Ромашка (СИ)

Девушка сначала смотрела на него во все глаза, не понимая, что вообще происходит, а потом решилась дотронуться пальцами и, почувствовав горячую щеку под холодной ладошкой, принялась с начала осторожно ее поглаживать. А потом все более жадно ощупывать, пытаясь тактильными ощущениями доказать, что это не она сошла с ума, а вот он — Миай, живой, невредимый, странно светящийся и необычайно горячий.
— Т-с-с, — попытался успокоить девушку Миай, и сгреб ее ладошки в свои руки, Ниле показалось, что его ладони стали больше, он вообще стал массивнее и внушительнее, чем был. — Чревато меня так щупать, я могу и не сдержаться, а нам еще нельзя быть вместе.
Нила рассмеялась, почувствовав легкость во всем теле, словно она сбросила огромную и неподъемную ношу, тяготившую ее все это время.
— Это точно ты! Больше никто не может быть настолько пошлым.
— Наконец-то место Суйхата занял достойный преемник. — Подмигнул Миай Ниле. И вдруг стал снова серьезным. — Ты плохо питаешься. — Упрекнул он Нилу. — И слишком много грустишь. А вам это вредно.
— Кому — нам? — Несколько оторопело поинтересовалась девушка.
— О, Покровители! — Миай закатил глаза, выругавшись по привычке именем всех Покровителей. — Нила, ты же целитель! Сканируй свое тело, бестолочь. Как тебе вообще доверили кого-то лечить?
Нила, сдвинув угрожающе брови, все-таки начала проверять все жизненно важные органы и системы, начиная с головы и остановилась. Он сказал «они»? Магическим зрением девушка пробежала по своему животу.
— Миай?! А меня спросить?! — Нила сразу поняла, что кем бы не был сейчас Миай и какими бы возможностями не обладал, фокус с беременностью он провернул гораздо раньше, будучи целителем.
Миай пожал плечами и улыбнулся.
— Я почему-то предчувствовал, что надолго не останусь с вами и не мог упустить свой шанс.
Нила покачала головой. Одновременно злясь на своеволие Миая и радуясь тому, что в ней есть его маленькая частичка.
— Так кто ты теперь? Ты, — она повела взглядом на статую, — это он?
Миай расхохотался.
— Нет, дорогая жена, я — это я. А его уже, увы, давным давно нет. Он ушел туда, куда уходят Покровители.
— Так ты теперь Покровитель дорог и путешественников? Ты знал, что станешь одним из них, когда спасал Вана? И зачем ты это сделал?
Миай задумался, не зная, с чего начать. Ведь тогда он не знал ничего наверняка, да и сейчас о многом еще только догадывается.
— Да, теперь я стал одним из Покровителей, еще юный и мало умеющий, но меня учат. Покровительница Смерти и сам Мир. Теперь, возможно, к ним присоединится и Ниэль, ты его очень некстати сделала смертным.
Нила насупилась:
— Он слишком сильно поиздевался над Амирой.
Миай успокаивающим жестом положил ладонь на ее макушку.
— Я знаю. И не осуждаю. Но он мне очень сейчас бы пригодился во всей своей силе. А знал ли я, что спасая Вана, стану тем, кем стал? Догадывался и, откровенно говоря, рассчитывал на это. Умереть насовсем было бы обидно. О том, что Мир не просто так нас собрал в одну семью, я понял уже давно, про Равновесие тебе рассказали и про твою роль. Но и все твои мужья, как и кандидаты в них, как и Дельфина с Ткахтом, были по-своему уникальными существами, разными, каждый со своим даром. Размышляя над этим, я стал догадываться, что мы все, пройдя свой смертный путь, шагнем на тропу бессмертных.
— Но ведь Ван тоже мой муж… — Несколько неуверенно произнесла девушка. — И Дельфина? И Ткахт? Это в голове не укладывается…
— И Ткахт, и Дельфина… Этому миру нужен Покровитель целителей, как и новая Покровительница Любви. Такая, которая будет смотреть только на одного, уже и без того принадлежащего ей мужчину. Мир сделал свои выводы из всего произошедшего, и нам остается надеяться, что они верны. А Ван не был на тот момент твоим мужем. Не был связан, а, значит, не был защищен. Он бы просто умер, Нила, без возможности возрождения.
— Это было бы ужасно… — У Нилы сбилось дыхание, едва она представила себе Вана мертвым.
— И не только для Вана… — Произнес женский голос и из темноты выступила невысокая, очень милая девушка, с уже начинающим выпирать аккуратным животиком. — Тебе пора возвращаться. — Добавила она, обращаясь к Миаю.
 
— Я еще не могу долго находиться среди смертных, не контролирую свою магию и энергию, могу попросту все вокруг сжечь. — Как бы извиняясь, произнес Миай, обращаясь к Ниле.
— Я чувствую. — Произнесла она со смешком, — ты очень горячий.
Миай тоже усмехнулся и встал, опуская Нилу на пол.
— Я не могу покидать пределы храмов, пока что. Обещай, что будешь приходить ко мне.
— Конечно буду! Теперь ты от меня просто так не отделаешься. — Грозно сверкнула она глазами и тут же улыбнулась.
— Я уже понял, — Миай принял скорбный вид, — смерть и та от тебя не спасла.
Рядом хихикнула Ада.
Миай легко коснулся губами губ Нилы, стараясь ее не обжечь и исчез. В храме сразу же сгустились сумерки и похолодало.
Ада подошла ближе к Ниле, та же рассматривала ее живот.
— Ты хочешь знать, не появился ли у нас кто-то из неучтенных миром Покровителей?
Нила кивнула. Она прекрасно помнила, как Ада относилась к отношениям со смертными.
— Не переживай, этот ребенок от союза со смертным.
— Но как ты..?
Ада перебила, махнув рукой.
— Взгляды меняются, знаешь ли… Я как-то оказалась рядом с этим мужчиной, собирая его друзей и его воинов. Он казался таким волевым и, одновременно, ранимым. Умным, хитрым, но не лживым. Стала за ним наблюдать… И так день за днем, год за годом и сама не поняла, как влюбилась. Пришлось принять вид смертной и дать ему возможность завоевать. Он, конечно, думает, что даже похищение спланировал сам. — Ада рассмеялась. Сейчас она как никогда не была похожа на Смерть.
— А дальше? — Нила не понимала, как женщина собирается вести настолько две разные жизни.
— А дальше обучу Миая и уйду на покой, проживу счастливую и долгую смертную жизнь и уйду вместе с мужем. Возможно, искать другой мир, возможно, умрем, как и все. Сейчас бесполезно об этом говорить, и бессмысленно. Иди Нила, тебя ждут, впрочем, как и меня. Теперь мы будем видеться гораздо чаще. Ниэлю привет.
И Ада тоже растворилась в темноте, как и Миай ранее.
Нила некоторое время постояла, положив руку на живот и прислушиваясь к своим ощущениям. Она полностью открылась для мужей, больше не сдерживая свои чувства.
Яркими ниточками протянулась радость Тэя и Ниэля. Нежностью разлилось приветствие Константа. Тягучей страстью ответил Сезарио. Толстой, светящейся пуповиной виделась Ниле связь с Миаем. И, когда далеким отголоском зарождающейся связи, откликнулся Ван, Нила почувствовала себя совершенно целостной и счастливой.
Она вышла из храма под палящие лучи солнца, жмурясь, как когда-то давно, только собираясь круто изменить свою жизнь, приобретая раба. Теперь этот солнечный и любящий мужчина, стоял внизу, около храмовых ступеней и смотрел, как она спускается. Он больше не прятался под капюшоном и не выглядел жертвой жестоких пыток, сбежавшей от безумного мясника. Рядом с ним стоял самый прекрасный юноша, со все еще длинными, но не экстремально-длинными, волосами, необычного аквамаринового оттенка.
Где-то там решали жизненно важные вопросы Ван, Констант и Сезарио, но по связи Констант обещал в скором времени навестить и просил снять для всех дом.
Нила медленно спускалась по ступеням, она состроила серьезное и хмурое выражение лица, замечая, что мужчины стали встревоженно переглядываться. Но на последней ступени не выдержала и рассмеялась, бросившись в их объятия.
— Откуда вы узнали? — Поинтересовалась она, едва всплеск эмоций несколько поутих.
— Это все Ниэль, — Ответил Тэй, которого просто распирало от радости. — Пока я сидел в своей лаборатории, он старался общаться, осматриваться, вживаясь в роль смертного. Вот и услышал, что с утра город гудит о том, что в храмах у Покровителей лица изменились.