Во имя справедливости (СИ)

— В любом случае, Новгород нужно брать до подхода Шогу, — сказал я. — В крепости будем держать оборону.
Командиры согласились, я спросил приглашенного на совет главного знахаря армии Чарли:
— Как на счет зелья, усиливающего способности воинов?
Знахарь хмуро произнес:
— Успею приготовить, но далеко не всем хватит.
— Сколько конкретно порций получится сделать за сутки? — спросил я опять.
— Сотню или две сделаю точно.
— Это не мало! — ответил я. — Только ударить нужно вовремя и толково.
Чарли не разделял оптимизма:
— Если на такие высокие стены лезть, зелье не сильно поможет. Тут слишком мощная защита.
— Зачем лезть? — удивился я. — Противника можно обхитрить. Я подумаю, как лучше это сделать, а ты готовь пока зелье.
Чарли поклонился и вышел, а я сказал командирам:
— Используем ту же тактику с переодеванием, что принесла нам успех.
— Получится ли опять? — спросил рассудительный Мирон. — Возможно, знают здесь уже о наших маневрах. Может, придумаем что-то новое?
Пришлось ответить так:
— Уже думал, ничего другого не придумал. Проще всего нашим бойцам надеть на себя форму гвардейцев и взять оружие, захваченное у них. Это простой, но эффективный способ! Сотню солдат из числа самых сильных бойцов можем переодеть и проведем в крепость. Наш внезапный удар позволит захватить ворота, а затем пропустить через них армию.
— Если при этом бойцы глотнут снадобье, все может получиться! — сказала Алена. — Можно, я пойду в их рядах?
— Ты слишком заметная! Белая кожа тебя выдаст, — пошутил я.
Девушка оказалась находчивой:
— Я могу вываляться в грязи или одеться в черный балахон. И вообще, лучше ночью штурмовать, как тогда.
— Ты и ночью светишься, — с улыбкой сказал я. — Тебя в темноте далеко видно!
— Вот какое с вашей стороны недоверие, ладно, я стерплю! — девушка обиженно насупилась.
Я решил пояснить:
— Ты пойми, слишком уж велик риск. Если нас обнаружат, то драться придется с целой ордой.
— Я умею драться! — сказала Алена.
— Ладно, подумаю на счет твоего участия, — сказал я.
Мирон опять взял слово:
— Что бы переодетых воинов пропустили, стражники могут потребовать пароль или условный сигнал.
— Можно провести разведку, — предложил Хорошук. — Или в плен взять того, кто знает пароль.
— Лучше разведку! — с энтузиазмом сказала Алена. — Я пойду, я не вызову подозрений и буду очень рада, если опять смогу послужить борцам за справедливое дело.
— И это очень опасно! — сказал я.
— Буду осторожна, просто спрячусь у ворот и посмотрю, что требуют от прибывших в крепость. Тогда мы узнаем пароль или набор сигналов.
— Может, все-таки мужчину пошлем? — спросил Мирон.
Но Аленка настаивала:
— Лучше меня! У меня идеальный слух. И меня не заподозрят! Если увидят, скажусь простой крестьянкой, а мужчину поймают и будут пытать.
— Я бы не стал рисковать с разведкой, — сказал Мирон. — Но ты, Алексей, командир, тебе решать.
— Должность командира — это дополнительная ответственность и тяжкая ноша, — сказал я.
— Сладкая ноша! — ответил Хорошук. — Хотя не известно, что лучше: послать на возможную гибель девушку или рискнуть жизнью немалого количества бойцов.
— Никакой гибели не будет! — продолжила настаивала Алена. — Я пойду к воротам, дождусь, когда в крепость прибудет какой-нибудь обоз и узнаю пароль. Может, с обозом проникну в город.
— Она уже помогла нам, — напомнил я. — Пусть идет, если так уверена в себе. Только в город проникать не надо! Попробуй узнать пароль, и сразу назад.
— Я согласна и уверена в себе! — вскрикнула Алена. — Все сделаю так, как надо!
«Что за девушка, какая умница!», — подумал я и сказал ей:
— Запоминай каждое слово, любую мелочь. Не расслабляйся и никакого риска! При малейшей опасности возвращайся назад. Я пошлю бойцов тебя прикрыть.
— Не нужно прикрытия! Его могут заметить. Я справлюсь сама!
  
Глава 15
 
Ночью Аленка вышла в город и под утро оказалась у стен крепости. Она увидела возле ворот патруль и сторожку перед мостом в крепость, незаметно подошла к ней и затаилась с задней стороны.
 
В сторожке оказались два человека. Один из них недовольно произнес:
— Рабы совсем «оборзели»! Слышал, в Питере что твориться? И у нас в области устроили заварушку, имения барские подожгли в тот момент, когда у меня появилась богатая невеста. Теперь, пока мы будем сидеть здесь без отпусков и увольнительных, она найдет себе другого.
Второй солдат ответил:
— В крепости пока спокойно. Наших много, беднота помалкивает. Градоначальник сказал, что сделаем вылазку и очистим от бунтовщиков окрестности. Ведь это — рабы, не воины, а мусор.
Первый часовой сказал опять:
— Это так! Придется с бунтовщиками повозиться. Но вначале мы должны получить существенное подкрепление. Говорят, Нитуп направил нам в помощь большой конный отряд. А еще армия сформирована для подавления бунтарей.
Второй мужчина поделился своими слухами:
— А я слышал, что так называемая повстанческая армия тоже к нам идет Говорят, у них страшный командир, он дерется, словно демон. И неуязвим. Говорят, он послан к нам с неба.
— Ну, это — брехня! Просто умелый воин.
— Скорей бы смена пришла. Здесь самое гиблое место. Можем не успеть в крепости скрыться при внезапном нападении. Еще и мост через ров опустить нужно будет.
— Наши бунтари сюда не полезут. Тем более, подкрепление в ближайшее время прибудет.
— Скорее бы дождаться! Вон обоз с провизией едет, пойди, проверь!
— Пароль! — потребовал патрульный.
— Слава героям!
— Героям слава! — ответил гвардеец, дал знак, мост возле ворот опустился, ворота открыли.
Миссия была выполнена, Аленка вернулась в лагерь и сообщила мне:
— Окрестности бунтуют, на подмогу гвардейцам в крепость послан конный отряд.
— Вот и воспользуемся этим, — обрадовано сказал я. — Нужно срочно выступать!
— А как же подкрепление неприятелю? — спросил Хорошук.
— Вот твои бойцы его и его задержат. Видел мост по дороге сюда? Выдели людей, пусть разберут его и тем самым заставят противника потерять несколько часов. А когда враг прибудет, город уже окажется в наших руках, заманим вояк в ловушку, возьмем в плен или перебьем.
Я с мощным отрядом переодетых всадников выехал в направлении Новгорода. Волновался не сильно. Была ставка на элементарное везение и точный расчет.
Вслед за нами под командованием Александра Непомнящего двинулась пехота, которая должна была проникнуть в город через открытые нами ворота и спущенный мост.
— Надеюсь, нас не заподозрят! — высказал пожелание ехавший рядом со мной Мирон.
Я был настроен оптимистично.
— Не должны заподозрить! Впустим пехоту в крепость и без проблем возьмем город. У нас существенное превосходство в бойцах.
— Будем надеяться! Хоть и много новобранцев… 
— Ничего, не подкачают. Питер тоже брали преимущественно новобранцы.
До Новгорода было недалеко. Я планировал действовать так же, как при и захвате Питера. Не любил повторяться, но ведь недаром говорится: повторение — мать учения. Да и трюк с переодеванием у нас работал идеально. Вот и немцы многократно повторяли в сорок первом году похожий прием. Переодевались в советскую формы, благо трофеев хватало, делали вид, что это русские войска выходят из окружения, а затем внезапно нападали.
К счастью, ту войну мы выиграли, несмотря на то, что противник был поначалу и коварнее, и заметно сильнее. Это закономерно. Есть интересный феномен: несправедливые войны обычно проигрываются. Все же существует какая-то сила, что не дает взять верх злу.
С Новгородом, впрочем, оказалась не все так просто. К крепости города подошли на рассвете следующего дня. Подождали, пока к стенам подтянутся основные силы, которые затаились в лесу.
Мой отряд выступил вперед. Ворота, как и ожидалось, оказались на запоре. Несмотря на сказанный пароль и форму гвардейцев, пускать конницу в крепость не стали. Тогда я решил провести суровый разговор с главой гарнизона. Двоих бойцов, якобы переговорщиков от отряда, посланного Нитупом, согласились принять.