Гросс (СИ)

— Так ты быстрее соображай-то, — продолжил зубоскалить дядька Игнат. — А то тут под Питером вдовушек много. И с домами, и с хозяйством… гляди, проворонишь счастье свое!
— Если с хозяйством, то и думать нечего, — расхохоталась Татьяна. — У меня ни кола, ни двора… 
— Вот засада!
Все изменилось, когда в их экипаже появился новый курсант. Март в тот день, как обычно, усвистал в город, забрав с собой молодежь. Ибрагим уже который день безвылазно торчал у себя в мастерской, а Игнат, не найдя себе другого занятия, копался в саду. Услышав, что ко двору подъехал автомобиль, Вахрамеев отложил в сторону лопату и выглянул за ворота.
Там переминался с ноги на ногу молодой человек в мундире ВВФ и чистыми погонами. Погода была не по-весеннему теплой, поэтому незнакомец снял куртку и держал ее в руке. Вторая была занята легким портфелем. Еще один чемодан стоял на земле. Доставивший его до места таксист как раз получил плату, после чего развернулся и уехал.
— Доброго здоровья, господин хороший! — поприветствовал незваного гостя Вахрамеев.
В старом комбинезоне и перепачканных землей сапогах, он, очевидно, не выглядел военным, поэтому молодой человек просто сказал ему, — Здравствуйте!
— Потеряли кого?
— Я ищу капитана Колычева, — охотно пояснил юноша.
— И зачем он вам? — продолжил допрос почуявший жертву отставник.
— Я буду проходить практику на корабле «Ночная Птица»… а вы, простите, кто?
— А я, положим, на этом корабле боцман! — нехорошо улыбаясь, ответил дядька Игнат. — А скажи мне, служивый, ты ежели практикант, то по какому такому случаю одет не по форме? Старших по званию, опять же, не приветствуешь, как положено?
— Вы и сами не мундире, — имел неосторожность возразить незнакомец.
— Молчать! — разом прекратив дискуссию, рявкнул Вахрамеев. — У нас сегодня согласно утверждённому командованием плану — парко-хозяйственный день!
В общем, когда буквально через несколько минут на мызе появился немного запоздавший Март, новый член экипажа был уже построен, проинструктирован и нагружен работой.
— Офигеть! — только и смог выдавить из себя увидевший эту картину Колычев.
— И что теперь будет? — осторожно поинтересовалась Таня.
— Ты о чем?
— Ну, это же наследник…
— Здесь он курсант, и мой крестный абсолютно в своем праве. Правда, ему лучше об этом пока не говорить. А то еще сердце, не дай Бог, прихватит…
— Ага, — скептически ухмыльнулся Витька. — Дядьку Игната никаким дрыном не проймешь…
— Значит так, товарищи военные, — пресек посторонние разговоры Март. — Лейтенант Калашникова, поскольку курсант Романов — будущий пилот, он поступает в ваше распоряжение!
— Есть! — четко, по-военному ответила Татьяна.
— В ближайшие два-три дня проверишь его теоретические знания, а потом перейдем к полетам.
— Это что же, Танюха целыми днями занята будет?! — возмутился Виктор.
— Не только она, — холодно парировал командир. — Оружейный техник Ким за это время переберет все имеющееся вооружение и подготовит его для практических занятий!
— В смысле все? Да его же у нас на роту…
— Вот и не теряй времени!
— И еще, пока не забыл. Распорядитесь кто-нибудь прислуге, пусть подготовят комнату для стажера. Ну и Михалыча предупредите, чтобы еще на одну персону готовил и сервировал.
— Есть, капитан!
Тем временем заметивший прибытие крестника Вахрамеев успел привести свою форму в порядок и подошел к «начальству» с докладом, дескать, за время отсутствия без происшествий, а личный состав занят по распорядку.
— Принято, — козырнул в ответ Март и с иронией посмотрел на запыхавшегося цесаревича. — Ну и как первый день службы?
— Это было… познавательно, — дипломатично ответил Николай, с некоторой опаской покосившись на боцмана.
— Слушай, как-то все не было повода узнать твой чин, ты что, реально рядовой? — обратил внимание на чистые погоны нового подчиненного Колычев.
— В ВВФ да, — просто ответил наследник престола. — А вообще, я подпоручик Преображенского полка и Войсковой атаман Донского войска.
 
— Н-да, коллизия, — хмыкнул командир «Ночной Птицы». — Званий на любой вкус. Ладно, заканчивайте тут, и пошли устраиваться. Занятия начнутся завтра.
Не успел Март разобраться со свалившимися на него проблемами, виртуозно спихнув большую их часть на подчиненных, как к нему явился бортинженер «Ночной Птицы» и по совместительству артефактор Хаджиев и без лишних церемоний потащил к себе.
— Вот, Март-сама, — не без гордости продемонстрировал он ему очередное свое творение.
— Что это? — осторожно поинтересовался Колычев.
— Защитный амулет!
— И?
— Помните, вы говорили, что хорошо бы встроить туда систему связи? Так вот, мне это удалось!
— Прекрасная новость! И как это работает?
— Не совсем так, как мы рассчитывали, — признал японец. — Напрямую — ментально — эта система не функционирует, даже для внятного формирования мыслеречи необходим Дар. Зато, если дать человеку гарнитуру с наушниками и ларингофоном, как в летном шлеме, то получается вполне надежно.
— То есть устройство и защищает от ментальных атак, и работает как рация? — уточнил Колычев.
— Не только. Еще удалось вложить контроль состояния реципиента. Это поможет в случае ранения или гибели, — владелец управляющего контура сможет оперативно оказать помощь бойцу на поле боя, или если случится нарушение периметра безопасности охраняемой территории. Даже гроссу все время держать «сферу» затруднительно, а за счет использования новой системы контроля это не требуется.
— Интересно, защитит этот амулет от невидимости?
— Не думаю. Там совсем иная механика.
— Надо провести испытания. Сейчас позовем Игната, все равно первый амулет — ему. И посмотрим, насколько это все сработает.
Не без торжественности вручив помолодевшему абордажнику новое устройство, Март отправил старшину и артефактора осваивать диковинную техническую приспособу. А сам взялся за телефон.
— Семен Наумович, добрый день, как ваше ничего?
— Не дождетесь, майн гросс. А как ваши дела?
— Есть кое-что срочное. Приезжайте часикам к пяти.
— И за чей счет банкет? Точнее, кто еще предполагается в числе приглашенных?
— Только вы и господин контр-адмирал.
— Владимир Васильевич в деле?
— А вы сомневались?
— Значит, впереди какая-то кровавая заваруха…
— Типун вам на язык! Ей богу, сплюньте, Семен Наумович…
А вот до Зимина дозвониться не получилось. По словам вахтенного начальника «Пожарского» свежеиспеченное «превосходительство» после Совета директоров отправилось в лабиринты Главного штаба, да там и сгинуло без следа. Впрочем, офицер прекрасно знал о взаимоотношениях своего командира с воспитанником и потому клятвенно обещал, что передаст его просьбу о встрече.
Судя по всему, так и получилось. Во всяком случае, прибыли приглашенные практически одновременно. Но пока пилот адмиральского бота планировал на площадку, Беньямин успел не просто покинуть свой мерседес, но и поприветствовать обитателей мызы, найдя к каждому свой подход. Виктору просто крепко пожал руку, дядьке Игнату преподнес пачку хорошего табака, его нового подопечного потрепал по плечу и посоветовал держаться, а вот Калашниковой досталась коробка шоколадных конфет.
— Танечка, вы как всегда обворожительны! — сообщил он с придыханием.
— Благодарю, Семен Наумович, — холодно отозвалась девушка. — Вас уже ждут.
— Ей богу, не представляю, как я буду обходиться без вашего общества, когда вас сменит новая секретарша… право, что за идея променять красивые платья на летный комбинезон?!
— Будете дарить конфеты моей сменщице, только и всего, — фыркнула та.
— Ах, как вы жестоки!
— Каждому свое.
Зимин, в отличие от него, рассыпаться в любезностях не стал, разве что козырнул в ответ практиканту, после чего проследовал прямиком в кабинет Колычева.