Опасная беременность. Девочка Басманова (СИ)

Плед падает на пол, в наши ноги. 
Мурашки бегут по коже. 
Ничего не понимаю. 
— Что бы ни случилось… — выдыхаю. — Я ничего не делала. 
Поднимает ладонь в воздух, а я отчего-то жмурюсь, закрывая глаза. Боюсь, что ударит. Но удара не следует. Только горячие пальцы на щеке. 
— Ульяна, я тебя не ударю. 
Приоткрываю глаза. И через силу выдавливаю: 
— Ты злишься. Я боюсь людей в гневе. Они себя не контролируют. 
— Я же говорил тебе не бояться меня, — тихо, с хрипотцой успокаивает меня. Не выходит. Я всё равно на взводе. Натянута до предела. От неизвестности и от того, что он тянет, начинает болеть всё. Даже корни волос. 
— Извини, — говорю совершенно неискренне, только бы он успокоился. 
— Ничего, — приподнимает уголки губ. Но всего на секунду. Он вновь становится серьёзным, безэмоциональным. Поглаживает меня по лицу. — Скажи, Ульяна, информация, которая была на флешке… Её кто-нибудь видел? 
Я сразу же мотаю головой. 
— Нет. Я прятала её. И постоянно меняла место. Я тот ещё параноик. 
— Верю, — холодно кивает. — Подумай ещё. 
Закусываю губу, отвожу взгляд в сторону и пытаюсь понять, что он хочет от меня услышать. 
— Я не знаю, но… Помнишь, когда я тебя одурачила в ресторане, забрав свой чемодан? 
— Так. 
— Там были те документы. Но они были кое-где ещё. Я же сохраняла их на другую флешку – на всякий случай. 
— Эта та, которую ты мне вернула? 
Коротко киваю. 
— Я перебрасывала данные через ноутбук Стаса… И, может, там что-то сохранилось, я не знаю. 
Ноутбука у меня никогда не было. Впервые взяла у Стаса – и честно, не сразу поняла, как им пользоваться. Но сделала то, что хотела. Удалила. 
— Я понял, — коротко кивает. 
— А что случилось? Их кто-то нашёл? И что теперь будет? 
Поток вопросов засоряет голову. 
И снова он улыбается. Совсем чуть-чуть. 
— Тебе – ничего. Не переживай. 
— А тебе? — угнетающее чувство вины теперь долбит по мне как кувалдой. Невыносимо. Из-за моей глупости у него теперь могут быть неприятности. 
— Лет пять-десять тюрьмы, — пожимает плечами как ни в чём не бывало. — Если, конечно, мои адвокаты не справятся. Так, может, обойдётся. 
— Что?.. 
— Ульян, — опять спокойно, как-то даже нежно произносит моё имя. — У каждого есть чёрная сторона. Честных людей нет. А бизнес – совсем далёк от этого. Приходится выкручиваться. И это всегда риск. 
Не шевелюсь. Я не осуждаю его. Сама всё понимаю. И на эту тему мы уже разговаривали… 
Но получается… Я виновата в том, что правда раскрылась? 
Слёзы на глаза наворачиваются. От собственной глупости. 
— Я… 
— Я виноват, — осекает, говоря твердо и грубо, — что она попала тебе в руки. Успокойся. Вины здесь твоей нет. Я всё решу. Ты уже помогла мне, сказав о Стасе. 
Комок волнения застревает в горле. 
— И что с ним будет? — в ужасе шепчу. — Ты же не убьёшь его? 
— Ульяна, — он повышает голос, и я машинально сжимаюсь. Не могу. Слишком острая для меня ситуация. Слишком огромная ответственность, с которой я не справилась. — Я же говорил. Я людей не убиваю. 
Да, помню, но… 
Опускаю взгляд вниз. 
— Прости. 
— Я сегодня уезжаю. Нужно разобраться с образовавшимися проблемами. 
— А я? — поднимаю голову. — Я не хочу здесь оставаться одна. Может, пока я вернусь к рабочим будням?.. Я с ума сойду, зная, что… 
Поджимаю машинально губы, вспоминая, что, если скажу о своей вине, он снова повысит нотки. 
— Хорошо. Но не к Стасу. Сниму тебе кв…
— Я поживу у подруги, — вспоминаю, что Ярослава предлагала пожить в её квартире. Не хочется мне ни у кого на шее сидеть. Да и… Я не справлюсь в одиночку. Может, она сможет забегать в гости… 
Побыстрее бы окунуться в работу и не думать о том, что я привела ситуацию к такому исходу. У меня есть только вера и надежда на то, что всё обойдётся. 
Сжимаю кулачки. 
И надеюсь, что всё обойдётся… 
*** 
Мы уезжаем тем же вечером. Сначала мы заезжаем к Стасу, которого дома не было. Забрала ключи от квартиры Яры, попросила разрешения на временное проживание. Договорилась о встрече тем же днём. Басманов уехал, а я пыталась не корить себя за то, что сделала. 
 
Кусок в горло не лез. 
Я жутко хочу выпить. И собираюсь сделать это, как только придёт Ярослава. Я сгоняла в магазин, купила какого-то виски. Не знаю, но мне жутко хочется забыться. И я не нашла ничего лучше, чем такой способ. 
Вечер будет тяжёлый… 
Дорезаю апельсин и отвлекаюсь на звонок в дверь. 
Бегу на вход по чистому полу, натёртому сегодня до блеска. Здесь две недели никто не убирался, и мне пришлось вычищать много накопившейся пыли. 
Щёлкаю замком и чуть от счастья не бросаюсь к начальнице на шею. Она хоть и мой босс, но как же я рада её видеть! Мы немного подружились, и неудивительно – мы погодки и быстро нашли общий язык. 
— Ух, сейчас задушишь, — хрипит. Ойкаю, отрываюсь от неё и пропускаю внутрь. Она приносит пакет, который мне и демонстрирует. — Я принесла вкусняшки. И готова послушать, куда ты пропала на целый месяц. 
Чувствую, история будет долгая. 
— Выпьем? — нервно улыбаюсь. 
  
Глава 47. Ульяна
 
Глава 47. Ульяна
Ярослава с подозрением смотрит на алкоголь в моих руках. Потом переводит взгляд на меня. Снова на «алкашку» в моих руках. Не нравится ей моя идея, судя по взгляду. Мне моя – тоже, но я не знаю, чем занять голову, чтобы перестать думать обо всём произошедшем. 
А так… Хоть расслаблюсь. 
— Мне кажется, это плохая идея, — аккуратно забирает бутылку у меня из пальцев. Параллельно раздевается, снимая верхнюю одежду и обувь. — Не сегодня. 
Проходит в зал своей однокомнатной, но роскошной квартиры-студии, которую я временно снимаю. Она находится на верхних этажах, и окна здесь широкие, большие, отчего можно увидеть соседа в другом здании. 
Минус, но зато как здесь клёво… 
Не так, конечно, как у Басманова, но… Всё равно классно. Для меня и это слишком хорошо. Кровать есть – отлично! После постели Булата я явно не смогла бы спать на матрасе в кухне у Стаса дома. 
— Почему? 
Пытаюсь не выдать своего расстройства. Я рассчитывала напиться в хлам, а в итоге… 
Яра не пьёт. А я одна – тем более не буду. Во-первых, это скучно, во-вторых, я пить не умею. Потом ещё что-нибудь натворю, и стыдно будет. А когда две подруги пьют и творят херню – разве стыдно потом? Не-а. 
— Ну-у-у-у, — тянет с ответом, будто придумывает его на ходу. Прячет бутылку в ящиках кухонного гарнитура. — Блин, ладно. 
Она быстро идёт ко мне, на коврик возле журнального столика. Садится напротив меня. Шарит в пакете из универмага, доставая разнообразные шоколадки, чипсы, газировки. Да, питание у нас сегодня максимально… плохое. 
Булату бы это не понравилось. 
Я заметила, что в последнее время мы ели только правильную еду. И сладкое пропало. Но оно мне и не нужно было. У меня другая зависимость появилась. 
— Не могу я пить, — быстро выпаливает, отводя взгляд карих глаз в сторону. — Мне нельзя. Я беременна. 
Зависаю. 
Информация в голове не укладывается. 
Так и хочется выкрикнуть: «Ты чего?! Почему так рано?!». Да, двадцать лет для меня – рано. Наверное, потому что сама ещё не готова стать мамой. Абсолютно. Мне кажется, я приду в самый настоящий ужас, когда увижу две полоски на тесте. 
И не то чтобы я детей не любила, просто… Да рано мне! Образования нет! Стабильного заработка, а тем более жилья – тоже! Да я только недавно познала, что такое секс… 
Поэтому не могу представить себя беременной. А учитывая, что Ярослава моя ровесница… 
Это, конечно, ввергает меня в шок. 
Но Ярослава не врёт. Неловко чешет затылок, взъерошивая тёмные волосы. 
— Вот так вот… 
— А от кого? — аккуратно спрашиваю, всё ещё пребывая в шоке. — Громов его не убьёт?