Колонисты 3 (СИ)

Впрочем, последнее было ложной надеждой обреченного на смерть человека. Ведь наверняка каждый, кто знает, что в следующую секунду умрет, надеется на чудесное спасение: на внезапно появившегося союзника, который уничтожит противника, на милость победителя, который пожалеет и не убьет, на сказочных орлов, крылатых пони, белого волшебника, которые унесут тебя отсюда. Ты готов поверить во все, что угодно, придумать самый необычный и экстравагантный вариант собственного спасения, вот только…
Смерть в лице жутковатого монстра из армпласта приблизилась еще на шаг.
Надежда отступила. Настал черед торгов, но как убедить машину не убивать меня? Что предложить?
— На, сволочь! — просипел кто-то.
И я с удивлением увидел Строгова, лежавшего на снегу, протянувшего руку к киборгу.
Мгновение, и я понял, что сейчас произойдет. Но это понял и киборг.
Он вырвал гранату из слабых рук Строгова, попытался отбросить ее в сторону, но не успел.
Я же, сообразивший, что происходит, только понял то, что ноги сами собой уносят меня отсюда — я попятился назад. А в следующий миг я разворачиваюсь к противнику спиной и пытаюсь убежать.
Вот только мне не удалось сделать и шага, как не удалось и киборгу отбросить гранату.
Нестерпимый жар опалил мое тело, боль разлилась по каждому сантиметру кожи, стальными иглами вошла внутрь, заставила заорать, скорчиться.
Не знаю, сколько прошло времени, был ли я в сознании или же отключился, но когда я вновь смог соображать, то понял, что лежу в снегу, от моего тела валит пар, тело (спина, в частности) жжет так, словно бы я на костре побывал или же искупался в горячем масле.
Я оглядываюсь назад. На том месте, где были Строгов и киборг, пылает костер. Странный огонь, прямо-таки синего цвета. Пламя быстро угасает, превращается во вполне обычное и привычное.
Я никого не вижу за этим пламенем — ни Строгова, ни киборга. Что же сейчас произошло? Что случилось?
Позже разберусь, не до того…
Я ползу по снегу, ползу назад. К тому месту, где должен был находиться Тэкс. Туда, где лежит мой рюкзак, внутри которого должны быть лекарства. А главное — обезболивающие. Мое тело горит, я сжимаю зубы так, что они крошатся. Адская боль, просто нестерпимая. И я не понимаю, как все еще нахожусь в сознании, как еще не отключился.
Странный шум сзади заставляет меня отвлечься от собственных ощущений, от боли.
Я поворачиваю голову и не верю собственным глазам — из огромного костра, загребая одной единственной рукой, ползет киборг. Он сам пылает, будто факел. Однако киборг не обращает на это внимания. Он ползет за мной.
Я взвыл от отчаянья — этот монстр не даст мне уйти, не оставит в покое.
А я даже не могу убежать: попытался подняться на ноги, однако получил такую вспышку боли, что предпочел не то что остаться распластанным на снегу, но и вообще не двигаться. Мне понадобилась целая секунда, чтобы темнота в глазах исчезла, чтобы боль отступила.
И эта секунда мне стоила того, что киборг смог приблизиться на полметра и уже забросил руку вперед, готовясь подтянуться, приблизиться ко мне.
Я пополз. Было нестерпимо больно, но я полз.
Я старался забыть о боли, сосредоточиться лишь на одном — что я должен ползти, мне нельзя оставаться на месте. Мой единственный шанс — уползти от киборга, двигаться быстрее, чем он.
К сожалению, я прекрасно осознавал, что ничего из этого не выйдет — он не чувствует усталости, не чувствует боли, он ползет вперед, он приближается. И я ничего не смогу ему сделать — хоть я и не упустил своего оружия, но оно разряжено. Энергопистоль, как мне казалось, ничем не сможет помочь.
Еще полметра вперед. А киборг уже всего в паре метров от меня.
Это конец. Похоже, в этот раз настал мой черед…
Успокаивающая мысль заставила меня прекратить попытки двигаться, прямо-таки приказала оставаться на месте: я сделал все, что мог. Теперь надежда на оставшихся в форте. Если им повезет, и они смогут найти аудитора, отведут его в город, и он сможет взять контроль в свои руки, есть неплохой шанс, что и нас здесь найдут, оживят.
 
А даже если нет — ну и черт с ним! С Хрустом, колонизацией, Айденом, киборгом — уже попросту плевать, что будет дальше. Я устал, я больше не могу. Я готов согласиться на все, даже на смерть — лишь бы больше не чувствовать боли.
И я остановился, повернул голову, разглядывая приближающегося ко мне киборга.
Вот и все, конец истории…
  
Глава 14 На последнем вздохе
 
Бах!
Внезапный и резкий звук в обычной ситуации наверняка резанул бы слух, заставил поморщиться, напрячься в ожидании повтора. Наверняка я бы еще и выразился, мягко говоря, нецензурно по поводу источника звука и того, кто собственно и послужил причиной моего негодования.
Но только не в этот раз.
Сегодня и сейчас это «Бах!» прозвучало для меня словно бы райская музыка, как уведомление о перечислении тебе денег, как та самая песня, которая тебе нравится настолько, что ты ставишь ее на повтор и слушаешь, слушаешь, слушаешь, пока тебя просто тошнить не начнет от первых же нот.
Еще большее удовольствие я получил, увидев, что под это громкое «Бах!» голова киборга, успевшего меня нагнать, оказавшегося всего в метре, вдруг озарилась снопами искр и, отделившись от тела, отлетела назад. Обезглавленное тело тут же упало в снег, будто бы из него стержень вытянули, превратившись из грозного и опасного монстра в груду бесполезного железа.
Черт подери! Ну почему у меня нет ВЗОРа? Я бы эти моменты запечатлел на память и крутил бы постоянно, как только появлялась бы свободная минутка.
В этот миг я совершенно забыл об усталости, боли, обо всех сложностях, которые мне пришлось пройти и которые предстоит пройти.
Сложно передать те ощущения, которые человек испытывает, находясь на волоске от смерти, а затем чудесным образом избегает ее, остается живым.
Я просто лег в снег, расслабился, закрыл глаза. Все кончено…все прошло. Все позади. Я лежал с закрытыми глазами и улыбался. Уж не знаю, у кого как, а для меня это был, наверное, самый счастливый момент за всю мою жизнь.
Блаженство длилось целую вечность. Или всего пару секунд? Я совершенно утратил чувство времени, и лишь мысль, что мое выживание, смерть киборга, являются лишь этапом длинной цепочки заданий и миссий, вернули меня в реальность.
Счастье поблекло, ощущение эйфории исчезло, я ощутил холод от снега, вновь вернулись болевые ощущения.
Ничего не закончено, ничего не сделано. Меня ждут дела, мне еще многое предстоит.
А надо ли оно? Надо ли выживать, надо ли карабкаться? Что мне до этого аудитора? Какая разница, что случится с Хрустом? Может, черт с ними? Не нужно шевелиться, ведь я знаю: стоит напрячь хоть одну из мышц своего тела, как боль вернется.
Перед моими глазами всплыли лица братьев и сестер. Как они там, на Земле? Хорошо ли им? Впрочем, о чем я? Они в приюте, без отца и матери, лет им всего ничего, а семьи уже нет. Нет счастливого детства, которое было у меня, нет перспектив, нет надежды…
Стоп! Надежда есть всегда! Для чего же я пошел в колонисты? С горем пополам выжить можно было и на Земле. Однако я все же отправился сюда. Зачем? А затем, чтобы найти свое место в новом мире. Найти себе дело, новый дом. А затем, когда это все у меня появится, я заберу к себе моих братьев и сестер. Я верну им надежду, дам возможности. У них вновь будет семья, у них будет детство…
Я с кряхтеньем перевернулся и пополз, лишь раз оглянувшись на тело киборга.
Нет, теперь уж точно он сдох. Без башки выжить не получится.
 
Неприятная мысль о том, что, к примеру, тараканы без башки вполне себе могут существовать заставила меня похолодеть и вновь зыркнуть на лежащее в снегу армпластовое тело.
Так! Хватит себя накручивать! Нет больше киборга! Нет, однозначно. И нечего придумывать всякие гипотезы о том, что он может выжить.
Впрочем, тут дело было совсем не в том, что я себя накручиваю. Я испугался своих мыслей, будто бы ими могу подсказать киборгу, как ожить, будто бы он (или же некто свыше) могут подслушать меня и реализовать эти мои фантазии.