Успев лучше других изучить своего шпиона, Ютиас сразу понял, что за мысли пришли тому в голову. И чтобы не дать браку совершить очередной глупый поступок, за который его уж точно все с радостью накажут, он задал вопрос Климене. Сделав это настолько громко, чтобы полученный ответ, не остался не услышанным Мишкеном.
— Почему именно алмазные заглушки? Разве нельзя было использовать какой-то другой, не настолько дорогой материал?
— Умники из питомника, которые создали «Укрывателя», использовали всё, что только возможно в качестве заглушек. Но, только алмазные заглушки способны перекрыть полностью, поступление звуков в уши «Укрывателя».
Услышав, какой дала ответ младшему волшебнику Климена, Мишкен, не желая терять надежды, на то, что он задумал, напомнил:
— Но лапы-то мои перекрыли поступление звуков в его уши.
— Ты его просто успокоил. — Поправила Климена. — И лишили «Укрывателя» возможности временно слышать все звуки вокруг, вовсе не твои лапы, а оставшаяся на них смазочная желчь, которой покрывают алмазные заглушки перед тем, как вставляют ему в уши.
— То есть… — Краниос злорадно улыбнулся, поняв, что мелкий пройдоха, похоже, что всё-таки, получил заслуженное наказание. — Получается, что это мелкое, лупоглазое недоразумение, засунуло себе в рот алмазные заглушки, покрытые какой-то желчью!
— Ни какой-то желчью. — Многозначительно поправила Климена. — А желчью редкостной и невероятно смертельно опасной каменной лягушки.
— Что значит… смер-тель-н-но опапа-с-с-с-ной?!
Что-то всем подсказывало, что брак стал говорить медленно, растягивая слова, вовсе, не от одного только страха. Что и подтвердил следующий его, панический, совсем уже еле разборчивый и с невероятным трудом сказанный, вопрос.
— Ч-ч-то-то с-с-о-о м-м-н-но-о-о-й?
Хоть пройдоха и успел уже всех изрядно достать своими выходками, но происходящее с ним, заставило заволноваться каждого члена их отряда. В том числе и Краниоса.
— Он что теперь того…? — Напрямую поинтересовался гигант у Климены, многозначительным жестом проведя пальцем перед своим горлом. Его даже не обеспокоило, что его вопрос прекрасно слышал и испугано вытаращивший на них глазищи Мишкен, который, от увиденного жеста, сделанного Краниосом, во время задаваемого им вопроса, задрожал как осиновый лист.
 
— Не знаю. — Спокойно пожала плечами Климена. — Желчь каменной лягушки, а верней, её испарения, обладают неимоверно успокаивающим и немного парализующим в месте своего воздействия эффектом.
— То есть. Когда смазанные желчью алмазные заглушки, вставлены в уши «Укрывателя», выделяются испарения, которые благодаря надёжной закупорке заглушек, не могут покинуть уши. И эти испарения действуют успокаивающе на слух «Укрывателя». — Что-что, а кто попало, Волшебником на Атлантиде не становился. И Ютиас сразу дал понять, что понял, про что сейчас говорилось. — И когда Мишкен держал какое-то время, в своём, до поры, до времени, закрытом рте смазанные желчью заглушки, там накапливались испарения. И теперь эти испарения начали не просто успокаивать Мишкена, а и парализовать его ротовую полость…
— А ты и в самом деле умный! — С улыбкой похвалила Климена младшего волшебника, отчего на того с ревностью посмотрел Гапериан. — Умный и милосердный.
— Это чего он ещё и милосердный? — Не выдержал всё-таки Гапериан.
— Ну, как чего… — Улыбаясь, черноволосая красавица посмотрела, на явно, ставшего задыхаться брака. — Он ведь не стал говорить вашему животному, что испарения парализуют не только ротовую полость, а и гортань. А так же, и возможно, что и дыхательные функции…
— И как нам его спасти? — Уже прокручивая в голове все возможные способы спасения жизни своего шпиона, Ютиас решил уточнить у хозяев Глейнира, нет ли уже проверенного и надёжного способа для этого.
— Есть один проверенный способ. — Согласно кивнула головой Климена. — Необходимо, просто, как можно быстрее, вымыть слизь из его рта. Но сделать это необходимо чем-то достаточно, если не горячим, то, хотя бы, тёплым.
— Нужно срочно собирать дрова и разводить костёр, чтобы нагреть воду. — Стал поспешно распоряжаться младший волшебник.
— Не успеете. — Вот что самое большее сейчас всех немного злило, так это то, что Климена оставалась совершено спокойной. Ведь, даже, Ананке с Селеной выглядели обеспокоенными. Впрочем, чего ей было-то и беспокоится за жизнь какого-то там чужака-брака. Ну, или животного, как она его называла. — Он задохнётся намного раньше, чем даже разгорится ваш костёр.
— Я знаю, где нам срочно взять горячую жидкость. — Спрыгнув со своего барана, Краниос быстро зашагал к испугано таращившемуся на него с открытым ртом браку, ставшему усиленно что-то нечленораздельное мычать и отрицательно качать головой.
Всеми этими звуками и жестами, бедняга показывал, что он категорически против того, что задумал, ставший развязывать шнуровку своих штанов гигант.
— Да успокойся ты здоровяк. — Решила всё-таки остановить Краниоса Климена. Сняв со своего пояса флягу, она бросила её гиганту. — Влей лучше ему в рот горячего вина.
И как же все забыли про то, что у хозяев этих погружённых в вечную зиму мест, всегда при себе имелось невероятно вкусное, согревающее, горячее вино.
— Такой замечательный напиток на тебя переводим. — Вливая в рот Мишкена парующую, источающую невероятный букет и аромат янтарную жидкость, Краниос с жалостью наблюдал, как всё это добро исчезает в глотке пройдохи. И что самое интересно, тот, несмотря на трудности дыхания, умудрялся как-то пить всё это вино и не захлёбываться. — И, запомни, что если ещё раз, ты выкинешь нечто подобное, то антидотом будет уже не вино, а то, что я и собирался влить тебе в глотку.
 
— Вообще-то, ему и четверти фляги хватило бы, чтобы стало легче. — Запоздало заметила Климена.
И вот тут Краниос понял, что мелкий пройдоха, блажено прикрывший свои глазищи, уже не боролся за свою жизнь, а просто напросто, теперь напивался… Причём, напивался из его рук!