Ромашка (СИ)

* * *
— Что значит, к ней нельзя? — Черные глаза некроманта опасно сверкнули и он сжал кулаки до болезненного напряжения. — По какой причине? Я, как представитель академии, имею полное право на встречу с ученицей.
Охранник замялся, но, затем, зная, что за ним не только численный перевес, вскинулся и грубо ответил:
— Бумаги официальные на запрос встречи принеси, покажи начальнику тюрьмы, получи разрешение, а потом права качай.
Сезарио понял, что его не впустят, ни как нарина, ни как преподавателя. И это выводило из себя.
— Тогда проводи к начальнику тюрьмы. Быстро! — Сезарио так рявкнул и излучал такую ненависть, что стражник проникся и решил, что лучше начальник тюрьмы разберется со взбешенным мужчиной, чем он. Собственная шкура стражнику была дорога.
Пройдя по темный коридорам и полутемной лестнице, Варми, наконец, попал в довольно светлый и захламленный мебелью кабинет.
Художественный беспорядок на столах соответствовал небрежности и даже некоторой замаранности и самого владельца кабинета.
Мужчина, не маг, с залысинами и приятным лицом. Встретил бы его Сезарио в другом месте и при других обстоятельствах, счел бы обычным, не примечательным, несколько неприятным. Но сейчас обостренные чувства и интуиция вопили о том, что перед ним не только опасный человек, но и очень гнилой человек. Некромант бы даже сказал, что от него смердит духовным разложением, как от трупа — органическим.
Кивком головы начальник отпустил стражника и сам уставился на некроманта.
— Итак, с чем пожаловал к нам герой у реки Фаэнт? — Хорошо поставленным, располагающим к себе голосом, поинтересовался главный страж тюрьмы.
— Нарин Сезарио Варми, наир…
— Ромаро Духт. — Проскрипел мужчина. Он старался ничем не выдать оскорбленных чувств: посетитель даже не стал предполагать относится ли он к наринам, сразу определив выходца из низших слоев. Но в глазах стража тут же сверкнуло недоброе.
— Ваши люди сегодня задержали девушку, Ниаллину Сэвайтхэ. Как представитель академии, в которой она учится, я хочу, во-первых, с ней увидеться, во-вторых узнать в чем ее обвиняют.
— О… К моему огромному сожалению, я не могу никого допускать к девушке, поскольку она обвиняется в измене… Да-да. — С напускной горечью в голосе, продолжил Духт, но даже она не смогла скрыть удовлетворение, что он испытал, увидев потрясенное выражение лица некроманта.
— И на каком основании? — Хрипло поинтересовался выбитый из самообладания мужчина.
— Она отпустила двух наших врагов и скрывает третьего.
— Что за бред! — Не выдержал Сезарио. — Двое из них отдали долг жизни во время нападений на девушку, а третий является ее рабом! Вам это может подтвердить кто угодно: от меня до руководителя ее практики!
— Не знаю, не знаю… — Протянул Духт, чьи глаза так и лучились довольством. — Руководитель ее практики пропал сразу по приезду преступницы. Каким обманом она проникла в лечебницу еще надо узнать. Про нападения ни обращений в стражу, ни слухов в городе. Все так зыбко. — Он махнул рукой, не дав Сезарио заговорить. — Да и не могу я нарушить приказ. — Наконец выложил главный козырь, растаптывая собеседника.
— Чей приказ? — Варми словно напал на след, но начальник военной стражи города Фантэя не заметил металлического отблеска, наслаждаясь тем, как он медленно втаптывает нарина в состояние отчаяния.
— Самого начальника Тайной канцелярии. Вот бумага. Только утром пришла. — Мужчина положил на стол магический канцелярский бланк.
На нем, крупным мужским почерком, было выведено несколько строк:
«Задержать Ниаллину Сэвайтхэ как изменницу. Никого к ней не пускать до особых распоряжений и суда. Если девица откажется выдавать своих сообщников — сильфа и эльфа, разрешается применить к ней ментальное взламывание и пытки.»
Ниже стояла подпись и магическая печать начальника Тайной канцелярии.
— Сами знаете, такой приказ может отменить только Король или кто-то из его трех советников… — Вздохнул, якобы с сожалением, Духт и уставился на Сезарио, ожидая от него скандала. Что позволит еще больше унизить нарина, выкинув из стен тюрьмы пинком под зад.
 
Но не зря в Сезарио столько лет матушка вбивала манеры. Он, едва не срываясь, но вежливо попрощался и вышел из кабинета даже не хлопнув дверью.
Если бы Духт его сейчас увидел, то сильно бы разочаровался: Сезарио шел, как человек, получивший надежду.
Да, у Варми был вариант развития событий не по плану господина начальника Тайной канцелярии. Более того, в кабинете Духта сейчас лежало веское доказательство того, что он один из тех, кто замешан в разжигании раздувании распрей с эльфами и сильфами. Только тот, кто в сговоре с Советом врага, наверняка мог знать, что златовласый хвостатый сильф — никакой не сильф. А в формулировках вредный старикан никогда не ошибался. И никто в здравом уме не стал бы давать согласие на ментальное взламывание без распоряжения или согласия Гарута Третьего. А правитель не мог дать такого бредового указания. Менталисты — хорошие менталисты — шли на вес золота. И отправлять одного их них на взламывание никому неизвестной девицы он не то, чтобы не согласился, а послал бы просителя куда подальше. В рудники, например.
Тем не менее, Варми не до конца понимал: зачем схватили Нилу? Кому она помешала? Кто истинный заказчик? И последний вопрос волновал больше всего.
Чеканя шаг и нервно поджимая губы, некромант зашел в ближайшую таверну и уселся за стол в углу. На вежливый вопрос подавальщицы, заказал себе только отвар и сдобу. Есть не хотелось, но подумать надо было, поэтому булочки служили отводом глаз, чтобы некоторое время его никто не беспокоил.
Что делать? Раскрываться? Не время.
Как вытаскивать любимую? Пока документы дойдут — пройдет уйма времени. Есть ли у кого-то в городе прямой почтовый портал? Должен быть у городского управителя, в академии и в лечебнице. И последний вариант, пожалуй, подходит ему больше всего.
Но Соовита на месте почему-то не оказалось. А ведь он был уверен, что и Соовит, и Дельфина находятся в лечебнице.
— А куда он направился, не подскажете? — Поинтересовался маг у дежурного целителя.
Тот пожал плечами.
— Получил записку и весь взъерошенный умчался в неизвестном направлении. Но, если надо, я могу попробовать с ним связаться. — Пошел навстречу мужчина.
— Да Вы знаете, лучше уточните у него, куда я могу подойти, пообщаться и смогу ли я воспользоваться порталом в его кабинете?
Целитель кивнул, попросил подождать его тут же у окна, а сам скрылся за одной из дверей. Отсутствовал он около пяти минут. Вернулся раскрасневшийся, словно получил хорошую взбучку, но с Сезарио общался весьма мило, протягивая ему клочок пергамента:
— Тут адрес, по которому находится мэтр, ниже «ключи» от охранки кабинета и от портала в нижнем ящике стола. «Ключи» он попросил сменить, потом передадите ему лично.
— Благослови Вас Покровители, — благодарно выдохнул Сезарио и поспешил в кабинет мэтра.
Войдя в него, запер изнутри помещение на щеколду и навесил на него охранку, от которой тут же растекся невидимый обычному взгляду контур, защищающий от прослушивания и подглядывания.
Лицо Варми поплыло, тело раздалось вширь и немного ввысь. И меньше чем через минуту в рабочем кресле Ткахта Соовита сидел, сверкая злым карим взглядом сам Третий советник Гарута Третьего.
Он привычным жестом расстегнул пуговицы рубашки, что на его плечах едва не расползалась, и вытащил из-под нее небольшой кристалл. Отстегнул его от цепочки, на которой тот висел, и положил перед собой на стол, прошептав фразу активации.
Кристалл вспыхнул и вскоре в помещении раздался суховатый голос самого Гарута.
— Конст? — С нотками неверия поинтересовался правитель Солейи.
— Да, мой друг. А Вы желали услышать кого-то другого? — В рокочущем голосе Вар’ри слышалась легкая насмешка. Таким тоном разговаривать с королем мог себе позволить только он и исключительно наедине.