Жизнь взаймы (СИ)
— Напасть, — машинально поправила Татьяна.
— Что? — удивился СиРиЛион.
— Напасть — земное слово, означающее неожиданную беду.
— Очень правильное слово! — сирион поднял второй палец. — Большой флот Ассоциации с начала войны был рассредоточен в жилых секторах противоборствующих сторон с целью не допустить акции против мирного населения. А сейчас мы вынуждены его отозвать и распределить в равных долях у прайм-планет рас — членов Ассоциации. Ведь никто не знает, куда будет направлен следующий удар… Напас-с-сти!
Похоже, новое слово пришлось советнику по вкусу, потому что он произнёс его, с явным удовольствием растягивая свистящий звук.
— Это автоматически означает инциденты в колониях, — продолжил СиРиЛион, — и возможно, в центральных секторах гоков и сатианетов, а кроме того — активизацию всякого кло-кло, которого полно в зонах ведения боевых действий и на космических трассах. Грядёт нарушение хрупкого галактического порядка, Лу-Танни. Порядка, и так поддерживаемого ценой неимоверных затрат и усилий!
Татьяна слушала его, не спуская глаз с проангела. В голове шумели прибоем переданные Дуг-Кагном слова Лу-Тана: «Когда сумерки разума накроют галактику, я не хочу придумывать мифические стратегии и тактики, которые ничего не изменят! Я хочу быть там, где хотя бы ненадолго, на несколько парсеков или столетий, но я удержу сумерки вовне!»
Как помочь галактике, корчащейся в судорогах насилия, как защитить существ, ставших ей близкими и родными, их планеты? И откуда ощущение всей тяжести мира, рухнувшей на плечи хрупкой земной женщины?
— Прошу простить, доктор, — СиРиЛион поднялся. — Вегана зовет меня. Если вам нравится это место, оставайтесь!
Кивнув ей, сирион плавно двинулся в сторону Ларрила, окружённого друзьями.
Проангел, отыскав глазами Татьяна Викторовну, улыбнулся. И таким теплом захлестнуло сердце, будто он стоял рядом, держа её за руку и скрывая крыльями от бед и невзгод всей галактики.
— Доктор Лу-Танни, — раздался тихий голос, — разрешите присесть?
* * *Татьяна перевела взгляд и увидела рядом красноволосую ангу. Потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить одну из ассистенток Ту-Ганна. Вот только их имена позабылись напрочь.
Бим смотрел на гостью подозрительно, но зубы не скалил.
Анга села напротив. Татьяна уже встречалась с представительницами прекрасной половины расы проангелов, но удивилась и залюбовалась присущей им странной экзотической красотой, будто видела впервые. У подошедшей были высокие скулы, немного раскосые глаза, зрачки крупнее, чем у проангелов, оставляющие радужку разделённой на два полумесяца бледно-зелёного, почти салатового цвета. Высокая и худая, обладающая кошачьей грацией анга невольно приковывала к себе внимание замедленными движениями хищницы, готовой в любую минуту наброситься на жертву. Медицинский комбинезон на её спине слегка топорщился из-за рудиментов крыльев.
— Ранъель, ассистент доктора станции М-63 Ту-Ганна, — официально представилась она.
— Я вас помню, — смутилась Татьяна под тяжёлым взглядом, — вот только имя…
— Вы летите с ним? — не дослушав, поинтересовалась Ранъель и почти сразу же добавила: — Почему — нет?
Татьяну Викторовну удивила её прямота, но вида она не показала. Собеседница предпочитает разговор с открытым забралом, что ж, Стражу Порога не пристало отступать! Вот только понять бы мотивы странной беседы!
— Почему нет? — повторила Татьяна Викторовна. — Потому что моё место в Лазарете. Без него можете считать меня нежизнеспособной.
— Значит, — собеседница скрыла глаза под длиннющими ресницами, — без командора Ларрила существовать вы можете?
— Могу, — на выдохе ответила Татьяна, удивляясь, отчего поддаётся на провокацию.
Анга вскинула ресницы. Огромные зрачки полностью затопили радужку. Этот чудовищный взгляд ударил Татьяну Викторовну в самое сердце, но она не отвела глаз, не встала и не ушла. Лишь, как завороженная, смотрела в чернильные бездны на бледном лице.
— Ларрил не вернётся к тебе! — прошептала Ранъель, наклонившись ближе. — И я буду с ним!
Ещё мгновение дышащая чернота её зрачков въедалась в память, чтобы после сниться в кошмарах, а затем анга встала и быстро ушла.
— Почему вы ничего не заказываете, доктор? — прогудел знакомый голос над головой.
Татьяне показалось, что её только что разбудили от нездорового сна. Она с запозданием кивнула Ту-Ганну, приглашая сесть.
— Доктор, можете пояснить мне однажды слышанную фразу: «анги ходят путями Граэля»? Что вы вообще о них знаете?
Ту-Ганн проводил взглядом огненноволосую фигурку, мелькнувшую на выходе из Потока.
— Физиологически они ничем не отличаются от проангелов, кроме недоразвитых крыльев, репродуктивной системы и тех показателей жизнедеятельности, которые с ней связаны, — пожал он плечами. — Грависистема у них та же, правда, создаваемое поле слабее, чем у проангелов, что объясняется расположением значительной части гравинейров в крыльях. Поэтому на высокий полёт они отваживаются лишь в паре. А вот ментальная разница весьма впечатляет. Анги — телепатки и провидицы. Их даром широко пользуются в Галактике в личных, торговых и других целях, за вознаграждение, естественно. Но услуги военным они оказывают только в рамках Ассоциации. Телепатическим регламентом запрещено проникать в сознание посторонних существ, однако на их планетах существуют целые зоны, открытые для «свободного сознания». Несмотря на то, что представители расы весьма разбросаны по галактике, проангелы — народ, общность которого проявляется не только в культуре и деятельности, но и в некоторой части разума, которую, по обоюдному согласию, они делают совместной.
— А сами проангелы — телепаты?
Ту-Ганн покачал головой.
— Почему вы спрашиваете, Лу-Танни?
— Я его слышу, — пробормотала она, ясно ощущая, как собственная, разбуженная словами анги, тоска достигает Ларрила и вынуждает его искать Татьяниного ответного взгляда.
Ту-Ганн тяжко вздохнул.
— Вы не о вербальном общении говорите, да? — уточнил на всякий случай. — Что ж… Как врач могу предположить, что ваши с ним ментальные контуры существуют на одной волне, что позволяет вам, вопреки физиологии, ощущать Притяжение.
«Что случилось, Танни? Ты напугана!»
Татьяна посмотрела на проангела и изобразила улыбку. И отвела глаза. Она не вправе делиться с любимым своими проблемами сейчас. Накануне.
— Вопреки физиологии… — пробормотала Татьяна. — Ту-Ганн, я люблю его. Просто люблю.
— Люблю-у — это земное Притяжение? — деловито уточнил тот.
Она кивнула.
— Знаете, доктор, — вдруг сказал ту, — чтобы идти против воли богов нужно иметь в избытке мужество… или глупость! Считайте, что и в том, и в другом случае вы заслужили моё восхищение!
Вежливо стукнув себя в грудь кулаками, ту ушёл.
Татьяна Викторовна проводила изумлённым взглядом бежевую спину и вдруг увидела рядом Ту-Ропа, в глазах которого сияли заговорщические искры. Он взял её за руку и потянул со скамейки, как репку.
— Что ты делаешь? — удивилась она.
— Похищаю тебя! — страшным шёпотом сообщил ту.
— Зачем?
— Так надо!
Не сопротивляясь, она последовала за ним.
Ту не отпускал её руки, и Татьяна, вспомнив похожее поведение Ту-Гака, поинтересовалась, что это значит?
— В Домах за руку водят тех, к кому относятся с крайним уважением, — пояснил ту. — Истоки, видимо, восходят к кодексу поведения со старыми акани. С теми, кому пришло время уходить. Каани, поддерживая их, водят за руку. А затем обычай распространился на всех почётных гостей.
— А как поступают с друзьями? — заинтересовалась она.
— Майрами! Хорошая идея! — оскалился Ту-Роп и внезапно закинул её на плечо. — Ты напомнила мне, что приняла мою дружбу, а раз так, я могу тебя нести!
От неожиданности Татьяна Викторовна прикусила язык. Одновременно шипя от боли и давясь от смеха, заколотила кулачками по спине ту под задорный лай Бима: