Ромашка (СИ)
— Нам? — Все-таки не сдержал грустной иронии мужчина. В сердце его засела тупая игла, причиняющая ощутимую боль. Оказалось, что любовь и правда существует, и может ранить. Особенно, когда ты начинаешь прозревать и чувствовать себя обманутым.
— Конечно нам, — Амира улыбнулась и поцеловала Первого Советника. — Я буду с тобой. — Тихо проворковала она, запуская магические щупальца в энергетическое поле мужчины, от чего он согнулся, едва не крича от боли. Щупальца все росли, обвивая и пленяя, не давая ни вырваться, ни отразить атаку. — Теперь я всегда буду с тобой.
Многообещающей фразой завершила свои действия Амира.
Глава 37
— Что значит твое «пятого мужа»? — В очередной раз пытался задать вопрос Миай. Недоумение в начале фразы к ее окончанию сменялось тихим глухим рычанием. Но и в нем тоже сквозило недоумение, смешанное с обидой и непониманием. Он искренне недоумевал, зачем целительнице нужен еще один муж, да, к тому же, еще и нуждающийся в спасении. Миай не понимал, а Нила не знала, как все объяснить. Отчего оборотень злился все больше и больше.
Мэтр Розаро, которого эльф отпустил, по просьбе своей жены, в углу перебирал склянки рассовывая их по карманам мешка так, чтобы и с завязанными глазами он смог бы достать нужное. Мужчина старался делать вид, что даже не слышит негромкого разговора между его подопечной и оборотнем, но сам задавался тем же вопросом. Его нехитрая полу-шпионская деятельность обернулась, в итоге, скорее удачей. Уже давно он не участвовал в масштабных событиях. И чувствовал снова, как играет кровь, а нос так и тянется держаться по ветру. Ветру, что неумолимо принесет им всем перемены. И даже если его в итоге казнят за измену… Что ж, он прожил прекрасную, полную приключений, жизнь, пусть и несколько подточенную продажей лунной травы.
Но не торговать ею он не мог, даже, наконец, решившись на оседлый образ жизни, ему нужен был риск. Его непоседливый внутренний юнец нуждался в постоянном риске. Есть люди, никогда не только не стареющий душой, но так и не повзрослевшие окончательно. Пухлый, страдающий одышкой при чрезмерных нагрузках, мэтр как раз к таким и относился. Но и с его широтой взглядов тоже совсем было непонятно: зачем девушке пятый муж?
И пока мэтр делал вид, что не слушает, стараясь даже не смотреть в сторону, по его мнению, еще совсем детей, Деритэй из Высшей эльфийской ветви, а именно, из семьи Вольный ветер, методично мял в руках найденную в шкафу вилку, которой он изначально собирался проверять на готовность мясо.
Когда Нила произнесла фразу о пятом муже, Тэй сначала решил, что она пошутила и попытался выдавить из себя кривую улыбку, но увидев и, главное, почувствовав ее решительное настроение, лицо его постепенно вытянулось, а в груди разлилось неприятное, ни на что не похожее жжение. Зависть. Он ревниво завидовал этому незнакомому мужчине.
Тэй, видевший только часть проблем, что возникли у Нилы из-за него, и полностью так и не проникшийся теми настроениями, что витали в воздухе незнакомого государства, завидовал тому, что женщина, которую он готов был принять с довесками в виде остальных трех мужей, решила не просто обзавестись еще одним, а спасти его. Пойти на риск.
Эльф, куда лучше, чем остальные понимающий Нилу, чувствовал, что все не так просто. За показной бравадой девушки таились: страх, нервное волнение, ожидание чего-то нехорошего. Действительно жуткого. Возможно, смертельного.
Тэй пытался усмирить свои разбушевавшиеся эмоции, но получалось из рук вон — плохо.
Он не понимал, почему девушка, которой мужья могли предложить все то, что имеют сами — имя, власть, деньги, магическую силу, все равно стремится навстречу опасности ради еще одного — незнакомого, слабого, требующего ее полного внимания. Нила практически вся сосредоточилась на том, что ждало ее впереди.
«Неужели этот кто-то и правда ей так нужен?» — Задал сам себе вопрос Тэй, в очередной раз сгибая металлический столовый прибор. Тот уже изрядно нагрелся и грозился вот-вот переломиться на пополам.
«Как она вообще узнала, что мужчина, которого она согласилась взять в мужья, существует и нуждается в ее помощи?» — Эльф чувствовал и понимал, что информации не хватает. Нила или сознательно сказала не все, или сама чего-то не знала.
«Нет, в таком состоянии я готовить не смогу.» — Вздохнул Тэй и, откинув испорченный столовый прибор на стол, поднялся со стула, на котором сидел. Он хотел не спеша пойти к остальным, раскладывая успокоившиеся и прояснившиеся мысли в голове, но в сердце кольнуло чувство опасности.
Эльф опрометью кинулся в ту часть гостевого дома, где находилась их с Ваном бывшая спальня. Картина, открывшаяся его глазам оказалась весьма удручающей.
Нила стояла злая, с бледным лицом и фиолетово-белыми искрами по волосам. Миай, полуобернувшись, пытался прорваться к ней сквозь оборону, что весьма умело и уверенно создавалась мастером Розаро. И создавалась при помощи содержимого одного из флаконов из того самого мешка, который собирал Тэй.
Эльф остановился в дверях, внимательно осматривая впечатляющую по накалу эмоций обстановку.
Нила, почувствовав присутствие и удивленное волнение эльфа, обернулась и со всхлипом кинулась в его объятия, двигаясь с такой скоростью, что Тэй едва успел среагировать и подхватить жену, прижимая ее к себе.
— Он не хочет помочь. — Удрученным голосом произнесла Нила, уткнувшись лицом в грудь эльфа.
— Не хочу. И не отпущу. Не понимаю, зачем тебе это надо! — Начал снова закипать оборотень и окружающее его кольцо зеленоватого призрачного огня угрожающе вспыхнуло, предупреждая о том, что оно еще на месте и никуда не собирается исчезать. Оборотень с досадой рыкнул, но остался стоять на месте. Сложив руки на груди, Миая грозно раздувал ноздри и топорщил усы. Его пушистый хвост метался из стороны в сторону, ему вторил не менее нервно-неугомонный, с золотистой кисточкой, хвост Тэя.
Эльф же прижимал к себе жену и не только его хвост подражал хвосту оборотня. Его мысли полностью вторили словам Миая.
Не отпущу. Не понимаю. И снова не отпущу.
И так по кругу.
Уловив его сомнения, и все более растущее желание последовать примеру Миая, Нила отстранилась.
Попыталась.
Но эльф не дал.
Он, сжав зубы, тяжело выдыхал, стараясь справиться с эмоциями. Не сразу, но ему это удалось.
Вместе с изменившейся аурой эльфа расслабились и плечи девушки, что пребывала в чрезвычайном напряжении
Ранее Нила взвешивала все «за» и «против», решив все рассказать мужьям и о природе своей силы, и о храме, и о том, что на самом деле их там ждет.
Но почти безумная реакция Миая на полуправду выбила почву из под ног. Теперь она сомневалась в принятом решении. Как и сожалела о том, что вообще обмолвилась о Ниэле.
Похоже, она уже успела принять свою судьбу до конца. Особенно ей в этом помог Ниэль, расставивший нужные акценты и давший понять о невозможности спрятаться или повернуть обратно. У нее был одна дорога — вперед, в храм.
Мужей же можно было понять, не видя всей картины, они испытывали ревность и нежелание принимать еще кого-то в семью.
Но их реакция! Не будет ли еще хуже?
«Что же делать?» — Пульсировала в голове Нилы мысль.
И чем больше нервничала и металась в сомнениях девушка, тем более хуже становилось Миаю. Он уже почти метался в круге огня, утратив абсолютно все человеческие черты.
Принять окончательное решение девушка не успела. Дверь затрещала под магическим и физическим воздействием, которое едва сдерживалось охранками Тэя и собственной ее, довольно мощной, конструкцией.
Буквально сразу распознавшая в одном из визитеров Сезарио, Нила кинулась к двери, с легкостью распутывая сложные эльфийские магические плетения. Она даже не задумывалась над тем, что делает.
Тэй, который уже успел с Ваном обсудить необычайные способности девушки, как и Миай, почувствовавший их применение на себе, если и удивились, то вида не подали.
Мастер Розаро же с изумлением, но не забывая держать оборотня в заточении, наблюдал за действиями своей несложившейся подопечной.