Место Силы 1-2 (СИ)

Я представил себе Растора, который, даже не сознавая этого, останется единственным обитателем Места Силы, от которого будет какой-то смысл. Главным героем тысячелетнего спектакля станет нелепый жирдяй, от которого всю дорогу были одни проблемы. Какая ирония…
— А ты? — спросил Гайто. — Ты ведь приближенный.
— Ты не понял, парень, — вздохнул Ликрам. — Там, внизу, не будет места для живых. Никто не станет запускать пищевой процессор только для того, чтобы кормить меня. И уж подавно никто не будет там играть со мной в шашки, чтобы я не свихнулся от скуки. Мой черёд пришёл.
Помолчав, я пожал плечами:
— Ну, койки свободные в казарме есть, чё…
Меня прервал крик.
Вопль, подобного которому я не слышал ни разу в жизни. Казалось, кричит сам дьявол, который проснулся в своей уютной постели в аду от того, что какой-то шутник вылил на него ведро святой воды.
Только крик, пожалуй, был женским.
Ликрам первый сорвался с места.
 65. Иснай атроил 
 
Мы выбежали из-за корпуса и замерли. Я отчётливо ощутил, как волосы на голове поднимаются дыбом и понял, что это — нифига не просто выражение такое.
База выглядела пустой. Кто-то был в лечебнице, кто-то — в казарме. Так что одинокая фигура, бредущая от Храма в сторону «птичек», сразу бросилась в глаза. Она тут же скрылась за одной из «птичек», но даже этого секундного явления хватило, чтобы почувствовать настоящий ужас.
— Боже… — прошептал Ликрам и побежал вперёд.
Он бежал к ней, но я почему-то чувствовал, что с куда большим удовольствием он побежал бы от неё. Возможно, он просто не хотел поворачиваться к ней спиной, предпочитал разобраться с ужасом здесь и сейчас, как бы тяжело ни было.
Баэлари вышла из Храма.
Спящая Красавица проснулась и восстала из гроба.
«Птичка», стоявшая самой первой, жалобно скрипнула и… Сначала мне показалось, что она исчезла. Но потом до меня долетел отчаянный скрежет, и я понял, что здоровенный самолёт попросту расплющило до состояния лепёшки.
На эту лепёшку ступила Баэлари.
Она вновь закричала, и этот невероятный вой, смешавшись с воем ветра, заставил кровь заледенеть в жилах.
— И-и-иснай атроил урст-ха-а! — услышал я.
Она была голой. Её тело выглядело как пародия на человеческое. Серое, дряхлое, морщинистое. Тощее. Вместо груди была сплошная дыра, из которой сверкал Камень Силы.
Лин вскрикнула, схватилась за сердце.
Люди стали выбегать из казармы, крутя головами, недоумевая. Они тут же останавливались, в шоке от увиденного.
Наверное, примерно так же обалдели бы москвичи, если бы однажды Ленин вышел из мавзолея и пошёл по улице, громовым голосом выкрикивая коммунистические лозунги.
— Баэлари! — закричал Ликрам и протянул к ней руки.
Баэлари взмахнула рукой, когда до Ликрама было ещё метров десять. Его снесло в сторону как будто порывом ветра.
Я призвал топор.
Чёрт побери, я бы предпочёл вообще забраться в кибера…
— И-и-иснай! — загрохотала Баэлари, продолжая путь.
Она совершенно определённо шла в нашу сторону.
И, не в обиду Гайто, это могло означать только то, что ей нужен я, либо Лин. Ни того, ни другого я ей уступать не собирался.
— Уйди! — закричал я и поморщился, услышав, как плоско и невыразительно звучит мой голос в сравнении с её. — Скройся там, откуда пришла!
Лезвие топора засветилось фиолетовым.
Я помнил о том, что у меня открылась уникальная способность — этот стрёмно называющийся Мальстрём. Но помнил и сколько сил он сжирает. Не факт, что я тупо переживу его в очередной раз.
Баэлари остановилась. Вытянула руки перед собой. И следующее её слово я узнал.
— Лин! — прогремела она. — Лин, и-и-иснай атроил!
Вторя ей, завизжала Лин. Я повернул голову и увидел, что она упала на колени, что Гайто подхватил её. Поймал его затравленный взгляд, в котором читалось: «Крейз, что мы сотворили на этот раз?!»
И тут Баэлари упала на колени, будто зеркальное отражение Лин.
Из её груди выпало и разбилось о бетон Сердце Красавицы. А потом сверху упала окончательно умершая Красавица Баэлари.
 
 66. Прощай, друг 
 
— Лин! Что с тобой, Лин?! Вставай! — слышал я голос Гайто.
Я даже обернуться на него не мог. Мы все стояли, как громом поражённые этим немыслимым явлением. Все, должно быть, испытывали одинаковое чувство: религиозного ужаса.
Только что на наших глазах скончалось нечто невероятное, непостижимое. Нечто гораздо большее, чем мы все вместе взятые. Нечто, сопоставимое с Египетскими пирамидами и даже куда более древнее и таинственное, чем они.
Пророкотал вдали гром.
Я поднял голову и увидел, что всё небо уже закрыто чёрными тучами. Как будто только и ждала моего взгляда, тучи разорвала огромная ветвистая молния.
— Крейз…
Услышав слабый голос Лин, я повернулся. В руке всё ещё держал топор.
— Ты… как? — спросил я.
Бледная, как покойница, Лин стояла, опираясь на плечо Гайто, а он поддерживал её, приобняв осторожно за талию.
— Крейз, я теперь местный «дюраселл».
— Что?
— Что слышал… — Она облизнула пересохшие губы. — Питание всего этого грёбаного комплекса идёт теперь через меня.
— Откуда ты знаешь? — пробормотал Гайто, поражённый не меньше, чем я.
— Ты бы знал, если бы тебе в вену воткнули иглу и принялись откачивать кровь? — прошипела Лин сквозь зубы. — Мы… Чёрт подери, Крейз, мы в полной жопе, нам надо…
При всём желании я не мог услышать, что именно нам надо. Потому что в этот момент с отчаянным грохотом начали рушиться стены вокруг базы.
* * *
Прощай, друг!
Ты отчаянно сражался, и в нашем поражении нет твоей вины.
Место Силы проиграло войну с Чёрной Гнилью.
Ты жил, как воин, а теперь тебе предстоит умереть, как воину.
Не опозорь имя, которое досталось тебе от величайшего воина моего народа.
Удачи!
* * *
День пятый. 139 боевых единиц человеческого ресурса. 46 боевых единиц человеческого ресурса небоеспособны. 6 боевых единиц негуманоидного ресурса. Боеспособность Места Силы: приблизительно 9.9 % от запланированной
Кричали все одновременно. Я, Лин, Гайто. Но я даже собственного голоса не слышал. Поэтому вместо того, чтобы кричать, я бросился бежать ко входу в наш корпус.
Ликрама я потерял из виду, не знал даже, жив ли он. Поэтому когда натолкнулся на Грэма, который, разинув рот, смотрел на рушащуюся сверху стену, я решил взять на себя функции всеобщего командира хотя бы временно.
— В киберов! — рявкнул я Грэму на ухо. — В киберов — и убивать этих мразей!
Мразей я пока, к слову, не видел. Но шестое чувство подсказывало, что они не замедлят ворваться сюда и полакомиться сладеньким.
Я рванул на себя дверь корпуса, влетел внутрь вместе с порывом ветра. Тут было более-менее тихо, толстые стены глушили грохот снаружи.
Все, кто мог, высыпали наружу. Оставались лишь те, кто недавно вернулся с вылета, те, кому посчастливилось не загреметь в лечебницу. Они вяло шевелились на койках, щурясь, смотрели на меня, Лин и Гайто.
— Что там за шум? — громко зевнул Сайко. — Что, не могли вести себя по…
Он осекся, рывком сел на своей койке и вытаращил глаза.
— Пресвятая жопа, я не сплю?! Лин?!
Его крик разбудил Алеф. Она вскочила, как пружиной подброшенная, и закричала:
— Лин!
Бросилась бежать, налетела на Лин, едва не повалив, обняла её. Лин рассеянно похлопала её по плечу. Казалось, её разум был где-то далеко-далеко, не здесь. Она будто прислушивалась к чему-то, что не предназначалось для наших ушей и наших умов.
Для неё всё это, скорее всего, тоже не предназначалось, просто Лин, моими стараниями, оказалась там, где людям оказываться не полагалось от слова совсем.