Жизнь взаймы (СИ)

«Именно! — в голосе крелла зазвучали лукавые нотки. Лу-Тан говорил с такой же интонацией, пытаясь заставить ученицу размышлять в правильном направлении. — Дальше?»
Знакомый тон подстегнул воображение. Всё, чему она стала свидетелем на М-63, разом предстало перед глазами, сложившись в простую и логичную картинку.
«Предложение «продать сны» могло означать попытку проникнуть в сознание испытуемого через подсознание, — заторопилась она. — Согласившиеся на заманчивое предложение предоставляли духабути доступ к участку своего мозга, отвечающему за связь с ДМИТ-полем. Полагаю, экспериментаторы пытались исключить из цепочки Дач-агент и взять под контроль взаимодействие разума и ДМИТ-поля, что раз за разом приводило к патологическому ускорению передачи нейросигналов, и, как следствие, полному разрушению нервной системы. Вот почему схожая картина поражений была выявлена мной у всех обследованных на М-63 существ. Кроме гока, от которого почти ничего не осталось!»
«К нему мы ещё вернёмся, — буркнул Дуг-Кагн. — После вашего исчезновения духабути начали спешно покидать станцию, сославшись на якобы имеющуюся у них информацию о скором приближении линии фронта. Командор Ларрил им не поверил и остановил массовый исход. Да что там, он вообще заблокировал станцию на несколько циклов для приёма и отправления любых кораблей! Чуть не лишился поста, — крелл улыбнулся, — однако упрямство — не самое плохое качество командора. Ваше перемещение из госпиталя Ту-Ганна до покоев ритора Гиши было отслежено, и доказано нахождение в одной комнате с вами четырёх духабути. Двоих удалось перехватить, когда они пытались тайно покинуть станцию. Естественно, они отказались давать показания. И тогда командор принял решение провести глубинный сканнинг сознания — у него есть такие полномочия. Один из арестованных заговорил, чем освободил себя от болезненной процедуры. Другого пришлось ей подвергнуть. Данные допроса и сканнига подтвердили: вас собирались вывезти с М-63, спрятав в стат-боксе с останками Младшего семантика делегации гоков…
«Куда вывести?» — не поняла Татьяна.
«На Сан-Зар», — не сдержал тяжёлого вздоха крелл.
— На Сан-Зар?! — изумлённо воскликнула она.
Вот это новость!
«Именно. Посетив ганноган с делегацией, вы, добровольно отпущенная гоками, вернулись невредимой. После подобной демонстрации никто не стал бы подозревать их в вашем похищении. Желание гоков забрать останки соотечественника выглядело вполне естественным. Однако произошедшее на Сан-Заре ясно дало им понять, что ментальность доктора Лазарета достигает силы, с которой скоро невозможно будет справиться. И они решили не рисковать с вашей транспортировкой на ганногане. Переложили ответственность на духабути, которые, используя воздействие на сознание ритора, заманили вас в его покои, обездвижили и вывезли со станции на своём корабле ещё до отбытия научной платформы гоков. Ваш грэшер был подброшен в МОД, а сам он выведен в пространство М-63 и уничтожен…»
— Гоки!.. — потрясённо прошептала Татьяна Викторовна.
Вспомнились глаза-ледышки Второго координатора Армады, его испытующий взгляд. Разве мог пройти мимо загадки, в которую превратил Татьяну Лу-Тан, тот, кто так любил по его собственным словам «поизучать паразитов мироздания»!
«И как давно духабути сотрудничают с ними?» — уточнила она.
«Думаю, недавно. Они исследовали с гоками одну и ту же тему, только шли разными путями. Когда оба завели в тупик — начали переговоры об объединении усилий. И тут очень удачно появляетесь вы, Лу-Танни, как доказательство решения задачи».
«Но вы сами говорили, что я подверглась ментальной атаке в пространстве Земли случайно! — мысленно воскликнула Татьяна. — Никто не знал об активации мной Ти-модуля, перемещении Лазарета и выходе транспортника в открытый космос!»
Она ясно увидела, как крелл пожал плечами.
«Вас зацепил корабль-охотник за разумами, из тех, что постоянно находились в пространстве Землие. Была применена стандартная схема размещения в сознании программы, направленной на подчинение личности. Но даже поверхностное сканирование выявило интересные факты, касающиеся вашей ментальности. После чего духабути старались отслеживать вашу прогрессию, пока не пришло время связаться с гоками и предложить вас в обмен на штарм…»
 
— О господи!.. — пробормотала Татьяна.
Дуг-Кагн усмехнулся невесело:
«До сих пор раса духабути не имела ни одного штарма. Надеялись ли они использовать его на своих кораблях или в дальнейших исследованиях ДМИТ-поля, я не знаю. Не знаю и того, как вам, Лу-Танни, удалось самостоятельно вычленить из сознания слова-катализаторы и деактивировать их?»
Самостоятельно?
— Вы же любите «Игру в бисер», Лу-Танни! И вам нечего о ней сказать?
— Почему вы задаете такие странные вопросы?
— Потому что хочу получить странные ответы. Пробудить в вас странные мысли… воспоминания…
Ирбис знал! С самого начала знал, что произошло! И запустил первый маячок, торопясь опередить тех, кто был настроен враждебно по отношению к Татьяне. Стайя указал путь, а дальше она, шаг за шагом, уничтожала их сама. Выкапывала из разума, будто кости из кургана, сжигала на погребальном костре собственного организма. Эти ощущения, накатывающие, едва слово-катализатор было осознано, навсегда остались в памяти — дурноты и жара, «плавающего» сознания.
«Высоко сижу, далеко гляжу!» — говорилось в старой земной сказке. Насколько высоко забрался призрак с Дарка, видевший так далеко?
«Что именно показалось вам странным при исследованиях тел в клинике Ту-Ганна?» — поинтересовался Дуг-Кагн, так и не дождавшись пояснений.
Она вызвала в памяти процедуру осмотра. Процесс разрушения нейронных связей развивался у всех исследуемых одинаково. В том числе и у того самого Младшего семантика гоков, в чьём стат-боксе Татьяна должна была покинуть М-63. Однако теперь она предполагала, что подоплёка его смерти была другой: гокам нужен был труп, и они его получили. Кончина Младшего семантика идеально укладывалась в череду других летальных исходов!
Крелл одобрительно заворчал.
«Выводы верны, Лу-Танни! Чего стоит смерть одного гока в сравнении с разгадкой тайны, над которой они бьются столетиями? Но я хотел бы знать, что произошло с вами?»
Полыхнуло отсветом кристалиновых глаз в сознании. Однако Стайя Чреше мог быть спокоен — Татьяна не собиралась раскрывать пребывание у НикИва, интуитивно чувствуя, будто коснулась чужой обжигающей тайны и теперь терпит боль, не смея жаловаться. Не стала говорить и о Ричарде Львове. Не потому, что ощущала некий запрет, а просто… не знала, о чём сказать и опасалась проницательного собеседника, который, ощутив её внутреннее смятение, мог понять истинную природу отношений с пришельцем из будущего.
Она рассказала о корабле духабути и знакомстве с Геннадием Чекаловым, о побеге с Юмбы и о конфликте с Гекой, приведшем её на Майрами. Крелл слушал о нападении молча, но Татьяна предпочла бы, чтобы он ругался или ворчал — флюиды неприязни, брезгливости и, как ни странно, печали, ощущаемые в сознании безмолвным ответом Дуг-Кагна, было очень тяжело выносить. Однако он оживился, когда услышал о том, как Гека отлетел и ударился о стенку транспортника. Спросил с интересом:
«Что этому предшествовало? Какие ваши мысли?»
«Бежать! — не задумываясь, ответила Татьяна. — В тот момент мне хотелось оказаться от него как можно дальше!»
«Хоть вы и не воин, Лу-Танни, — хмыкнул крелл, но в его мыслях не было осуждения, — однако бежали не от испуга… Тяжело даётся несовершенство мироздания, да?»
Она промолчала, соглашаясь.
«Вы не задумывались над тем, почему после проведённой Лу-Таном синхронизации плаваете быстрее?» — продолжил спрашивать Дуг-Кагн.
«Моя физиология изменилась, в этом причина».
«Креллы — одни из самых быстрых пловцов среди водных обитателей Крелоса, — пояснил собеседник. — Причина, в физиологии, соглашусь. Но не в силе мышц или скорости нейрореакций, как предполагаете вы. Мы называем эту способность Та-Кха-э…»