Изоморф. Дилогия (СИ)

Исходя из полученных данных, я выяснил, что благодаря Рани научился быть гораздо хитрее, чем мне это было свойственно раньше. Хилый мальчишка, не способный отстоять свое мнение даже перед кузеном, при всех своих минусах был изворотлив, живуч, как настоящий крысеныш, и при этом умел неплохо приспосабливаться к обстоятельствам.
Старик Лурр в этом плане сильно ему проигрывал, потому что был склонен к депрессии, нередко хандрил, а в прошлом не раз и не два опускал руки. Зато, как правильно заметил Макс, он был на редкость честным, прямодушным, открытым и светлым человеком, который до последнего дня своей жизни стремился помогать людям. И личность которого не подавила мою лишь по причине того, что по сути своей была неагрессивной.
Мастер Шал же представлял собой образчик идеального вояки. Прямолинейный как клинок. Упрямый и несгибаемый. Жесткий. И способный без зазрения совести избавиться от любого, кто хоть словом, хоть делом нарушит принципы, соблюдение которых составляло смысл его жизни.
В каком‑то роде мне повезло, что за все время пребывания на Ирнелле я не обзавелся ни друзьями из числа людей, ни полноценными врагами, ни какой бы то ни было значимой целью, к которой упрямая, волевая и жестокая натура карателя могла бы приложить свои умения. На ее несчастье, я был почти одинок, почти свободен и по большому счету стремился лишь к тому, чтобы выжить. При этом знания и опыт старика Лурра сделали меня благоразумнее, чем раньше, и уберегли от поспешных решений. Трусость Рани вынудила проявить осторожность даже там, где в этом не было особой нужды. Тогда как свойственная карателю невозмутимость позволила относительно спокойно все это проанализировать и без паники воспринять тот факт, что сейчас моя личность, по сути, представляла собой сборную солянку из четырех разных душ, среди которых моя собственная душа, к счастью, сохранила несомненное лидерство.
– Ну как ты? – с беспокойством спросил Макс, когда на улице рассвело, а я открыл глаза и вперил напряженный взгляд в окно.
– Еще не понял. Но кое‑что из старых принципов успел пересмотреть.
– Хочешь избавиться от того, что заполучил вместе с матрицами?
– Нет, – качнул головой я. – В них немало того, что я предпочел бы сохранить. Только не знаю, как это правильно выделить и где находятся границы той или иной личности.
– Вряд ли в нашем мире остались мастера, способные обучить тебя основам работы с собственным разумом. Но если бы ты нашел старые книги мастера Аввима…
Я фыркнул и поднялся.
– Сокровища «разумников» оказались пустышкой, Макс.
– Но, может, в запасниках Ковена или у местной гильдии магов что‑то осталось? Старые знания уничтожить не так‑то просто. Наверняка маги, пока охотились за коллегами моего хозяина, что‑то успели прибрать к рукам. Было бы хорошо, если бы тебе удалось заглянуть в эти книги.
– Не возражаю. Но пока у нас есть более важные проблемы. Пакость, ты где?
Выбравшаяся из‑под подушки нурра широко зевнула и уставилась на меня рубиновыми бусинками глаз.
– Как у тебя обстоят дела с запасами?
Пакость засуетилась, запустила под подушку лапки и выгребла оттуда целую горсть фэйтала пополам с такими же безупречными бриллиантами. Что‑то она, наверное, успела припрятать и в свой мешочек, но судя по тому, что его размеры существенно не изменились, не очень много. Поэтому‑то она и предпочла нага… то есть выработать драгоценные камни мне на постель.
– Умница, – бросил я, сгребая сокровища в кулак.
«Ули, как там наши звери?»
От улишша пришла целая череда невнятных картинок, и я раздосадовано поморщился.
Так. Похоже, особняк на Швейной улице внезапно сменил хозяина и очень некстати опустел. Отправленные по нужному адресу Первый и Второй застали лишь наглухо заколоченные ставни и висячие замки на дверях.
Кажется, ниис Шаран решил свалить по‑английски? Не прощаясь? И так удачно это проделал, что даже после целой ночи беготни по ближайшим кварталам моим нуррятам не удалось найти, куда он так спешно переехал.
С адресом на Гончарной, куда улишши наведывались лишь однажды и где не так давно проживал многоуважаемый мастер воровской гильдии по имени Рез, меня ждал такой же облом. И, по словам Третьего и Четвертого, бывший владелец апартаментов на втором этаже дома под номером семь точно так же, как и ниис, не оставил на столе записки с новым адресом.
 
Пятый и Шестой, тем временем наведавшиеся в прекрасно известный в определенных кругах трактир, не нашли там следов пребывания нужных мне людей. Нет, сам трактир по‑прежнему работал. Какие‑то посетители там тоже побывали. Но среди них улишши не увидели ни одного знакомого лица. И не услышали ни одного упоминания, способного пролить свет на загадочное исчезновение двух немаловажных для гильдии людей.
Та‑а‑ак.
С кого же я буду спрашивать украденное оружие? Рез, паскуда, какого хрена ты так быстро слинял с насиженного места? Да еще на пару с ниисом? Неужели за время, прошедшее с твоего возвращения, что‑то успело случиться? А может, ты опасался, что за убитого карателя с тебя однажды спросят? Нет, не Орден. Там, я полагаю, ты отчитался так, что комар носа не подточит. А вот с предполагаемым родственником убитого ты, вероятно, не пожелал увидеться. Особенно если подозревал, что у этого самого родственника имеются необычные способности и умение быстро и незаметно забирать понравившиеся ему вещи.
Что было в той шкатулке, Рез?
Ох, как бы мне хотелось это выяснить. Ну да ничего. Гоар – это не другой мир и даже не другая страна. Да и вы с Шараном не залегли на дно навечно. Рано или поздно вы все равно объявитесь. Мои улишши со временем вас обязательно найдут. И вот тогда, клянусь светом, я спрошу с тебя за все.
Мой тагор ты, скорее всего, оставить не рискнул, несмотря на то, что соблазн был по‑настоящему велик. Я, правда, слишком поздно вспомнил, что на нем, как и на браслете, стоит магическая метка, а значит маги Ордена легко могли определить местонахождение артефактов. Собственно, только поэтому ты их с собой и забрал – побоялся, что магия привлечет внимание. А потом наверняка принес их в резиденцию Ордена, предоставив магистру Нэшу в качестве доказательства моей кончины. Заодно ты благоразумно снял с себя возможные подозрения. Избавил Орден от необходимости организовывать спасательную операцию с целью возвращения бесценного имущества. И тем самым свел к минимуму риск обнаружения тайника.
– Олег, а ты уверен, что магистр не пошлет кого‑нибудь на пятый уровень отыскать твое тело? – отвлек меня от размышлений Макс.
Я к тому времени уже успел умыться, переодеться и спуститься на кухню. А заодно похвалить себя за то, что перед уходом в подземелья додумался заказать еды из трактира, подозревая, что по возвращении из катакомб мне вряд ли захочется куда‑то топать за пропитанием.
В ответ на вопрос Макса я только усмехнулся.
– Кроме Реза, на пятый уровень никто из зодчих больше не сунется. А Рез найдет способ завести поисковый отряд в тупик и наглядно продемонстрировать, что дальше дороги нет. Но даже если кто‑то ему не поверит и чудом отыщет обходные пути, то я после себя следов не оставил. Некко обратились в пепел. Свои плащи я нагрузил камнями и утопил в колодце вместе с остальными шмотками. Тот, лаз в тайнике, из которого мы выбрались, надежно закрыт, а снаружи его защищает еще и иллюзия. Поскольку мастеров‑«разумников», способных ее распознать, на Ирнелле давно не осталось, то, сам понимаешь…
– И что теперь? – настороженно поинтересовался Макс, когда я принялся активно уничтожать продукты и одновременно с этим потребовал от Ули еще один отчет. – Будем паковать вещи?
 
– Давай, – согласился я, доедая бутерброд. – Время до вечера еще есть, так что не спеши… слишком сильно. А я, пожалуй, немного прогуляюсь.
– Куда, если не секрет?
– В Орден хочу наведаться. Седьмой и Восьмой как раз закончили изучать его защиту.
– Зачем тебе в Орден? – насторожился Макс.
Я отряхнул ладони и поднялся из‑за стола.