Как в сказке (СИ)
– Эй, Василиса, иди к нам. ― Кто-то звал из сарая.
Я метнулась в небольшую постройку и плотно закрыла дверь. Баба Фрося стояла у стены, прижимая к себе внуков, а в ногах послушно лежал Аполлон.
– Они… они там подожгли Вас.
– Ага, ждут, когда мы выйдем. Выкурить решили. ― Нюра-Констанция крепче прижалась к бабушке.
Я взяла себя в руки и уверенно произнесла.
– Значит так. Мы тихонечко выходим и перебираемся в дом Ивана. Живность какая в тереме осталась? Ну, кошки или хомячки?
Мальчик покачал головой.
– Не, в доме у нас только Аполлоша жил. Он нас и разбудил.
Да, очень странно держать в качестве комнатного животного хряка неимоверных размеров. Ладно, не пропадать же бедолаге. Придётся тащить с собой.
– Дом должен сгореть, баба Фрося. Тогда бандиты решат, что все погибли и на какое-то время оставят детей в покое. А там Иван подъедет, или Андрей Григорьевич, что-нибудь придумаем.
– Ох, как же так, милая? Как же так?
Я дёрнула старушку за рукав ватника.
– Дом Вам сынок новый построит. А, если терем Ваш потушат, а вас там не найдут, бандиты по соседям полезут. А вот я, к примеру, осталась одна. И кроме газового баллончика оружия не имею.
– Ладно, дочка, уговорила.
Едкое облако уже начало вползать в сарай.
– Закройте рты и носы и быстро бегите к нам.
Дым создавал хорошую завесу. Со стороны улицы нас бы никто не увидел, даже если бы влез на забор. Аполлон очень старался, но пролезть через узкую щель в штакетнике не мог.
– Его через подкоп тянуть нужно. Как чувствовал, ход себе соорудил.
Ахиллес подтолкнул жирного хряка к лазу под забором и нырнул следом. Дух мы перевели только тогда, когда очутились в доме Ивана и закрылись на все замки. Свин свернулся на коврике у двери и тут же уснул.
– Ладно. И нам пора на боковую. Размещайтесь на втором этаже.
Сил на разговоры уже не осталось. Едва коснувшись подушки, я провалилась в глубокий беспокойный сон.
Глава 16
Я встала рано, как всегда, к обеду.
– Ох, дочка, не знаю, как тебя благодарить. ― Баба Фрося суетилась у плиты. ― Сыну дозвонилась. К вечеру заберёт.
– Куда вы теперь?
Нюра-Констанция пожала плечами.
– Не знаю, может, в Грецию, а, может, в Англию. У папы домов много.
– А как же школа?
– Нагоним, ― пообещал Ахиллес, ― мы же вундеркинды!
– А с кабаном что будет?
Девочка рассмеялась.
– Мы его всегда с собой возим. Папа подарил нам Аполлошу совсем крошечным. Думали, минипиг, а он вон, какой вымахал.
Свин, поймав на лету оладушек, благодарно хрюкнул и поскакал к двери.
– Это ему в туалет надо, ― пояснил Ахиллес.
Мои глаза медленно поползли на лоб.
– Да ты не удивляйся, москвичка, всё дело в воспитании. ― Подмигнула баба Фрося.
Часов в шесть я услышала странный гул. Прямо во двор соседки приземлялась огромная железная птица. Руины ещё дымились. Запах гари просочился и в наши хоромы, но система пожаротушения, которой были оборудованы все дома в деревне, сработала безотказно.
– Сынок прилетел!
Слава Богу, а то я подумала, что нас решили атаковать с воздуха.
Трое вооружённых охранников выскочили на плитку, когда вертолёт ещё не приземлился. Высокий седой мужчина спрыгнул с подножки и зашагал в нашу сторону широкими уверенными шагами. Несмотря на цвет волос, незнакомец был довольно молод. Лет сорок-сорок пять. Вот вам издержки большого бизнеса, обратная сторона миллионов. Я поспешила открыть дверь.
Мужчина вошёл в горницу и обнял бросившихся к нему детей.
– Все живы? ― он повернулся ко мне. ― Василиса?
Я икнула.
– Спасибо, Василиса, за детей и за маму. Мать всё мне по телефону рассказала. Теперь я Ваш должник.
Да, должников у меня развелось ― хоть пруд ими пруди. Вот толку-то? Очередная визитка легла мне в ладонь. «Эвофиади Коста Димитриевич». Грек? Баба Фрося улыбнулась.
– Греки мы. Вся родня в Афинах. Это я тут прикипела. Да, видно, суждено помереть на Родине. Ты, дочка, не стесняйся, если отдохнуть, или спрятаться от кого, так звони, поможем.
– Спасибо, конечно, но я вот… с Ваней…
– Ванька ― мужик хороший. Молодой, правда, но с мозгами. Ты держись его. Но, кто знает, как жизнь обернётся. ― Господин Эвофиади тряхнул седой гривой и пошёл к дверям.
– Пока, Вася, ты в гости приезжай.
– Мы ждать будем.
Аполлон послушно потрусил за детьми, которые не казались ни расстроенными, ни напуганными. Наверное, уже привыкли. Хотя, разве к такому можно привыкнуть? Я бы не хотела, чтобы моих наследников преследовали, похищали, поджигали. И тут меня пробил холодный пот. А ведь семья Ваньки совсем не лучше соседской. Разборки, перестрелки. Вот где Иван? Жив ли он вообще?
Я вышла на крыльцо, пытаясь унять дрожь в коленях. Охранники погрузили в вертолёт сначала хряка, а потом и всех остальных. Пропеллер завертелся, и вот тяжёлая машина поднялась в воздух, махнув на прощанье хвостом. Когда она превратилась в крошечную точку, я тяжело вздохнула и поплелась домой.
Пустота и одиночество давили со страшной силой. Я уже хотела плюнуть на всё, собрать чемодан. И собрала. Оставалось придумать, как попасть в Москву. Где-то рядом была станция, ведь Ванька добрался до Междуреченска на электричке. Вот только как попасть на эту самую станцию? Может, кто из местных согласится подвезти или хотя бы направление указжет? Только я решилась покинуть усадьбу, как ворота широко распахнулись, и во двор въехал огромный Джип. Я взглянула на номера. Свои. Подсознание фыркнуло, мол, с каких это пор бандиты своими стали?
Колян влетел в дом и пробасил:
– Чемоданы собирай. В Москву едем. ― Перевёл взгляд на мои скромные пожитки. ― А ты быстрая. Молодец. Или сбежать решила?
Я пожала плечами.
– Ага, ночью, через тёмный лес.
– Ладно, поехали. Дома разбираться будем.
Глава 17
Я и представить не могла, что слово «дома» означало квартиру Ивана. Огромная студия в шикарной новостройке. Она красноречиво свидетельствовала, что хозяин был человеком деловым, богатым и абсолютно не сентиментальным. Неужто я ошиблась в Ване? Сам царевич стоял у открытого окна в излюбленной позе, повернувшись ко мне спиной.
Втащив чемодан и сумку, парни молча удалились, а я так и осталась у дверей, переминаясь с ноги на ногу.
– Иван?
Он, наконец, отвлёкся от своих мыслей и посмотрел в мою сторону, а я вдруг осознала, что парень стал другим. Ясные глаза потухли, на лбу залегла глубокая складка, а губы, удивительные манящие губы, больше не улыбались.
– Что случилось?
Ваня опустился в кресло у окна и откинул голову.
– Устал. Да ты проходи, садись.
Я осторожно прошла и села напротив.
– Дело ведь не в усталости?
– Верно, Василиса. Захара подстрелили.
Я вздрогнула.
– Захара? Кто это?
Иван ослабил галстук.
– Брат мой, средний. Мы были очень близки.
– Насмерть? ― сердце сжалось, как будто таинственный Захар был моим братом.
– Нет. Но шансов мало.
Я не знала, что делать в такой ситуации.
– Вань, возможно, тебе лучше поехать к нему? В какой больнице он лежит?
– Отец транспортировал его в Израиль. Но даже там не дают никаких гарантий.
Я подсела ближе и прижалась к мускулистому телу. Поглаживая широкую грудь, я успокаивала своего мужчину, баюкала, как маленького.
– Всё будет хорошо, Иванушка, вот увидишь. Я с тобой. Всё будет хорошо!
Иван схватил меня в стальные объятья и уткнулся носом в шею.
– Вась, как хорошо, что ты рядом, здесь и сейчас. Если бы не ты, я просто сошёл бы с ума.
Его дыхание стало частым и рваным. Одной рукой он прижимал меня к себе, а другой стягивал плеча шерстяную кофточку. Я подняла руки, помогая освободить себя от одежды, и вновь прижалась к стальному телу. Сошла с ума? Мягко сказано. Словно дикая кошка, я изгибалась, впиваясь в твёрдые губы жадным поцелуем, расстегивая пуговицы дорогой мужской сорочки. Ещё мгновение… И зазвонил телефон.