Признание этого мужчины (ЛП)

— Каково соотношение мужчин и женщин?
— Членов клуба? — уточняет он.
— Да.
— Семьдесят к тридцати.
У меня отвисает челюсть. Помнится, Джесси говорил о примерно полутора тысяче членов. Из них тысяча женщин, потенциально охотящихся за моим Лордом.
— Что же. — Я избавляюсь от шока. — Возможно, тебе придется превратить «Поместье» в гей-клуб.
Он смеется и снимает мои ноги с колен.
— Иди поплавай.
***
Раздевалки пусты. Я влезаю в бикини, снимаю бриллиант, вновь поднимаю волосы высоко на макушку и запихиваю вещи в деревянный шкафчик из ореха. За все время, что я была с Джесси, я никогда не пользовалась спа-салоном и спортивными сооружениями, но мне достоверно известно, что купание нагишом запрещено, поэтому я отважусь на это, чтобы подвергнуть Джесси испытанию, в другой раз. Я брожу по окрестностям в поисках каких-либо признаков жизни, но повсюду ни души. Воскресенье, полдень. Я думала, что для членов клуба это час пик, чтобы воспользоваться услугами этой части «Поместья».
Войдя в огромное стеклянное здание, осматриваюсь кругом, обнаруживая, что все джакузи, огромный бассейн и шезлонги пусты. Здесь жутко тихо, единственный звук — отдаленное гудение водяных насосов. Положив полотенце на деревянный шезлонг с плюшевой обивкой, осторожно ступаю в воду и вздыхаю. Тепло. Идеально. Спускаюсь по оставшимся ступенькам, окунаюсь и гребу брассом к противоположному концу бассейна.
Наслаждаюсь спокойствием и тишиной, плавая по дорожке туда-обратно, никто ко мне не присоединяется, никто не рискует воспользоваться джакузи, и никто не приходит отдохнуть на шезлонгах. Но затем слышу движение и останавливаюсь на полпути, чтобы посмотреть, кто выйдет из раздевалки. Мои глаза перемещаются с входа в женскую раздевалку на мужскую, а затем появляется Джесси, одетый в свободные черные плавательные шорты. Я вздыхаю в знак признательности, и он поражает меня своей улыбкой, прежде чем нырнуть в воду, его тело вытягивается, издавая минимальный шум или плеск, когда скользит под поверхностью. Я нахожусь в середине бассейна и наблюдаю, как силуэт его длинного тела приближается ко мне под водой, пока он не оказывается прямо подо мной, но не выныривает.
Затем я чувствую, как его ладонь обхватывает мою лодыжку, и визжу, когда меня утягивают под воду, я едва успеваю набирать полные легкие воздуха, прежде чем исчезнуть, мои глаза естественным образом закрываются. Его губы встречаются с моими, руки обнимают, и он кружит меня под водой, наша кожа скользит друг по другу, языки устраивают дикие танцы.
Это мило, но я не умею задерживать дыхание, а он, должно быть, уже задыхается, пробыв под водой намного дольше. Я щиплю его, давая понять, что воздух на исходе, и когда мы выныриваем, мои легкие вопят от благодарности, я обхватываю ногами его талию и обнимаю его за плечи. Пытаюсь сориентироваться и открыть глаза, и когда это происходит, меня встречает порочная, широкая ухмылка. Знаю, что он не может коснуться дна, поэтому вынужден отчаянно двигать ногами, пока я цепляюсь за него мертвым грузом. Хотя и ничем этого не показывает. Даже если ему тяжело. Он выглядит так, словно легко парит со мной на руках.
Я убираю его мокрые волосы с лица и отвечаю на его улыбку.
— Ты закрыл бассейн, да?
— Не понимаю, о чем ты. — Он сажает меня себе на спину и отплывает в сторону. — В это время дня здесь всегда малолюдно.
— Я тебе не верю. — Я кладу подбородок ему на плечо. — Тебе была невыносима мысль о том, что я буду в бикини, а другие это увидят. Признай, что я права.
Я знала своего Лорда.
Он подплывает к краю бассейна и стаскивает меня со спины, прижимая к бортику.
— Мне нравится думать о тебе в бикини.
— Но только для твоих глаз?
— Я уже говорил тебе раньше, Ава. Я не делюсь тобой ни с кем и ни с чем, даже с чужими взглядами. — Он скользит ладонями по моим бокам и останавливается на бедрах. — Только для моего прикосновения, — шепчет он. От этого я тут же сжимаю бедра, Джесси наклоняется и нежно целует, прежде чем посмотреть на меня. — Только для моих глаз. — Его палец скользит по краю моих трусиков, и от его нежной ласки я задерживаю дыхание. — Только для моего удовольствия, детка. Я знаю, что ты понимаешь меня, ведь так?
 
— Да. — Я льну к нему и цепляюсь за его плечи.
— Хорошо. Поцелуй меня.
Я выражаю свою признательность долгим, горячим, страстным поцелуем, который вырывает из нас низкий стон. Его руки движутся по моей талии, широкие ладони обхватывают меня полностью, крепко обнимая, и мы целуемся очень долго — посередине бассейна, только я и он, тонущие друг в друге, поглощающие друг друга, любящие друг друга.
Все, что происходит между нами, — результат сильной, порой токсичной любви, которую мы разделяем. Она подталкивает нас к хаотичному и неразумному поведению — нас обоих. На самом деле, мы, вероятно, находимся на одном уровне безумия, или, может, я обогнала его на ступень. Я определенно чувствую себя сумасшедшей. Мой план квалифицирует меня как сумасшедшую. И если Джесси узнает, что задумала его чокнутая жена, то не сомневаюсь, я увижу, как он переступит грань безумия.
Глава 12
— Я люблю тебя.
Тихий шепот заставляет меня улыбнуться, перевернувшись, я вслепую хватаюсь за Джесси.
— М-м-м, — напеваю, притягивая его тело к своему.
— Ава, сейчас семь тридцать.
— Знаю, — бормочу ему в шею. — Сонный секс, — требую я, моя рука скользит по его бедру, пока я не нахожу то, что ищу. Я легко обхватываю его.
— Детка, я бы с удовольствием, но только когда ты окончательно проснешься, иначе впадешь в панику и кинешь меня на полпути. — Он хватает мою руку и подносит к губам, нежно целуя мои пальцы. — Сегодня утро понедельника. Сейчас семь тридцать. Не хочу, чтобы меня обвиняли в том, что ты опоздала.
Мои глаза распахиваются, надо мной нависает его мокрое лицо. Он принял душ, а значит, уже был на пробежке, а значит, уже поздно. Я резко выпрямляюсь, и он быстро отстраняется, чтобы избежать удара в голову.
— Сколько сейчас времени?
Он нежно улыбается.
— Семь тридцать.
— Джесси! — Я вскакиваю и бегу в ванную. — Почему ты меня не разбудил, когда отправился на пробежку?
Включаю душ и поворачиваюсь к раковине, нанося зубную пасту на щетку.
— Не хотел тебя беспокоить. — Он прислоняется к дверному косяку и смотрит, как я яростно чищу зубы. Его ухмылка, без сомнения, из-за моего небольшого волнения.
— Никогда… волновало… аньше. — Я опорожняю полный рот пасты.
Его ухмылка становится шире.
— Что, прости?
Я качаю головой, закатываю глаза и, вернувшись к зеркалу, заканчиваю полоскать рот.
— Я сказала, что раньше тебя это никогда не волновало. Почему ты не вытащил меня из постели и не наказал четырнадцатью милями? — спрашиваю я с подозрением, и кто может меня в этом винить.
Джесси пожимает плечами и присоединяется ко мне у зеркала, беря свою зубную щетку.
— Если хочешь, я это устрою.
— Нет, мне просто интересно.
Я не собираюсь на этом настаивать. Зайдя в душ, быстро мою голову и бреюсь, прежде чем практически вбежать в гардеробную. Рассматриваю вешалки с одеждой, в основном на всех прикреплены бирки. Судя по всему, мне предстоит нелегкая работа в попытке выбора, слишком много всего, поэтому я сдергиваю свое красное платье-сорочку. Вполне подойдет.
К тому времени, как я на скорую руку высушила волосы, небрежно нанесла макияж и спустилась вниз, Джесси уже одет в темно-синюю с белым рубашку и берет ключи от машины.
— Я тебя отвезу, — говорит он.
— Где Кэти? — разглядываю его с головы до ног. Всего. Вот он — мой муж. Так ли мне нужно идти на работу?
Он слегка хмурится.
— Без понятия. Опоздание на нее не похоже. — Схватив меня за руку, он тянет меня из пентхауса. — Все взяла?
— Да.
Мы спускаемся в фойе «Луссо», и когда подходим к стойке консьержа, я вижу, как Кэти, наклонившись, болтает с Клайвом. Я ухмыляюсь и смотрю на Джесси, но он игнорирует меня, хотя чертовски хорошо знает, что я смотрю на него и, вероятно, уже прочитал мои мысли.