Избранный поневоле (СИ)

При моём приближении ворота сами собой приоткрылись, пропуская во внутренний двор, а затем захлопнулись.
Оглядев пустующую площадь перед зданием администрации празднично украшенную флагами факультетов, я напряг память, вспоминая какое сегодня число и понял, что буквально вчера начался новый учебный год и был новый набор первого курса, а все студенты сейчас на занятиях и поэтому так тихо.
Мда, с моим очень вольным посещением занятий, в последнее время, не мудрено было всё пропустить.
Радовало одно, Элеонора точно должна была быть тут, лекции первому курсу ведьм всегда читала она, чтобы сразу настроить девушек на учёбу, ну и дисциплину привить. Потому что для ведьм главным всегда считалась способность владеть собой и уметь управлять эмоциями, чтобы не разбрасываться проклятиями по пустякам.
Кстати и мои вассалки где-то тут находились, и я понял, что соскучился по девчонкам.
Но для начала следовало посетить архимага. Традицию соблюсти. Да заодно аккуратно поинтересоваться, как там маги без телепортации, не сильно озлобились?
Взбежав по ступеням я решительно дернул дверь на себя и в холле, увидев группу смутно знакомых преподавателей, что-то оживлённо обсуждающих, на эмоционом подъёме громко произнёс:
— А вот и я, не ждали?!
Вот только реакция была неожиданной. Мастера и магистры дружно вздрогнули, бросив на меня затравленные взгляды, но затем тут же фальшиво заулыбались, и ни с того, ни с сего, поклонились, поприветствовав:
— Павел Алексеевич, с возвращением!
— Давно вас не видели!
И ещё какие-то слова слившиеся в единый неразличимый гул.
Почесав затылок, (с чего это они?) я, на всякий случай кивнул и ответил:
— Да вот, подзадержался маленько в султанате.
Сказал без задней мысли, но увидев, как те многозначительно переглянулись, тут же понял, что сболтнул лишнего. Ну точно они поняли, что я каким-то боком связан с пропажей телепортации, вон как напряглись.
— Но я там просто, по делам был, ничего такого, — попытался я исправить положение, но не преуспел.
Все тут же засобирались кто куда и вскоре в холле я остался совсем один.
— Мда, — пробормотал я, — язык мой — враг мой.
Добравшись по длинной винтовой лестнице к кабинету архимага, я постучал и зайдя объявил:
— Прибыл для дальнейшего обучения!
Вот только сидевший за столом Кхан моего шутливо-бравого тона не принял и глубоко и тяжело вздохнул.
Ещё раз, более внимательно оглядев ректора, я заметил, что тот явно долго не спал или спал очень мало, глаза были красными как у кролика, борода встопорщенной, да и в целом он стал выглядеть на все свои три сотни лет.
— Скажи честно, Павел Алексеевич, — произнёс он, сняв и принявшись яростно протирать стёкла очков бархотной тряпочкой, — твоих рук дело?
— Что? — переспросил я, смутившись.
— Всё, — устало ответил архимаг и я, глядя ему в глаза, после недолгой заминки, пристыженно кивнул.
Ну не мог я, врать архимагу, всё же, он много чего хорошего для меня сделал, да и сам был, как человек, весьма достойной личностью. К тому же, если вспомнить, сколько я ему головной боли за прошлые четыре года организовал, так вообще святой человек, раз при моём появлении не начинает тут же орать и бросаться посторонними предметами, а тихо, спокойно, даже я бы сказал, как-то обречённо, продолжает со мной разговаривать.
— И что же это взорвалось, если не секрет?
— База древних, — ответил я, не видя смысла скрывать, тем более от базы той и не осталось ничего, — если точнее, командный центр южных провинций империи.
— Эх, — снова вздохнул Кхан, водружая очки обратно на переносицу, — не разграбленный был, небось?
— Угу, — снова кивнул я, — кроме первого подземного этажа. А так всё целое, даже личностная матрица коменданта работала.
— Мда, жалко, сколько там, наверное, оборудования древних было…
— Много, — признался я, — Иквус вон тоже, чуть не плакал, когда оттуда порталом уходили.
— Иквус?! — встрепенулся ректор, даже как-то выпрямился в кресле, — как он? Он так неожиданно… эм… пропал.
 
Я вспомнил обстоятельства его пропажи и последующую за этим отсидку архимага с другими магистрами в инквизиторской тюрьме и вновь покраснел. Блин, да что же такое, вроде и по уставу действовал, а всё-равно стыдно как-то.
— Нормально, — поспешно ответил я, — ему, всё-таки, немного пилюлю подсластило и горечь утраты смягчило, что он верховным чародеем стал и замок заполучил.
— Как, верховным чародеем?! — воскликнул, мгновенно побледнев, архимаг, — там же только маг ментала мог.
— А вы, я смотрю, в курсе, — покивал я, ещё раз подивившись глубине знаний ректора, — так Сева как раз и есть менталист, причём сильный, его комендант командного центра сразу главным признал.
Бархоткой, которую продолжал держать в руках, Кхан вытер выступившую на лбу испарину, затем как-то очень озабоченно произнёс:
— Плохо, очень плохо.
— Не переживайте, ректор, — ответил ему уверенно, — за Иквуса я ручаюсь, он, в конце-концов, мой земляк.
— Вот это-то и пугает больше всего, — мрачно ответил тот, и снова, протяжно страдальчески вздохнул.
  
Глава 12
 
— У меня три вопроса на повестке, — произнёс верховный инквизитор, грузно усевшись в большое кресло во главе стола, за которым его ожидало два десятка подчинённых — вся руководящая верхушка ордена, — что делать с беглой султаншей и как нам её карту лучше разыграть в султанате, как организовывать взаимодействие и вообще какие-то контакты с верховным чародеем, так неожиданно объявившимся и как продвигается изучение артефактов на территории тёмных эльфов.
Оглядев молча выслушавших вопросы инквизиторов, верховный добавил:
— Начнём пока с третьего, — брат Лантис, доложи.
Один из инквизиторов, пожилой но бодрый ещё мужчина с шикарной лысиной на затылке, встал и кашлянув в кулак, чуть сипло ответил:
— Пока про изучение рано говорить, поисковые команды ещё собирают образцы и составляют карты на те артефакты которые вывезти пока не представляется возможным. Работы очень много.
— Ну хоть какие-то предварительные выводы есть? — нетерпеливо переспросил верховный.
— Есть, — кивнул инквизитор, — многого, по всей видимости, вывезти у эльфов не получилось, поэтому урожай богатый, но обнаружены признаки целенаправленной порчи отдельных видов артефактов, как правило, это что-то типа алтарей в их храмах.
— Не знал, что у темных была религия, — буркнул верховный.
— Это не религия, скорее всего, функционал был схож с храмами вампиров, только здесь шла подпитка магии крови.
— Как это установили?
— Логически. По времени совпадает с резким падением магического потенциала наших магов крови, всё, что они теперь могут, это в очень ограниченных пределах взаимодействовать с собственной кровью. О воздействии на других и вовсе надо, похоже, забыть.
— Восстановить можем?
Было видно, что главе инквизиции информация была не совсем по душе, хоть он магию крови и недолюбливал.
— Сложно сказать, там хорошо потрудились, уничтожая алтари, чтобы не дать нам разобраться.
— А может и не стоит восстанавливать — негромко заметил зам верховного — старший инквизитор Дизариус.
Инквизиторы переглянулись между собой, а затем согласно покивали.
— Пиши, что восстановлению не подлежат, — скомандовал верховный, — и дай команду, пусть алтари уничтожат окончательно, а то найдуться умники среди магов. И вообще проследите, чтобы, пока не определим какие артефакты безопасны для использования, магов на бывшую территорию тёмных не допускать.
Подождав, пока его указания запишут, верховный уточнил у Лантиса:
— Это всё пока, по тёмным?
Но тот, помедлив, качнул отрицательно головой:
— Не совсем. Почти случайно натолкнулись на замаскированный тайник, где обнаружили несколько тысяч таких ножей.
Инквизитор достал небольшой продолговатый свёрток и, развернув его, показал хищно изогнутый клинок с зазубринами, черный, с красными прожилками идущими по всему ножу.