Серое море Гренгавиума (СИ)

Гвейле не понравилось, как деловито переглянулись Тайтелин и Диэди, словно решая, кто за что возьмется.
— А этот Элве, он что, правда, в Пяти лепестках был? — спросила Тайтелин. — Серьезно занимался или так?
— Серьезно, — глухо отозвался Байю. — Мог бы стать первым в Верхнем круге. Или командором.
Он сел на полу ровнее, взвесил в руке револьверы и один отложил.
— Я ведь тоже работал в Корпорации баланса, — сказал Байю, и Тайтелин поняла, что он думает о смерти.
Байю не стал бы такое рассказывать в ином случае. Вот только о чьей смерти он думает?
— … и сбежал оттуда сразу, когда понял, что система баланса работает со сбоями. Я не хотел, чтобы мою репутацию это запятнало. Думал, поработаю немного для красоты в гражданской обороне… Последние обозы эвакуируемых я тоже бросил на полпути, когда узнал, что мои не успели добраться до пункта сбора и где-то застряли. Элвиг все правду сказал, я собирался в обход решениям Сердцевины делать из вас солдат… и оружие… Мне нужна власть, чтобы очистить весь город. Выжечь от этого дерьма. Отсюда… не успел сбежать.
Они помолчали немного, потом Диэди честно сказал:
— Ну, вы мне никогда не нравились. Если бы я успел потренироваться больше и стать круче, я бы вас точно на бой вызвал бы. И стал командором.
— Вот брехло, — поразилась Тайтелин.
Внизу вдруг зашумели, загомонили подменыши.
— Командор! Тайтелин! — громовым голосом заревел Бурен где-то там. — Эй! Есть кто?
Подменыши завизжали, захлебываясь, а Элве выругался.
— Мы тут! — крикнул Диэди. — Ты как?
— Мы положили пару дюжин тварей! Дом горит! Что тут за сборище, мать вашу?.. Нана ранен, а Оши-Ари без сознания.
Гвейле вдруг различил странное сияние внизу — словно белое облако света двигалось вперед сквозь подменышей.
— Что это? — изумленно спросил он.
— Это Бурен, — прищурилась Тайтелин. — В полной боевой форме.
Все блеклые облезшие полосы позумента на черной одежде Бурена сейчас светились. Он поднял винтовку, которая была у него в руке, и стрелял, пока не закончились патроны. Тайтелин показалось, что в Бурена тоже стреляли, но усиленная броня кителя защищала его сейчас и от пуль. Диэди крикнул Бурену и кинул ему ружье Кабы.
Элве внизу отступил, зашел за спины подменышей.
Байю напряженно следил за ним, потом пошел к лестнице.
— Валите к собачьим хренам, — сказал он через плечо, — прочь из дома. Я выжму из этого урода, как выключить его с…ную аппаратуру.
Это было… так непохоже на него.
— Да, командор, — хором сказали Тайтелин и Диэди.
Они в две руки снова поставили Гвейле на ноги, Диэди торопливо расстегнул свой китель.
— Давай так, — сказал Диэди. — Я думаю, его хватит, чтобы разомкнуть для тебя контур.
Он заставил Гвейле надеть китель и хмыкнул, что рукава немного коротки.
— Вот теперь выбирайся, через коридор иди к следующей лестнице и через то окно, — серьезно сказала Тайтелин. — Гвейле Сон-Бейга, сделай, как прошу.
Они с Диэди отошли в сторону, проверяя оружие.
Полумрак скрывал черты лиц. В одинаковых форменных рубашках, примерно одного роста, Тайтелин и Диэди казались братом и сестрой.
У Гвейле сжалось сердце, и он вдруг уловил странное в этом ощущении.
Словно это уже было.
Словно он видит их в последний раз.
Сейчас он выйдет наружу. Тайтелин и Диэди оба уже легко ранены, у них ни экстракта, ни защиты, только оружие.
Они не выйдут следом, что бы ни обещали.
Гвейле прекрасно понимал, что он только обуза. Его попросили выйти, чтобы не беспокоиться и не отвлекаться.
Но он никуда не ушел.
Байю спускался по лестнице, и позумент на его форме разгорался сильнее и сильнее. Последние ступеньки он преодолел одним прыжком, и что в конце он едва не упал, то этого никто не заметил. Из револьвера он выстрелил дважды, снес головы ближайшим подменышам, потом швырнул бесполезное оружие в сторону и выхватил саблю.
Гвейле никогда не видел его в бою, но даже он понимал, что командор дерется едва ли вполсилы. Бурен чуть дальше двигался куда стремительнее и смертоноснее.
 
— Осторожнее! — невольно вскрикнул он, увидев, что Элве впереди поднимает пистолет.
Крикнул и прикусил губу. Кого он сейчас защищает? Своих похитителей?
Тайтелин и Диэди не стали утруждаться спуском по лестнице, они явно привычным движением спрыгнули с перил, врубаясь в толпу подменышей прямо перед командором.
Элве скривился, пытаясь отыскать глазами Гвейле, и крикнул:
— Так ты переметнулся?.. А ведь я верил в тебя!
А Гвейле узнал оружие в руках Элве и закричал, уже ни о чем не думая:
— Берегитесь! В стороны, Лин! Диэди! У него ракетник! У Эл…
Его голос потонул в грохоте — старый друг Элве моментально развернулся на звук и выстрелил по галерее.
Гвейле откатился в сторону, зажимая голову руками. Правильно, кому он тут нужен? Код не знает, предатель…
Деревянный пол галереи вздулся и лопнул брызгами щепок, провалился, и Гвейле заскользил вниз, безуспешно цепляясь за накренившийся настил. Он грохнулся на первый этаж вместе с кучей обломков, и от удара выбило дыхание.
Это было страшное ощущение — воздух вокруг, но не внутри. Тщетно пытаясь вдохнуть, Гвейле перевернулся сначала на четвереньки, потом встал. Тишина вокруг была ненастоящей — уши заложило. Гвейле потряс головой, нарочно зевнул, но слышно все равно было как сквозь вату.
Он повернулся, чтобы увидеть Элве, который уже перезарядил свой ракетник и со злым отчаянием смотрел на него.
— Да как ты мог? — выдохнул Элве. — Я ведь пришел за тобой. Я ведь пришел!
Он стоял ближе всех, и подменыши, слушая приказа, отодвинулись в сторону. Тайтелин что-то кричала, но Гвейле выпрямился.
— Прости, — сказал он. — Ты неправ. Мне не нравится то, что вы придумали. Это… дерьмо какое-то.
Лицо Элве исказилось, и он вскинул ракетник. Тайтелин злобно завизжала, но она была далеко, за целой толпой подменышей.
Гвейле остался на месте. Если такая судьба, то этот снаряд Элве пусть лучше на него потратит. Вряд ли у него с собой много.
Пара подменышей слева вдруг вылетели в пространство между ним и Элве. Тот выругался, отпинывая их от себя. Следом за подменышами вывалился Байю, крутанулся на каблуках и сразу обрушился на Элве.
Элве отмахнулся, рукоятью ракетника отбил саблю. Увернулся от еще одного удара, они сцепились на миг, потом Элве отшвырнул Байю от себя и сам отшатнулся, рукавом вытирая кровь с лица.
Байю встал на ноги, слегка покачнувшись.
— Ты что, пьян? — с презрением спросил Элве. — Если ты думаешь, что твое знание кода от контура как-то тебя спасет, то хрен тебе. Я тут подумал… Мы выберемся через верхние окна, ваш контур туда все равно не достает. На этих все срастается в момент, пусть хоть целиком переломаются.
— Ты тоже стал дерьмом… как я, — прохрипел Байю и выпрямился.
Гвейле сглотнул, вдруг поняв, что командор не просто так стоит. Он закрывал собой его, Гвейле.
И что там в этих головах у Пяти лепестков? Пытаться его убить, чтобы потом закрывать?..
Когда Элве снова поднял ракетник, Гвейле не стал дожидаться выстрела. Он сам бросился вперед и в сторону, по дороге подхватывая обеими руками Байю.
Едва не огреб саблей от не ожидавшего этого командора, но лезвие соскользнуло с ткани кителя.
Они упали чуть в стороне от груды обломков, и выстрел прошел мимо, прошивая стену рядом со стационарным пультом. Резные панели разлетелись щепками, воздух стал мутным от штукатурки.
Гвейле начал было вставать, но Байю, выругавшись, подсек его.
 
— Осторожнее, — прошипел он. — Ползи за лестницу.
Но у Элве был еще один заряд, и Гвейле попался как дурак, обернувшись на его окрик.
***
Когда Гвейле крикнул, что у Элве ракетник, Тайтелин едва не застонала от досады, пропустила удар и чуть не дала подменышу воткнуть нож себе в бок. Древком косы она врезала в лицо следующему, и обратным движением рассекла шею нападавшего. От злости и досады она громко закричала, будто так стало легче, выругалась и развернулась, пробиваясь к Элве.