Ромашка (СИ)

Констант повернул голову в ее сторону, чувствуя мрачные ожидания жены. И встретился взглядом с золотисто-зелеными большими глазами на красивом, но не женственном, с небольшим изъяном в виде кривоватого рта, лице.
Тэй моргнул и, не чувствуя от нового «некроманта» ни угрозы, ни магической силы, помимо энергетического давления, едва ли не превышающего властность Вана, недоуменно спросил:
— Это кто?
Нила не удержалась и нервно хохотнула. Констант не смог сдержать ухмылки. Буквально слыша скрип зубов Сезарио, Советник подумал, что и сам бы с удовольствием посмотрел сейчас на выражение кое-чьего лица. От чего скрип зубов и раздражение некроманта стали более явственными.
— Знакомься, — Нила откашлялась. — Это Констант Вар’ри, Третий Советник его величества Гарута Третьего, мой четвертый муж.
Повисла не продолжительная пауза и Констант отвернулся, полностью окунаясь взглядом в глаза Миая, оказывая мощное энергетические воздействие на его животную сущность, подавляя ее своей силой. Давая сквозь водоворот бешеных эмоций вынырнуть человеческому сознанию.
Нила же с благодарностью отметила, что Конст не стал опускаться до выяснения отношений или каких-то попутных высказываний, как это любит делать Сезарио, еще и обнаружил себя, чтобы помочь Миаю.
Она высоко оценила поступок Третьего Советника и получила в ответ волну тепла, что пришла по их общей внутренней связи.
Но она все еще с напряжением ждала реакции Тэя.
Эльф упорно молчал.
Не кричал. Не топал внезапно ногами. Не посылал лучи презрения всем окружающим. Не хлопал дверью. Не хватался за оружие.
Он просто молчал. Закрывшись от Нилы эмоционально.
И это пугало девушку все больше и больше. Руки с ее талии он так и не убрал. Нила, извернувшись, взглянула в его лицо. Оно было бесстрастно и спокойно, как и выражение желто-зеленых глаз.
Эльф о чем-то размышлял, не глядя на Нилу и машинально поглаживал пальцами ее живот, от чего по нему распространялось уютное тепло.
Эльф думал.
И Нила решила ему не мешать.
Видимо, первому мужу надо было все взвесить и обдумать, прежде чем решить: осуждать или принимать с пониманием.
Дельфина, все еще глядя круглыми глазами на Третьего Советника, неуверенно топталась на месте, пытаясь наблюдать не только за мужчиной, но и за его тонкой психологической работой, что строилась не на звуке, а на усмирении зверя внутренней мощью и постепенном выправлении связующих каналов. Как столь виртуозно мог это проделывать полностью лишенный магии, пусть и сильный, оборотень, оставалось для девушки абсолютной загадкой.
Мэтр Розаро застыл памятником самому себе и только стекающие по вискам капли холодного пота и гулко бьющееся сердце говорили о том, что он еще жив. Он не смел мешать работе Всемогущего оборотня и с тоской подсчитывал оставшиеся секунды жизни. Розаро был слишком умен и проницателен, чтобы надеяться на то, что один из ликов оборотня не является мужем подопечной. Мэтр уже даже не удивлялся тому, что оборотень был с двумя человеческими ипостасями, настолько его поразило внезапное появление Константа.
«Я действовал против жены Третьего Советника. Это самый грандиозный ляп в моей жизни, что становится все короче и короче… И если бы мне не раскрыли все планы полностью, то я бы содействовал и ее убийству… Покровители, хоть кто-нибудь, пусть моя смерть не будет мучительной!» — Тихо выл Розаро в пустоту.
Он не знал, что и слышать его могла только та, что не будет сильно противодействовать возможному убийству.
Дальнейшему углублению в молитву помешала команда, отданная сухим, резким тоном:
— Вот тут держи. Держи же, криворукая! — И дрожащая, как одинокий осенний лист на холодном ветру в пасмурное утро, Дельфина с помощью магии потянула «узелок», который не давал Константу продолжить работу.
— Во-от та-ак, — уже более мягким голосом, с бархатными, ласкающими нотками, от которых Дельфина воспряла духом, а у Нилы загорелись щеки, продолжил Третий Советник. — Готово. Можешь отпускать, дальше я сам.
И суровый, с грубыми, крупными чертами лица и мощным, словно высеченным из гранита, телом, мужчина снова полностью углубился в работу.
 
Дельфина нервно выдохнула и вытерла со лба пот. Она бочком-бочком придвинулась к Тэю и Ниле, что так и стояли в обнимку и не двигались.
— Вот это тебя угораздило, подруга… — Нервно хихикнула блондинка и помахала ладошкой около лица, пытаясь согнать с него выступившую испарину.
Неподвижный и молчаливый Тэй внезапно хмыкнул. Девушки от резкого звука вздрогнули и на Дельфину подул свежий легчайший ветерок. Девушка закрыла глаза и с наслаждением подставила под струю прохладного воздуха лицо.
Ниле очень не терпелось узнать что же решил по поводу Третьего Советника Тэй, раз даже выпал ради Дельфины из своего ступора, но при оборотнице продолжать и дальше выяснять отношения совершенно не хотелось. Было и так чрезвычайно стыдно, что подруга и, особенно, мэтр стали свидетелями сначала ее разногласий с Миаем, а потом очередной сцены вечного соперничества между Сезарио и Тэем.
— И как так получилось, что ты решила связать себя с оборотнем, который чуть было не убил меня? — Едва прикасаясь сухими губами к уху Нилы, тихо поинтересовался эльф. И девушка почувствовала, что начинает задыхаться. Этого вопроса она действительно боялась.
— Давай обсудим это наедине. — Нервно ответила Нила, искоса поглядывая на Дельфину, которая словно и не слышала ничего, по-прежнему полностью наслаждаясь прохладой.
— Я не настолько непроходимый тупица, чтобы выносить разногласия и столь нескромные вопросы на всеобщее обозрение. — Зло отозвался Тэй. — Нас сейчас никто не слышит.
Нила отстранилась от Тэя и подошла к Константу, не обратившему на нее никакого внимания.
Эльф по пятам следовал за ней.
— Ты не ответила на вопрос. — С нажимом сообщил он затылку девушки.
— А что я на него могу ответить? — Девушка развернулась к Тэю и начала на него наступать. — Что он мне нужен? Что я его люблю? Что я его хочу, в конце концов? Что он тоже часть семьи? Или что он совершенно не такой, каким показывается на публике?!
Нила подошла вплотную к эльфу и последнюю фразу почти выкрикнула в его бледное лицо с застывшей на нем гримасой-ухмылкой.
— А меня? — Угрюмо поинтересовался он. — Меня ты любишь?
Не выдержав, Нила расхохоталась и вцепилась пальцами в свои волосы, со стоном дернув их несколько раз.
— Тэй, от тебя такого эгоизма я ожидала меньше всего. — Едва справившись с эмоциями, сообщила она. — Миай вне себя, Ниэль на грани жизни и смерти и только стазис спасает его, весь этот гребаный мир летит к Су…
Нила осеклась и, словно очнувшись, посмотрела на несколько растерявшегося от такого напора эльфа.
— Я люблю тебя, Диритэй. Очень люблю. Ты — мое светлое тихое счастье, уютная гавань, в которой можно переждать любую бурю, тихий безветренный, ясный рассвет, в теплый весенний день… Ты — часть той гармонии, что делает меня цельной. Ты, и Миай, и Констант, и Сезарио. Я люблю вас всех. Как ты не поймешь? Вы все — мои. Без любого из вас я уже буду не я. Покровители, я даже не знаю, как сказать то, что я чувствую!
Нила взмахнула руками и, так и не опустив их, застыла. Тэй, удивленный такой реакцией, оглянулся.
— Кхм… — Мэтр Розаро делал вид, что весьма увлечен разглядыванием сквозь оконное стекло уже начинающего синеть утра.
Дельфина украдкой смахивала слезу, внезапно ощутив себя самой счатливо-растроганной оборотницей во всем мире. И глаза ее светились неподдельной радостью.
Оказывается, и болотно-зеленый огонь вокруг безумного успел погаснуть.
Рядом с Тэем и Нилой стояли: Констант, сверкающий смеющимися глазами и криво ухмыляющийся на одну сторону Миай.
— С возвращением. — Пришла в себя девушка и сделала вид, что разговор с Тэем на повышенных тонах едва ли не запланирован заранее. — Давно полог спал?
— Как ты схватилась за волосы, — Миай подошел к Ниле и привлек ее к себе. — Стонала ты очень… Вызывающе. — В своей несколько пошловатой манере высказался он. И они с Константом рассмеялись в ответ на обиженное сопение девушки.