Место Силы 1-2 (СИ)

— Эти метки ведь люди оставили. Такие же, как мы.
— Каждая метка появилась ценой чьей-либо жизни. А то и не одной. Извини пожалуйста, у меня нет возможности сдохнуть тысячу раз в этом лабиринте, чтобы найти верный путь!
Я увидел впереди проём и предложил Алеф зайти туда.
— Тебе нужно отдохнуть, — сказал я как можно более убедительным тоном.
Алеф не стала спорить. Она действительно выглядела, как выжатый лимон, если не хуже. В то время как я, несмотря на все приключения, чувствовал себя более-менее в порядке.
Комната была странной. Вся обстановка состояла из цилиндров, которые я поначалу принял за бочки. Каждая высотой мне по пояс, они частично стояли, частично валялись. Алеф, не приглядываясь, взобралась на одну из них и закрыла лицо руками. Я осмотрел другую.
Потом — ещё одну. И ещё.
— Что ты там нашёл? — устало спросила Алеф.
— Какие-то узоры. Одинаковые.
— Красиво, наверное. — Тон Алеф был совершенно безразличным.
— Да не особо. Скорее похоже на какие-то надписи.
— Какие?
— Без понятия. Ну, наверное, местный аналог «Made in China».
Алеф спрыгнула с бочки и присела возле неё. Изучила внимательным взглядом непонятную вязь, нанесённую чёрной краской на красноватый бок бочки.
— Это даже на арабское письмо не похоже, — сказала она. — Вообще ни на что. Точно не Китай.
— Вот, а я о чём.
— Крейз, а у кого вообще есть какое-нибудь производство? Да даже если бы и было. Хоть три слова на английском написали бы в любом случае.
— Ты не забыла, что мы в другом мире? — Я встал и оперся о бочку, пошатал её. — Здесь нет наших языков, их по определению быть не может.
Бочка была тяжёлая — полная. И, судя по ощущениям, внутри находилась жидкость. Откуда взялось это ощущение? Видимо, имелся крохотный зазор, бочка была залита не до конца, вот жидкость и перемещалась от тряски характерным образом.
Никакого подобия крышки я не видел. Просто металлический — наверное — цилиндр, запаянный с обоих концов. Впрочем, даже не запаянный — шва не видно. Как будто сразу отлитый вот таким.
Но если его отлили цельным, то откуда взялась жидкость внутри?
Или я слишком многого от себя требую? Столкнувшись с проявлением разумной жизни в чужом мире. Да тут хорошо бы каких-нибудь учёных. Биологов, кибернетиков, кого там… Не знаю. Уж точно не филолога-второкурсника. Максимум, что мог я — сочинить рассказ об этом приключении. Но он бы даже за научную фантастику не сошёл.
— На нашем, первом уровне — никаких надписей нет, — сказала Алеф. — По крайней мере, никто не видел.
Я поскрёб бочку ногтем. Судя по ощущениям, надпись никак не выделялась. Не было похоже, будто её нанесли хотя бы тонким слоем краски. Она тоже была изначальной, как и сама форма бочки. С жидкостью внутри.
Что-то мне это напоминало, но ассоциация была до такой степени бредовой, что я никак не мог её толком ухватить.
— Ладно, — выпрямился я. — Слушай, чего спросить-то хотел. Тогда, в зале, наверху, ты кричала: «Что это?!»
— Правда? Не помню.
— А что тебя удивило? Или мне показалось?
— Ну, наверное, то, что в двух шагах от входа на нас напала целая армия. Такого раньше не было. Что-то подобное — только после седьмой-восьмой развилки.
— А так, всё всегда одинаково?
— Нет… Не совсем. Кое-что отличается. Но не до такой степени. Это больше походило на Наказание.
Опа. Вот ещё кусочек информации обломился. Драгоценность, надо беречь.
— Так может, это оно и было? — осторожно спросил я.
— Нет, — мотнула головой Алеф. — Наказание — это когда они врываются в наш дом. И их больше. Гораздо.
Ещё больше? В дом?!
Я стоял лицом к выходу, Алеф — напротив меня. Она подняла взгляд, скользнула им поверху, у меня над головой. Я догадался, что она высматривает вентиляционную решётку и мысленно поморщился.
Решётка была, её я увидел сразу, как мы вошли. Но она была крохотной. Наверное, туда можно было бы просунуть голову, но и только. Стандартный размер. Такие же решётки были в наших комнатах, да и везде.
Кроме одного-единственного места, которое нам посчастливилось найти.
 
И этот единственный — ну, наверное, — выход был теперь забит живыми мертвецами.
А если так — нет никакого смысла искать подходящее место. Путь наверх придётся либо забыть, либо прорубить.
Но для начала — его нужно будет найти. А Алеф, кажется, всё ещё не могла сориентироваться, где мы находимся.
Все эти мысли одновременно посетили и её — я понял это по её меняющемуся выражению лица. Алеф опустила взгляд, посмотрела на что-то у меня за спиной. Там были только бочки, ничего кроме. Но внезапно глаза Алеф широко распахнулись. А потом она приоткрыла рот.
Прежде чем раздался визг, я услышал слабый металлический лязг сзади. Обернулся, одновременно с движением призывая топор, и замер на миг, ошарашенный зрелищем.
Бочка — та, на которой недавно сидела Алеф, — выпустила три пары металлических ножек и аккуратно изменила положение — встала на ножки. Форма бочки менялась быстро и страшно, как будто внутри работал мощный насос, откачивающий воздух, и бочка сминалась.
Но сминалась не как попало. Меньше секунды потребовалось, чтобы понять: передо мной стоит жук, или типа того. Я видел металлическую голову, металлические надкрылья. Кажется, у него даже обозначились глаза.
Алеф завизжала.
Жук прыгнул.
 Глава 19 
 
У меня не было ни одного лишнего мгновения, чтобы задуматься о том, что, собственно, происходит.
Я принял зомби-«шатунов». Я согласился с существованием каких-то кожаных шаров, стреляющих иглами, и даже понял, почему их прозвали «ежами».
Но металлическая бочка, превращающаяся в огромного жука — это уже что-то вообще не из этой оперы.
Однако объяснять жуку, что он нелепо не вписывается в немножко привычный сеттинг, явно смысла не имело. Жук прыгнул, и я вскинул топор ему навстречу.
Вообще, инстинкты вопили о том, что нужно отскочить в сторону. Но за мной истошно визжала парализованная от страха Алеф. Моя самая большая драгоценность, которую ни в коем случае нельзя было терять.
Не только потому, что она — Целительница, хотя это и важно.
Главное — она единственная могла хоть как-то ориентироваться в этих туннелях. Она была моим сказочным клубочком, который катится впереди, указывая дорогу. И этот клубочек нужно было сберечь во что бы то ни стало.
Лезвие ударило жука в корпус. Я ожидал сильной отдачи. Даже того, что лезвие отскочит, и жук повалит меня.
Но топор легко пробил жука, и моих сил хватило, чтобы погасить энергию его прыжка. Только поясница немного заныла, дав понять, что благодарить следует «обтяжку», которая опять удачно распределила силу, позволив мне выстоять там, где я должен был рухнуть.
Из пробоины потекла зеленоватая резко пахнущая жижа. Я подался вперёд, продолжая движение. Жук упал, я уперся в него ногой, дёрнул топор. Металлические лапы судорожно дёргались, одна коснулась моей ноги. Я поспешил её убрать.
И тут визг Алеф вышел на принципиально новый уровень:
— Кре-е-ейз!!!
Я вскинул голову.
В принципе, уже ожидал чего-то в этом духе. Остальные бочки тоже выпускали ножки — по три штуки каждая. Некоторым приходилось легче, чем другим — они уже лежали и сразу же поднимались, готовые к атаке. Другим приходилось сначала упасть.
— Бежим! — крикнул я и повернулся к выходу.
Только вот никуда убежать не получилось.
Я увидел Алеф висящей в воздухе. Она отчаянно извивалась, пытаясь остановиться, но её держали крепко.
Её держал передними лапами паук. Здоровенный паук, раз в пять-шесть больше металлических жуков. И он был, похоже, настоящим, не металлическим.
Паук быстро вертел Алеф перед собой, покрывая её тело слюной, которая на глазах превращалась в паутину.
Это заняло у него буквально секунды полторы. Как бы ни трепыхалась Алеф, она быстро оказалась в глухом белёсом коконе. После чего паук ловко закинул её себе на спину, где Алеф, судя по всему, прилипла к хитиновому покрову.