Правила первокурсницы (СИ)

— Мое почтение, леди, — раздался мужской голос и в зале появился светловолосый мужчина с эмблемой мага, лицо, казалось знакомым, но имя я так сходу назвать не смогла, кто-то из молодых учителей, но пока еще не работавших с нашей группой. — Простите, что помешал, но это нужно срочно отправить в столицу. — Он протянул миссис Улен конверт с восковой печатью Академикума.
— Отдайте, леди за столом, — сказала женщина и, бросив на меня взгляд, поинтересовалась: — У тебя все в порядке, милая? А то ты так смотришь на это письмо, словно оно собирается тебя укусить.
— Да, благодарю за беспокойство. — Я положила послание на стол и взяла у мага конверт, чувствуя на себе внимательный взгляд его темно-серых глаз.
— Тогда я, пожалуй, пойду, — жрица поправила перчатки.
Это произошло, когда она натянула на голову капюшон, когда Гэли поставила перед собой одну на другую несколько коробок, когда Катарина нагнулась, чтобы подобрать что-то с пола, когда миссис Улен пожелала ей хорошего дня…
А мужчина все еще продолжал смотреть на меня, рука чуть дрогнула, когда я положила конверт на стол, а в его пальцах словно из воздуха появился нож. Самый обычный, без вензелей и прочих украшательств. Строгое лаконичное лезвие, очень узкое, оно показалось нестерпимо сверкающим в скудном свете магических светильников. Губы преподавателя скривила усмешка. Не та, что появляется на лице магистра Виттерна, когда кто-то из учеников скажет очередную глупость, а совсем другая. Слишком вызывающая, я бы даже сказала, хищная. И глаза… Я могла бы поклясться здоровьем папеньки, что они потемнели, что зрачок вдруг слился по цвету с радужкой, а потом словно выплеснулся из нее, заливая глаз целиком. Нож ожил и затанцевал в пальцах.
Я, кажется, охнула, но в этот момент Гэли уронила две верхние коробки и все бросились их собирать. Все, кроме меня, мага и жрицы, которая, рассмеявшись, повернулась к двери. Молодой преподаватель повернул голову, посмотрел на нее, а потом снова на меня. Рука с ножом поднялась в горлу и чуть качнулась из стороны в сторону, словно перерезая что-то. Учитель указал ножом на жрицу.
Девы, это было похоже на… Это было похоже на то, что он спрашивал моего разрешения или даже предлагал перерезать горло женщине.
Дверь хлопнула, и служительница богинь вышла на улицу.
Я невнятно всхлипнула, вскочила на ноги, едва не опрокинув стул, отступила от мага, продолжавшего разглядывать меня, своими невозможно-черными глазами, и бросилась к выходу, чувствуя, как внутри собирает силу пламя. Слишком большое, слишком непослушное… Просто побежала, едва не запутавшись в юбках. Я слышала, как с тихим звуком по полу покатился карандаш, и мне не нужно было оборачиваться, я и так знала, что он сгорел, моментально превратившись в пепел. Слышала, как меня позвала Гэли, как испуганно вскрикнула Катарина. А перед тем, как за спиной закрылась дверь, а в лицо ударил холодный и влажный воздух, слышала, как хозяйка почтовой станции выговаривала помощнице:
— Вот беда с этими «леди», не приучены они к работе. Всего час посидела за столом… 
Миссис Улен наверняка покачала головой, аможет, кинулась тушить язычки пламени, что поползли по полу станции, а может и по письмам. Но мне было все равно. Почему-то представлять себе это было проще, чем думать о том, что я только что видела. Все чувства вдруг обострились, внутри скрутился такой тугой узел, что казалось еще немного и я упаду… Или закричу! Или сойду с ума! Или спалю весь Академикум единым махом! А может, все разом… Но это был всего лишь миг, всего лишь несколько секунд, когда я сбежала с крыльца и бросилась в сторону, и разбрызгивая воду из весенних луж. 
Не знаю, чем бы все это закончилось, падением, очередной истерикой или чем похуже, чтобы кто-нибудь еще посетовал на нежную конституцию «этих леди». Но неожиданно я налетела на что-то… кого-то… Подняла глаза и встретилась с серыми глазами Мэрдока, почувствовала на талии его руки, увидела валяющуюся на земле трость, услышала голос:
— Ивидель, что случилось?
 
Голос, который вернул меня обратно, вернул разум, который я словно потеряла от испуга, от ужаса и осознания то, что видела. И мир снова стал прежним, он утратил эту невозможную пронзительность, я смогла если не принять это, то хотя бы произнести вслух:
— Я видела демона! Тень демона! Здесь, в Академикуме! 
А потом огонь, что разгорался внутри, обернулся холодом. И лужи под ногами тут уже покрылись мутноватой белой пленкой льда. Я пошатнулась, но Хоторн не дал мне упасть.
— Тень демона? — спросил он с сомнением. — Это же…
— Демон вселившийся в человека, тень в его глазах… — беспомощно проговорила я и услышала звук открывающейся двери.
— Мое почтение, молодые люди, — услышала я спокойный голос молодого мага, в глазах которого минутой ранее разливалась чернота.
— Доброго дня, магистр Олентьен, — ответил на приветствие Мэрдок.
И маг должно быть удалился. «Должно быть» — потому что я не видела, потому что сосредоточилась на куртке Мэрдока, очень боясь повернуть голову и встретиться с черными глазами молодого учителя.
— Ивидель, вы мне бесконечно льстите, но все же я не думаю, что стоит прижиматься ко мне вот так средь бела дня, — голос сокурсника был полон иронии.
— Он ушел? — не обратив внимания на его том, спросила я.
— Магистр Олентьен? Да, а что…
— Это он, — прошептала я.
— Демон? Не может быть, он читает рыцарям «Способы распознавания магии». Вы уверены?
Я подняла голову и заглянула в серые глаза сокурсника. Показалось или где-то там, в глубине мелькнула насмешка? Не злая, нет, а эдакое снисхождение к впечатлительной девушке. Именно с таким выражением лица, он спрашивал меня, верю ли я в суеверия крестьян, когда мы… Нет, когда я обвинила его опекуна в попыткепокушения на моих отца и брата. Именно с таким выражением смотрел на меня оружейник, что пытался продать намрапиры, украшенные каменьями…
Уверена ли я? Девы, конечно, нет. Прошло всего несколько минут, а я уже сомневаюсь в том, что видела. Вдруг это всего лишь игра света и тени? Вдруг этот молодой маг просто имеет дурную привычку вертеть в руках предметы, будь то нож или карандаш?
А может быть, мне просто не понравилось то, что я увидела. Оно испугало меня. И не только. Если на Острове демон, придется что-то делать, что-то решать, хотя бы известить магистров, которые, конечно, мне не поверят… Опять!
Так и хотелось поднять лицо к небу и выкрикнуть: «Почему я?!».
Потому что, я знаю что видела, хоть и очень хочется забыть.
Вольно и невольно, но Хоторн дал мне шанс отступить, сделать вид, что ничего не было, похлопать ресницами и, возможно, расплакаться. Так бы поступила любая. Именно это меня и отрезвило. Я — не любая.
— Уверена.
— Иви! — услышала я возмущенный голос Гэли. — Мэрдок немедленно отпустите леди Астер. У нее, между прочим, есть жених, а вы нарушаете все приличия…
Увлеченная разглядыванием сокурсника, я не слышала, как дверь почты снова открылась и на этот раз из нее вышлаподруга, которая вдруг решила вспомнить о моей помолвке.
— Да, неужели? — странным тоном уточнил Хоторн, я вдруг даже сквозь ткань почувствовала прикосновение его пальцев к талии. Трость валялась на мокрой земле.
Девы, я только что видела демона, а меня волнуют чужие руки на талии. А еще то, что мне совсем не хочется отстраняться?
[1] «Глаза богинь» — более распространенное название трех лун Аэры.
  
Правило 4. Никогда не поздно исправлять ошибки
 
— Очень рада видеть вас, жаль, что не всех, — проговорила, входя в аудиторию, Кларисса Омули Тилон.
 
Все тут же посмотрели на место, где обычно сидела герцогиня. Но я почему-то подумала, что она говорила совсем не о Дженнет.
— Можете садиться, — моя бывшая гувернантка прошла к своему столу. — Сегодня мы поговорим о том, как важно держать слово. — Она остановилась и пристально посмотрела на Рут Ильсеннинг, а потом на меня. Через несколько секунд, я не выдержала и опустила глаза, совсем, как благовоспитанная леди. Матушка бы порадовалась. Или ужаснулась, потому что скромный взгляд дочери объяснялся отнюдь не воспитанием. Он объяснялся страхом и нежеланием видеть черноту в чужих глазах.