Ромашка (СИ)

— А еще я больше не могу отращивать хвост по своему желанию. — Добавил Ниэль, и в голосе его звучало еще больше огорчения, чем когда он говорил о своей смертности.
Тэй понимающе хмыкнул.
— А что же получил идеальный златовласый потомок Детей Леса? — Не смог не укусить эльфа Сезарио.
Тэй коварно и с толикой превосходства ухмыльнулся.
— У меня спросили, нужен ли мне хвост, я ответил, что привык к нему.
— И..? — Не выдержав паузы, поторопил Констант.
Лицо Тэя приняло мечтательное выражение:
— Нила рассмеялась и сказала, что любит меня, вне зависимости от того, с хвостом я или без. И поцеловала. Поцелуй магии — это нечто.
Сезарио недовольно скривился, в этот раз хвостатый его уделал.
— Итак, Нила решила, что двуликому и так хватит, двоих наказала, а хвостатому в любви призналась. И после этого вы утверждаете, что она любит всех одинаково? — Удивил всех Ван ехидной иронией, которую никак от него не ожидали.
— Нет, конечно, — еще шире стал ухмыляться эльф и хотел еще что-то, явно пакостное, добавить, но его перебил Констант.
— Хватит болтовни, выдвигаемся.
И один за другим трое из пяти мужчин исчезли в проеме двери, оставив Тэя и Ниэля присматривать за их общей женой.
* * *
Как Констант и предполагал, дела задержали всех троих не на один день. На следующее утро после их отъезда, Нила вышла на практику. Она исправно выполняла свои обязанности, но потухший взгляд, отсутствие улыбки и медленная, несколько неуверенная походка, пугали не только посетителей.
Старшие целители смотрели в ее сторону все мрачнее и мрачнее и только мэтр Нимас старался растормошить Нилу, впихивая в нее новые знания. Девушка неизменно вежливо благодарила и даже старательно изучала материал, но, как раньше, глаза ее, при виде новых источников знаний, не блестели от восторга. Постепенно и он сдался, и в один прекрасный день заперся с Соовитом в его кабинете, что-то обсуждая.
Так, через две недели после возвращения, Ниле досрочно поставили высшую оценку за практику и отправили в Портэйю, в сопровождении Тэя и Ниэля.
К порталу проводить ее пришли все знакомые, включая Майта и травника Розаро. Впрочем, рядом с Нилой даже он старался не искрить жизнелюбием, как обычно, хоть оно из него и рвалось во все стороны. Оборотни всем составом шли вокруг него и тихо страдали от нескончаемой болтовни шепотом, но мужественно терпели, стараясь не обижать лучшего травника Фантэя. У Розаро был повод вести себя подобным образом, Констант, вернувшись в столицу, в первые же дни позаботился о том, чтобы мэтра не обвинили в шпионаже, но при этом взял его к себе на службу, понимая, что таких людей без активного времяпровождения оставлять нельзя, поскольку они всегда найдут себе на голову приключения. И чем они, приключения, аукнутся для всех в следующий раз, никто предугадать не в силах.
— Я приеду, как только закончится практика, — Дельфина, со слезами на глазах, обняла подругу, но отсутствие ответной реакции со стороны Нилы, еще больше расстроило оборотницу и она поспешила отойти, уступая место остальным провожающим.
Марика, лучась внутренним светом и весьма довольный жизнью Майт, вручили Ниле подарок:
— Развернешь, как приедешь, — прошептала Марика и они с Майтом собрались отойти, но Нила вдруг остановила их жестом руки.
— У меня тоже есть подарок, — сказала она глубоким голосом и Майт напрягся, пытаясь закрыть собой пару. Но Нила вдруг криво улыбнулась. И все замерли. Пусть бледная и больше похожая на гримасу, но эта была первая попытка улыбнуться со смерти Миая.
— Ты отдал свой долг. — Четко и громко произнесла девушка. — И теперь свободен. Желаю вам счастья. — Совсем тепло произнесла девушка и снова закрылась в своей скорлупе.
Но внезапное проявление эмоций, заставило Дельфину едва не зарыдать, а всем подарила надежду на лучший исход, пусть за эти две недели многие уже были настроены не столь оптимистично, как в первые часы после пробуждения Нилы.
Попрощаться подошли и остальные оборотни, Олли долго обнимала Нилу, Ганс коротко обнял и потрепал по голове.
 
— Мы все искренне сочувствуем твоему горю, — произнес он слова утешения своим красивым грудным голосом, с рычащими нотками, — но жизнь продолжается, тем более…
В этот момент Олли толкнула его локтем под ребра и Ганс неловко замолчал, девушка его оттащила в сторону, выговаривая про тактичность. Блондин пожимал плечами и отвечал, что ничего такого в этом не видит, но разговора больше не заводил.
Аннет и Трион подошли самыми последними:
— Мы надолго не прощаемся, хотим после обучения перебраться ближе к морю, а то и в столицу рванем, так что можем еще вскоре и встретиться. — Трион сильно похудел, осунулся, в глазах его появилась мудрость, которой раньше не было. Смерть брата сильно и резко повлияла на его взросление, в одночасье превратив из юноши в мужчину.
И Нила снова удивила всех:
— Буду рада вас всех видеть снова, — она обвела взглядом каждого из присутствующих, кроме стоявших позади нее мужей. — Мне очень повезло обрести новых друзей, надеюсь, мы ими останемся и в дальнейшем. Светлого и до встречи.
После маленькой прощальной речи, девушка развернулась и забралась в повозку, изъятую у слуг Первого Советника.
— Ты молодец, — Тэй устроился рядом с Нилой, впрочем, даже не пытаясь к ней прикоснуться. Опасался, что она снова замкнется в себе. От того, что девушка закрыла и внутреннюю связь, он страдал больше остальных мужей. — Ван и Констант тобою бы гордились.
— Почему? — Девушка всеми силами старалась придать голосу оттенок заинтересованности, но вопрос прозвучал безразлично.
— Вежливо и изящно, и, одновременно, в лучших военных традициях, — коротко и по существу.
Нила тихо рассмеялась, и провела кончиками пальцев по лицу эльфа:
— Ты выглядишь усталым, плохо спишь? — Поинтересовалась она.
— Еще бы ему выглядеть хорошо, — в повозку заглянул Ниэль, заканчивающий церемонию прощания с сопровождающими. — Он за тобой везде тенью следует и по ночам дежурит.
— Так нельзя… — Укор в голосе Нилы был неподдельным и не наигранным. Она внимательно вгляделась в лицо Тэя, затем перевела взгляд на Ниэля.
— Как же я вас люблю. — Едва слышно произнесла она и уставилась на стенку повозки, снова закрывшись от всего мира в себе.
— Я так скоро сойду с ума… — Произнес Тэй, пряча лицо в ладонях.
— Только попробуй. — Угрожающе проворчал Ниэль и скрылся, закрывая дверцу.
Вскоре повозка тронулась с места, везя своих пассажиров в небольшой приморский город Портэйя.
* * *
И Ниэль, и Тэй втайне надеялись, что приезд в родные стены академии взбодрит Нилу, но получилось все наоборот. Едва увидев кровать в своей комнате, она легла на нее, не раздеваясь, отвернулась лицом к стене и замерла, казалось и не дышит вовсе.
Она отказывалась выходить из комнаты, а ела только под угрозами кормить насильно.
Тэй не выдержал первым, знакомый, пусть и недолго, с мэтром Агнасием, напросился помогать стихийникам и сутками пропадал в лабораториях. Недовольных таким решением руководства оказалось много, но были и те, кто поддержал решение ректора орка. Как ни странно, заинтересованных оказалось много именно среди студентов и их родителей, которые понимали, что уровень знаний и возможностей эльфа превышает уровень знаний некоторых преподавателей.
Прошла еще неделя, когда по всей стране стали ходить странные слухи. И хоть происходившее казалось загадочным и среди населения Союзных государств начались волнения, в панику произошедшее не вылилось.
— Нила! — Ниэль, зайдя в комнату, впервые не застал девушку в кровати. — Нила! — Позвал он куда громче и в голосе его зазвучала неподдельная паника. Он подбежал к окну, отмечая настежь распахнутые створки, сердце его тревожно стучало.
«Только не это, пусть она не наделает глупостей.» — Ниэль перевесился через подоконник, стараясь высмотреть кого-то или что-то в клумбе под окнами.