Как в сказке (СИ)

– Нормально, не переживай.
– Как же мне не переживать, когда ты на свадьбе темнее тучи была?
Я обошла стол и обняла маму.
– Ты же сама говорила, что семья ― огромный каждодневный труд. А я трудоголик во всём. Мы притёрлись, постарались понять друг друга, принять такими, как есть. Знаешь, мне кажется, что я полюбила собственного мужа. Вот его нет рядом, а я уже скучаю.
Мама похлопала меня по руке.
– Это хорошо, но всё же проверься у специалистов, и мужа своего проверь.
Хотелось рвать и метать, просто рвать и метать. Поймав любимую тему, мама могла доставать меня постоянно, без перерывов на обед и ужин. Обычно я слушала, потом начинала раздражаться, мы ссорились и не разговаривали несколько дней. Ссориться сейчас я не собиралась, поэтому поспешила откланяться.
– Дочь, ты заявление в управляющую компанию напиши, чтобы счёт за квартиру и парковку на наш адрес пересылали.
– Хорошо, папуль.
Мама обняла меня в коридоре, приторочив к чемодану пакет с пирожками.
– Может, останешься?
– Нет. Сегодня отосплюсь спокойно, а завтра Валюшу навещу. Надо бы уволиться по-человечески.
– Вечерком забегай. Мать кулебяк напечёт. ― Папа хитро подмигнул. Вот знал же, чем заманить меня в гости!
Февраль в Москве выдался слякотным и ветреным. Мокрый снег слепил глаза, проникал за шиворот и стекал по спине холодными струйками. Словом, пяти минут, которые мне понадобились, чтобы дойти до такси, вполне хватило, чтобы я превратилась в мокрую кошку. Вдруг захотелось в Париж, к камину, к мужчине, который стал для меня таким родным и близким. Мы медленно двигались по широким улицам огромного города. Даже подумать не могла, что однажды стану не москвичкой, а гостьей столицы. Вот теперь можно будет и в Большой сходить, и все достопримечательности осмотреть. А то была в музеях, когда ещё в школе училась. Телефон в кармане завибрировал.
– Как дела, малыш?
– Ты звонишь каждый час. Думаешь, новости появляются так быстро?
– Просто я скучаю, и мне приятно слышать твой голос.
– В пробке стою. Решила заночевать дома.
– Что так? С родителями поругалась?
Я тяжело вздохнула.
– Мама опять завела старую пластинку. Внуков ей подавай. Словно их по щучьему велению сделать можно.
Егор хохотнул.
– Мы можем удвоить усилия, или даже утроить.
Тихий стон вырвался из мой груди, вопреки воли.
– Я соскучилась, очень. Мне плохо без тебя. Пожалуйста, брось всё и прилетай!
Муж помолчал.
– С радостью, но есть обязательства и сроки. Я итак работаю, как проклятый. А ты жди, женщина. Такая доля твоя.
Мы болтали о пустяках, пока такси не въехало во двор моей одиннадцатиэтажки.
– До встречи, любимый.
– Повтори.
Я улыбнулась.
– До встречи. Пассажир и багаж доставлены к месту постоянной прописки.
– Нет, не то. Что ты сказала дальше?
– Любимый?
– Да. Я хочу слышать это каждый день.
– Замётано.
Квартира встретила меня, как чужую. Я прошлась по собственной жилплощади, которая теперь казалась микроскопической. Провела пальцем по пыльной мебели, выкинула из холодильника позеленевшую колбасу и сыр, залезла в шкаф и вытащила старый спортивный костюм. Ведро, «Мистер Уборка», тряпка и пылесос. Вот то, что нужно девушке для счастья. Через час я сидела в чистой кухне с чашкой чая и наблюдала, как стиралка отжимала постельное бельё. Пыльные занавески были утрамбованы в пластмассовую корзину, где вместе с гардинами и пледами дожидались своей очереди. Да, я оказалась отличной хозяйкой. Просто за работой домашние дела отходили на второй план. Раз в неделю в моих хоромах появлялась мама и наводила порядок. А в этот раз я забыла оставить ей ключи от новой двери. Ничего. Справилась. Было бы желание, а оно было. Я подошла к окну, разглядывая знакомый двор. Может, и готовить научусь? Пироги буду печь, кулебяки… Я хотела обзавестись малышами и собственноручно создавать семейный уют, который и назывался домом, в большом понимании этого слова. Подсознание хихикнуло: «Ты превращаешься в бабу, Василиса Ильинична, а ещё Валюшу осуждала!» В бабу? И пусть. Однажды я бошу работу и с удовольствием стану обычной среднестатистической бабой. Сплету клетку и засажу туда своё женское счастье, чтобы не вздумало вырваться полетать. Пусть сидит и чирикает только для меня!
Решив, наконец, смыть с себя дорожную пыль, скинула в корзину домашнюю одежду и бельё. Уже взявшись за ручку крана в ванной, услышала настойчивый звонок в дверь. Кто это мог быть? Бдительные соседи увидели свет в окнах? Так я ни с кем не общалась, так, здоровалась, и бежала дальше. Управдом решил взыскать долги в десять вечера? Вряд ли. Может, адресом ошиблись? Накинув халат, прилипла к глазку. Нет. Такого просто не могло быть. Я же просила Егора не сообщать своим родственникам о моём визите. Тем не менее, перед дверью топтался Иван.
– Василиса! Открой, поговорить надо. Я знаю, что ты дома.
– Пошёл вон.
– Не груби. Я просто поговорить хочу.
– Ты опоздал почти на три месяца. Убирайся.
Иван прилип к глазку с другой стороны.
– Я никуда не уйду, а соседей разбудить смогу.
– Да они ещё и не ложились!
– Чего ты боишься?
Я широко распахнула дверь.
– Ничего не боюсь. Смелой стала, не поверишь!
Ванька втолкнул меня в коридор и тут же прижал к стене. Огромные руки обхватили моё лицо, а твёрдые губы прижались к моим. Я слышала, как кровь стучала в висках, не от радости или возбуждения. Всё моё естество противилось таким ласкам. Набравшись сил, оттолкнула нахала.
– Чего припёрся? Решил переспать с женой брата?
Иван вытер рот ладонью.
– Но он же переспал с моей невестой!
– Ты имеешь в виду ту, что через месяц родит тебе наследника?
Ванька подкатил глаза.
– Я имею в виду тебя.
Запахнув халат, прошла в комнату.
– Очнись. Ты что-то путаешь. Никаких обязательств между нами не было. Ты просто очень хотел трахнуть меня.
– Я и сейчас хочу.
– А я нет. Ты упустил свой шанс, хотя мог бы настоять и жениться на мне, если бы захотел. Но ты не хотел. Ты и сейчас не хочешь оформить отношения с матерью своего ребёнка. Если бы не папа…
– Одно твоё слово, и этой свадьбы не будет.
Я рассмеялась.
– Опять слова? Я не верю в сказки. Больше не верю. Так что ступай домой или в клуб, туда, где тебе приятнее находиться.
Ванька побледнел.
– Значит, ты выбрала Егора? Может, и тогда, в доме отца, ты хотела его?
Боже! А ведь я даже не обиделась. Просто смешно стало.
– Тогда ― нет, сейчас ― да. Я люблю твоего брата и не собираюсь изменять, даже с тобой.
Иван развернулся и молча вышел, хлопнув дверью. Раздумывая, рассказывать ли об этой встрече мужу, я решила повременить. Нежданное свидание совершенно не выбило меня из колеи. И что я раньше находила в Ваньке? Голубые глаза уже не казались бездонными озёрами, а крепкие ягодицы не притягивали взгляд. Вот у Егора попка была, что надо, впрочем, как и всё остальное. Набрала мужа, чтобы пожелать спокойной ночи. Телефон вне зоны. Бывает. Последние два месяца именно я следила за тем, чтобы батареи были заряжены. Подумав, отбила SMS «Сладких снов, любимый!» Завтра прочитает! Ладно, нужно искупаться. Потянувшись к крану в ванной, опять услышала звонок в дверь. Чёрт, ну почему все мужчины были такими непонятливыми?
Выйдя в коридор, крикнула:
– Я же просила свалить! Ты тупой от природы, или как?
– Василиса! Это Андрей Григорьевич. Открой, поговорить надо.
Ну, Егорка, погоди! Не успела появиться в Москве, а все твои родственники выстроились в очередь на аудиенцию. Запахнув халат, щёлкнула замком.
Естественно, Логачёв явился не один. Колян и Михей широко улыбались за спиной шефа.
– Здравствуйте, уважаемые. Не могу сказать, что рада встрече. Я ведь даже помыться не успела.
– А мы чего, Вась, если надо, спинку потрём, чай, не чужие! ― Колька хохотнул, но тут же заткнулся, получив волшебный пендель от Логачёва.