Э(П)РОН-6 (СИ)

— Что-то слишком сложно… — буркнул кто-то ещё из «гостей», но я не стал заострять внимание, кто именно.
Вместо этого продолжил лекцию:
— Итак, господа, на практике можно встретить несколько разных типов объектов, так или иначе связанных с подпространством, или, как его ещё называют, континуумом «время — пространство». Во-первых, это объекты, не сохранившие связь с пространством ПВ — так называемые «пузыри». Их размер зависит от массы и энерговооружённости заключенного внутри судна, соответственно, способность противостоять внешнему «давлению» пространства ВП у «пузырей» разнится. Более крупный «пузырь» способен выдержать более глубокое «погружение» по координате Т. Обнаружить подобные объекты из пространства ПВ без использования специальной методики, связанной с «погружением» сканирующего комплекса в подпространство, невозможно. Подавляющее большинство случаев гибели наших кораблей во время прыжка связано именно с образованием данных объектов.
— Второй случай, — немного перевёл я дух, — те же «пузыри», но зафиксированные на определённой «глубине» по координате Т посредством «пуповины». Она представляет собой узкий «тоннель», связывающий континуумы ПВ и ВП. Судьба угодившего в подобную ситуацию корабля чуть менее печальна, ему не грозит провал на «сверхглубины». Но и выбраться из такого «пузыря» самостоятельно не представляется возможным: передвижение в континууме ВП осуществляется либо по инерции, для чего мы и разгоняем корабли перед прыжком, либо за счёт гравитационного взаимодействия — если, например, внутри одного «пузыря» оказались заперты сразу два судна. Вы можете возразить, мол, как же так, в «пузыре» же содержится пространство ПВ, значит, в нём можно передвигаться! Можно, не спорю. Но сам «пузырь» обычно столь мал, что кораблю просто негде разгуляться. Слишком резкое перемещение вполне может привести к разрушению стенки «пузыря» и его «схлопыванию». Но можно, например, выпустить зонды, и они смогут перемещаться в известных пределах. Таким образом, попавший в передрягу экипаж при должной удаче получает возможность отыскать «пуповину». Но на этом хорошие новости и заканчиваются — во-первых, надо быть в курсе о существовании такой возможности, во-вторых, даже зная направление, разогнаться в «пузыре» до скорости, достаточной для прохождения «пуповины», не представляется возможным. Просто потому, что «пузырь» разрушается, и корабль оказывается в новом «пузыре», в том месте траектории, где его застало «схлопывание». А поскольку «подушка» из пространства ПВ становится гораздо меньше, то она уже не может выдержать «давления» континуума ВП, и… смотри первый случай. Зато отыскать таких «утопленников» не в пример проще даже из пространства ПВ, нужно лишь знать методику. Впрочем, до недавнего времени и такие случаи относились к безнадёжным, Спасательная служба не способна ничем помочь.
— Ну и частный случай — «карман», — добрался я до сути. — Это гигантский, вполне себе космических размеров, «пузырь» с «пуповиной», но у него есть две основных особенности: он расположен на бесконечно малой глубине по координате Т, а его «пуповина» имеет размеры, сравнимые с условной «шириной» самого «кармана». Правда, часть её перекрыта областями «дырявого сыра». И вот из «кармана» при должном старании можно выбраться и самостоятельно, поскольку в основном его объёме содержится пространство ПВ, в котором возможно перемещение стандартными методами. Законы континуума ВП действуют лишь в пограничных областях. Плюс нет риска вызвать его «схлопывание», поскольку внешнее «давление» очень незначительно (вспоминаем, глубина по координате Т — бесконечно малая величина), а размеры «кармана» нивелируют воздействие двигателей любого корабля, даже самого крупного. Именно такими объектами «огорожена» область пространства, в которой вы сейчас находитесь. Это крепость Корпорации «Э(П)РОН», призванная уберечь нас от прямой атаки силами вражеских флотов. И это, прошу заметить, лишь часть наших возможностей.
— К чему все эти разговоры?! — воспользовавшись паузой в моей речи, заорал Спиридонов-Медный. — Мы лишены лидера и не видим перспектив!
 
— Если только конкретно вы, Яков Серафимович, — усмехнулся я. — А остальные… ну, большая часть, перспективы уже оценили. Да, господа, — повысил я голос, — я способен предложить вам многое! Очень многое! И даже в том случае, если не найду Антона Спиридонова! Поэтому предлагаю вам окончательно определиться, на чьей вы стороне. И подумайте вот ещё о чём: как воспримут ваше появление в клане, если вы вдруг решите вернуться? Не думаю, что по головке погладят!
— Но и не убьют! — перебил меня Яков. — Особенно если мы принесём с собой… кое-что!
Нет, всё же ты дурак, Яша. И правильно тебя Антон к себе не приближал. Другой вопрос, зачем вообще к делу привлёк? Надо будет поинтересоваться при случае. Ну а сейчас…
«Кумо, давай!»
«Процесс активирован…»
— Я вынужден принять меры, — сказал я, перехватив взгляд оппонента. — В превентивных целях. Посидите взаперти, сударь, и подумайте над своим поведением.
— Да кто ты та…
«Процесс завершён».
— Прямо здесь и сейчас, господа, — обвёл я взглядом «амфитеатр», — мы стали свидетелями очередного проявления слепой стихии. Судно Якова Спиридонова-Медного только что провалилось в «подпространство» из-за сбоя в прыжковом генераторе. Но в этот раз координата Т просто «сбилась», а не «поплыла», поэтому существует возможность отыскать «пуповину» и «поднять» «утопленника», задействовав не более двух «понтонов».
— Но?.. — пристально уставился на меня Игорь Ряскин.
— … делать я этого не намерен. Исключительно в воспитательных целях, господа мои.
— Так, значит… вы это можете проделать со всеми нами? — дошло до Игоря.
И до остальных, кстати, тоже.
— Кто знает, — пожал я плечами, загадочно ухмыльнувшись.
— Но… как?!
— Программный сбой, говорю же.
— Но… как?! Как вы взломали… всех?! — Во взгляде Ряскина мелькнуло понимание, и он изумлённо выдохнул: — Дьявол! Так вы для этого собрали общую видеоконференцию? Значит, правду о вас болтают, как о гениальном хакере! Алекс, вы начинаете мне напоминать Антона… такой же…
— Хитровыдуманный? — подсказал я.
— Непредсказуемый. Ладно, ваша взяла! Что мы должны делать?
— Во-первых, подчиняться моим приказам, — принялся перечислять я, — во-вторых, не устраивать грызню и сохранять спокойствие. В-третьих, мы должны увидеться воочию. Скоро прибудет «Экспансия», мобильная база Корпорации, и я хочу разместить вас на ней, чтобы вы на стенку не лезли от безделья и неизвестности. И в-четвёртых, вы должны набраться терпения. Рано или поздно ситуация разрешится тем или иным способом, и мы подумаем, что делать дальше. Плюс существует ненулевая вероятность, что я смогу найти Антона Спиридонова. Поэтому ваша основная задача — сохраниться до его появления как единая сила. Как видите, ничего невыполнимого я не требую. Итак, ваше слово?
— Хорошо, мы… согласны, — коротко поклонился Ряскин, так и не дождавшись возражений со стороны коллег. — Лучше физический плен, чем риск «технического сбоя»…
Ха, сарказм! Люблю такое! К тому же только что из серой массы выделился потенциальных лидер, при неблагоприятном исходе поисков способный заменить Антона. Надо к нему приглядеться…
К реальности меня вернули два фактора: во-первых, дёрнулся, замедляясь, лифт, а во-вторых, обеспокоенно похлопал по плечу Ценкер:
— Алекс, ты опять о чём-то задумался?
— Скорее о ком-то, — хмыкнул я, встряхиваясь.
Вот ведь бесов сын Антоха, такой подставы я от него не ожидал! Сколько дней уже, а всё никак не разгребу. Хотя, если сейчас всё пройдет более-менее гладко, одной проблемой станет меньше. И я даже решусь рвануть на поиски, тем более, в кои-то веки старшие коллеги отнеслись к намеченной авантюре более чем благосклонно. Главное, не сорваться — нервы не железные. А то наору на того же Ряскина, и прости-прощай зачатки доверия. Или, того хуже, руки распущу…
 
— Ульрих, подождёшь меня снаружи?