Фу такими быть! Или Мистер и Миссис Фу (СИ)
— Бдзень! — упала на пол люстра, разлетевшись на осколки.
В одеяле были огромные выжженные заклинаниями дыры.
— Ну как? Тепло? — послышался ядовитый голос. Я посмотрела на огромные выжженные дыры, в одной из которых виднелась моя коленка. А в другой — часть бедра.
— Меня согревает ненависть, — прошипела я, пытаясь отлепить собственную руку, обнимающую мужа за талию. Но она была приклеена к нему намертво.
Сквозь дыру было видно его плечо и локоть.
— Аааа, — послышался яростный стон. А под моей головой заиграли мышцы. Где-то шевелились затекшие пальцы.
— Прямо жду не дождусь, когда упругий магический жезл снова войдет в пушистый портал, — послышался игривый голос. — Когда разъяренный и голодный дракон, влетит в сырую пещерку с сокровищами! Когда чья-то волшебная палочка будет перемешивать в чьем-то котле зелье страсти и любви…
— … когда упругий грибок с хлюпаньем погрузится в котел желания, когда перед похотливой закладкой раскинутся трепетные странички юного фолианта… — продолжал голос.
— Я так больше не могу, — послышался разъяренный голос мужа. — Ай!
— Может, сменим позу? — попросила я, проклиная тот день, когда мне не наложили венец безбрачия!
— … когда сладострастный гробик войдет в вожделенную ячейку фамильного склепа, — умилялась эта тварь.
Я помню, что уснула примерно на: «хитрый возбужденный некромант шагнет в узкое сочное подземелье…».
Утром я проснулась от того, что из под меня выдернули руку.
— Что?! Ее нет?! — обрадовалась я, растирая ухо. — Мы что? Так и спали в обнимку всю ночь?
— Нет, мы еще меняли позы… — ядовито ответил муж, дрыгая ногой. — Поза ложки, поза блошки…
— Про ложку слышала, а вот вторая, — разминала я кисть руки.
— Это когда ты спишь на мне и ползаешь, — процедил муж, скидывая дырявое одеяло.
— Тишина, — прислушалась я, выдыхая. — Даже не верится!
Я посмотрела на мужа, который рисовал круг на полу.
— Готово! — отряхнул он руку. — Дамы вперед!
— И с чего это ты вдруг такой вежливый? — с подозрением прищурилась я. Такой круг я видела впервые. Видимо, это что-то из раздела «очень черная магия», куда не заглядывала моя нервная система.
— Просто у меня плохо получаются порталы, — послышался насмешливый голос. Муж натягивал на себя порванный и испачканный камзол. — Поэтому я взял себе за правило, испытывать их на ком-нибудь другом.
— Благодарю! — вздохнула я, кутаясь в простыню.
Нет, ну эту брачную ночь я никогда не забуду!
Пока я стягивала простыню с кровати, в надежде соорудить себе платье, супруг проверял печать. Неужели все закончилось? Даже не верится!
О, эта блаженная тишина! Не думала, что буду по ней скучать.
Я осмотрела прогоревший камин и потолок. Ничего не выдавало присутствия древнего озабоченного зла. Книжки валяли на полу. Я не стала сдерживать себя и с наслаждением наступила на книгу «Как воспитать подкаблучника».
— Держи, — произнес голос мужа. Мне в руки сунули бокал со вчерашним шампанским. В нем плавала муха.
— Мы что? Уже прощаемся? — обрадовалась я, глядя в синие глаза будущего бывшего.
— Видимо, да, — заметил муж, залпом осушив бокал. Я тоскливо посмотрела на муху.
— А ты чего не пьешь? — спросил супруг, отставляя бокал на столик.
— Я на диете, поэтому считаю каждую калорию, — заметила я, оставляя свой бокал. — Поэтому муху позволить себе не могу!
— Слушай! — заметил муж, отряхивая пальцы. — Можно нескромный вопрос? А что ты делаешь завтра вечером?
Одну минутку! Я что-то не поняла! В смысле?
— У меня на завтрашний вечер большие планы! — смерила я глазами супруга. Я спустилась глазами по его силуэту. — Так что твои маленькие неприятности никак не поместятся в мои большие планы!
— А ты что? Подумала, что я собираюсь тебя куда-то пригласить? Увы, нет, — задушевно продолжил супруг, расчесывая пятерней спутанные волосы.
— Не понимаю. При чем здесь «планы»? — нахмурилась я.
— Планы придется отложить. Потому что завтрашний вечер ты проведешь здесь. Портал не работает! — зевнул муж, растянувшись поперек кровати.
— Как не работает?! — опешила я. — Неужели?
Я бросилась к порталу, внимательно пересматривая символы. Кое-где мне приходилось наводить их. Я положила руку на портал, шепча заклинания.
— Что? Как? — рассматривала я свои пальцы. — Оно только что всосало заклинание! Представляешь?!
— Окно тоже закрыто, — мрачно констатировал муж. Он вышел, а потом вернулся. — Поправочка. Окна.
— То есть, ты хочешь сказать, что мы — пленники этого дома? — ужаснулась я.
— Запомни это выражение лица. Когда я умру, попробуй повторить его на моих похоронах. Я укажу это в магическом завещании, — ядовито ответил муж, потягиваясь.
— Это ты во всем виноват! — бросила я. — Это твоя наставница все это затеяла!
— А как — будто твой дядюшка стоял в сторонке и комкал платочек! — вспылил муж. — Он так же принимал участие! Я еще помню, как ко мне привезли лысое недоразумение с огромным бантом!
— Ах ты, хомяк! — выкрикнула я, готовя заклинание.
— Жаба, — улыбнулись мне. А по его рука пробежали огоньки.
Через десять минут, я стояла с одной стороны магической черты. Муж с другой.
— Ну все, развод и полоса между кроватью! — усмехнулся он.
Магическая черта разделяла дом на две равные половины. Моя и его.
— У меня для тебя есть очень плохая новость, — задушевно заметил супруг, поглядывая на дверь туалета. — Этот дом обставляла моя наставница. Она считала, что строить много туалетов в доме — негигиенично! В них утекает магическая энергия. Поэтому… обычно она ограничивалась одним!
— Не верю! — возмутилась я, выходя за «совместную дверь». Я обошла десять комнат, не найдя в них даже подобия туалета. Зато везде стояли вазы, цветы и много-много статуэток.
— Та-а-ак! — вздохнула я, надевая на себя черное платье. Я нашла его в одном из шкафов. И оно было мне почти впору. К нему была приколота булавочка: «На случай траурных событий».
— Траур будет. Это я беру на себя! — закатала я рукава и направилась в спальню.
— Ну как прогулочка? — спросил муж, поглаживая двери туалета. — Или уже поздно тебя соблазнять?
— Опять! — ужаснулась я, хватаясь за сердце. — Эта тварь!
— Где? — резко повернулся муж.
— Хлоп! — послышался удар оглушающего заклинания. Я стряхнула его остатки с пальцев. Грациозно приподняв юбочку, я переступила через супруга. А потом преспокойненько дошла до двери, ведущей в единственные удобства.
Глава восьмая. Носки любимого не пахнут!
И тут я вспомнила, что я — девушка вежливая. Поэтому отвесила подобие реверанса.
— Вы так любезны! — улыбнулась я. — Я на минуточку. Носик припудрю! Подождите меня здесь!
Нужно не забыть стереть ему память! Я одернулась, посмотрела на себя в зеркало и вымыла руки. Дверь скрипнула. Я поспешила перепрыгнуть через черту, бросив заклинание.
Да, надо будет напомнить, что кухня на моей половине!
После страстного стона и мотания головой, тело по имени Муж, встало. Он стоял, ничего не понимая. А потом дернулся и вуаля!
— Так, я что-то отвлекся, — заметил супруг. — Так, на чем мы остановились?
— Мы? А! Я хотела сходить покушать! — взбодрилась я, выходя из комнаты. Черта горела в коридоре, разделив наши владения на два крыла. Дверь кухни была закрыта.
Я достала чистую тарелку и стала набирать себе еды.
«Мы же столько не съедим!», — возмутился желудок. Я вытирала заклинанием жирные пятна на столе. В тарелке еды было с горкой. Тут была и курочка, и горошек и даже соусы. И куча деликатесов.
— Мммм! — обрадовалась я, вынашивая план мести за уборную.
С полной тарелкой я направилась в сторону той самой комнаты, которая стала «общей». Но тоже делилась на две половины.
Кресло само прыгнуло мне под попу, пока я медленно и тщательно повязывала салфеточку. Золотая вилочка сверкнула, словно волшебный жезл справедливого возмездия.