Франт 2 (СИ)
Ах, да! Забыл еще про опыт, что мне отвесила Система за ту кровавую баню, что я устроил в пещерах. Как вспомню, так всего и передергивает. Был бы я нытиком, забухал бы или в петлю полез, но я и ранее не к мирной специальности относился, поэтому еще в той жизни как-то со своей совестью договорился. Не то чтобы я был бесчувственной тварью, скорее чувственной… наверное тварью. Но это не мне судить. Короче, удовольствия или удовлетворения я от содеянного не испытываю, лишь осознаю что перегнул палку, но с точки зрения последствий поступил правильно. Пусть лучше слагают страшные истории про «ужас подземелий», чем ищут конкретного мальчугана ловко орудующего клинками и умеющего лишь кидать огнешары. В общем, свидетелей не осталось, и пусть с ним.
Но что-то меня опять понесло на оправдания, видать не совсем я с совестью в ладах, но какой-нибудь Фрейд лучше об этом доложит. Итак, за те несколько десятков душ, человеческих на этот раз, я получил ни много ни мало 21,400 ОО.
Согласен, первое что приходит на ум: может ну их эти данжи и в маньяки податься, чтоб резать командорш, раз за них так щедро отсыпают? Но нет. Увольте. Я до сих пор как вспомню глаза той последней красноволосой, то взгляд начинает то на бутылке, то на веревке задерживаться. Поэтому ни за что.
Очки опыта я распределил без затей. За 20 кОО взял четвертый класс Исцеления, чтобы сократить затраты до 1/4 резерва. Еще за 10 кОО приобрел Старшее заклинание Диагностика пока пятого класса. Без этого важного умения, а главное знаний я не могу полноценно пользоваться Исцелением, потому как элементарно не владею всей полнотой информации об организме, теперь же всё как на ладони. Может и расточительно, но раз связался с медициной, то стоит сделать как следует.
— Герд, ты идешь?
— Да, Вирона. Подожди, не здесь, — отстранил свою одногрупницу.
А я не сказал? Ну что ж, Костя Салин не ищет легких путей. Лирон если узнает на кого я ее променял, то нам обоим… ну мне так точно придется Локальной Регенерацией что-то заново отращивать.
Глава 13
— Опять эти.
— Забей, — проследив за взглядом попутчицы, вяло успокоил Вирону, когда мы уже оказались на заполненной прочими студентами площадке для посадки воздушных судов академии, привилегией обладания коей мало кто мог похвастаться в столице.
— А? — закономерно не поняла меня высокая слегка нескладная, но очень мне ставшая близкой в последние две недели синеволосая девчонка с очень светло-серыми глазами с темным обрамлением.
— Говорю: не обращай внимания на этих заносчивых пуделих с болонками, — всё так же вяловато блеснул я остроумием, не желая отвлекаться на переживания своей пассии, пока прикипел взглядом к тридцатиметровому красавцу воздушному паруснику, что завладел всем моим вниманием.
— А я значит дворняжка? — попыталась поиграть в импульсивность эта довольно взвешенная, но порою излишне увлекающаяся особа.
— Скорее кошка, — всё так же не поворачивая к ней лица монотонным голосом не принял правил игры, на что получил разочарованный вздох и ощутил в своей руке теплую ладошку.
— Франт, Торпс, опаздываете! Живее, — обожгла меня своим взглядом Лири, что поблескивая серебристой полумаской, деловито расхаживала в полевой форме наставника перед своими коллегами, то и дело останавливаясь и теребя рукоять меча на боку.
— Да, старший наставник Ровская, — прывычно отозвались мы, заняв место в толпе умело маскирующейся под строй.
— Бедняжка Франт. Торпс, ты совсем не бережешь своего несчастного воздыхателя, — как из под земли вдруг выскочила, хотя скорее выскользнула словно большая хищная кошка, красноволосая Милен.
— Горская, а тебе не надо к своей группе? Или ты нары…
— Сказал же: забей. Чего ты стартанула? Опять ведь поколотит тебя, — вздохнув поспешил одернуть разошедшуюся Вирону, что снова уверенно влезает в сети неизменно артистичной провокаторши к которой уже и привыкнуть как-то успел.
— Ах, какая забота, — ехидно продолжила Мили. — Мое девичье сердечко просто трепещет от столь трогательной опеки. Может стоило остановить свой выбор на ком-то более достойном и способном не только постоять за себя, но и защитить? Подумай, дурашка Франт. Мы, эм… Горские — способны дать многое и открыть…
— Горская, бегом к своей группе! Франт, Торпс, за мной! — стремительно проходя мимо, разрушила игру красноволоски наш наставник.
— Да, старший наставник Ровская, — словно собаки Павлова выдали мы «отзыв».
— Тебя не задевают слова… этих? Почему ты после столь яркого… дебюта так более никого и не наказал? Ведь столько же поводов для дуэлей было, — недоумевала и слегка негодовала Торпс, то и дело при этом сдувая тяжелую челку густых темно-синих волос, что блестящим на солнце потоком ниспадали на половину лица и оканчивались чуть пониже ушей. — Я же знаю на ЧТО ты способен, и мало кто смог бы тебе что-либо противопоставить, даже пожалуй в поединке чести, я уж не говорю об обычном студенческом. А ты так ни разу и не ответил на все эти дерзости и провокации! Они же уже болтают невесть что за твоей спиной. Обидно, Герд.
— Вирона, я… из-за такой воистину детской чепухи не стану никому мять бока и тем более проливать кровь. Слишком уже… слишком накладно потом отмываться. А тот, как ты назвала «дебют», вообще был ошибкой и глупостью, которая обернулась для… неважно. Короче, не хочу. И тебе не советую влезать, — поспешил увести тему от неприятных воспоминаний и избежать неудобных вопросов. — За неделю три раза палками махала и все три раза тебя отлупили. Вот скажи мне, зачем? Что такого важного ты отстаивала, чтоб потом не иметь возможности нормально сидеть, хромала и корчилась от боли при попытке вдохнуть полной грудью? А фингал? Стоило оно того?
— Эх. Ну как так можно? Они ведь про тебя говорили всякое… ну и про меня. Не могла же я всё это проглотить! — сверкая изумительными глазами, с напором выдала свое негодование, чуть ли не кипя праведным гневом, девица, что на пол головы была выше меня. А мне норм. Но «спустив пары» прильнула и прижав мою руку, что всё еще сжимала, к своей не особо впечатляющей груди, непосредственно выдала, сияя при этом обезоруживающей улыбкой. — Но благодаря твоему чудодейственному бальзаму я уже почти не храмаю, а фингал уже желтый! Так что я смело смогу отстоять еще и…
— Торпс, поживее! Франт, пни ее! Грузимся грузимся, детишки! Вольская! Где тебя Пустошь носит! Мы уже отчаливаем, быстро на борт! — пробегая отвесила, почему-то мне, подзатыльник вездесущая «старший-наставник-Ровская».
— Да… старший… наставник Ров… ская… — подбежала запыхавшаяся и раскрасневшаяся одногрупница, в любовании кормой коей меня однажды заподозрили.
— Ого! Вижон, зачем тебе столько мечей, а это там у тебя алебарда? Ну ты прям ваще…
— Живо на борт, я сказала! — Лири не дала «попускать слюни» и поблестеть глазами над обилием «сокровищ» моей порою чрезмерно увлекающейся спутнице.
— Да старши…
— Так, все на борту? Наставник Рецкая, ваши? — не дослушав, умчала дальше глава нашей экспедиции, где принялась подводить итоги погрузки.
— Мои все, старший наставник Ровская, — с достоинством отвечала голубокудрая такая себе «Мальвина», а по совместительству руководитель группы «принцесочьего кубла», поправив роскошный магический жезл под не менее роскошной и далеко не «мальвиньего» размера грудью, что благодаря широкому и туго стянутому поясу на тонкой талии, производила просто ошеломляющий эффект, вызывая неосознанное слюноотделение.
— Наставник Клено? — продолжила Лирон.
— Все, старший наставник Ровская, — так и не удостоив ту взглядом, словно хищная пантера лениво промурлыкала шикарная, невероятно знойная черноволосая красотка с огроменными чуть не кошачьими глазами, при этом почему-то пожирая ими меня.
— Младший наставник Фальк?
— Все на месте, старший наставник Ровская! — бодро отрапортовала своим звонким голоском совсем еще молодая и до невозможности милая веснушчатая девчонка с медового цвета локонами, что сейчас старательно были собраны в строгую прическу, которая впрочем, как бы ее обладательница ни хотела казаться взрослее, делала ее лишь еще милее.