Таракашка в моей голове (СИ)

– Тайка! – прошептал ей на ухо. – Позволить себе быть с тобой… – мотнул головой. – Как же это трудно!
– Знаешь что? – она отстранилась, заглянула ему в глаза. – У тебя уже нет выбора!
  
Глава 37
 
Сережка усмехнулся, медленно опустился перед ней на колени, поднял футболку, прижался губами к ее животу:
– Моя маленькая девочка, – поцелуй, еще один, руки плавно поднялись к ее грудям. – Солнышко мое, – он целовал каждый сантиметр ее тела, нежно прижимаясь, вдыхая аромат ее кожи. – Я от тебя просто без ума, – опустился чуть ниже, коснулся губами лобка, настойчиво раздвигая складку между половых губ.
Тайка рвано ахнула и опустилась на пол перед ним.
– Иди сюда.
Сгреб ее в охапку, притянул к себе на колени. Все его тело наслаждалось близостью с ней, просто пело, сладко ныло, хотелось ее раздеть, раздеться самому, прижаться.
В коридоре тихо скрипнула половица. Оба замерли, посмотрели на дверь, поймали взгляд друг друга и сдавленно рассмеялись. Тайка приложила пальчик к губам:
– Тшшш, – а в глазах бесенята.
Сережка расплылся в улыбке, потянулся к этим сложенным трубочкой губам, поймал их, чуть сжал, коснулся языком. Тайка вся подалась ему навстречу, жадно впилась в него поцелуем, хозяйничая языком у него во рту, кусая губы. Чуть отстранилась, посмотрела на него долгим взглядом, не отводя глаз, сняла футболку.
– Ты само совершенство, – он восхищенно посмотрел на нее, провел пальцами по линии ключицы, спускаясь к маленькой острой груди.
– Только в твоих руках, – прошептала в ответ.
Качнул головой, взялся за край своего свитера, стянул с себя. У Тайки на губах заиграла улыбка:
– Обожаю твое тело, – прошептала еле слышно, подняла на него взгляд. – И тебя.
Сережка усмехнулся, а Тайка, широко улыбнувшись, обвила его руками за шею и потянула на пол, поверх себя. Сережка оглянулся на кровать.
– Она скрипит, – Тайка смешно вскинула брови.
Сережка хохотнул и накрыл ее собой. Снова нашел губы, снова целовал ключицы, опустился к соскам, сжал их – один губами, один пальцами. Тайка выгнулась, чуть застонала, Серый замер, хитро глядя на нее снизу вверх. Она мотнула головой, извиняясь, тогда он поднялся назад, к ее губам. Закрыл ее рот своим, а руками заскользил по ее телу: соски, ребра, пупок, клитор. Он пил ее стоны, впивался в нее все более страстно, дрожа всем телом.
Тайка потянулась к его поясу, расстегнула. Сережка оторвался от нее на секунду, избавился от одежды, вытащил из бумажника презерватив.
– Дай я, – она забрала у него резинку, зубами надорвала упаковку. – Ты же меня этому учил, – втянула резинку губами, аккуратно прижав ее языком.
– Черт, – только и выдохнул Сережка, но поднялся на коленях ей навстречу.
Ее губы на его члене. Какое желанное зрелище. В нем все скрутилось в тугую спираль, с основанием там, между ног. Безумно хотелось эту спираль сжать и распустить.
– Иди сюда, – вынырнул из ее рта, толкнул ее спиной на пол, лег сверху. – Обожаю тебя, моя пташка, – снова накрыл рот поцелуем, раздвинул ее ноги коленом.
Она не сопротивлялась, подалась ему навстречу, Сережка нырнул в нее, замер от умопомрачительного ощущения теплоты, давления, от желания. Плавно двинулся, назад, вперед. Тайка поймала его ритм и, шумно дыша, задвигалась в такт. А он, кажется, впервые в жизни не играл, ничего не изображал, ни на кого не работал, просто наслаждался ее телом и своими ощущениями в нем.
Ее дыхание сменилось тихими стонами. Серый стиснул зубы, снова накрыл ее рот губами, жадно проглатывая каждый издаваемый ею звук, ускорился, уже не мог по-другому, выныривал дальше, входил сильнее, ведя к кульминации. Вдруг Тайка впилась ногтями в его плечи, сжала его коленками, вжалась в его губы, пряча крики. Боже, сладкая моя девочка! Ее оргазм накрывал его с головой. Толкнулся в нее, в ее сокращающееся лоно и кончил сам, еле сдерживая стон.
Они смотрели друг на друга, не шевелясь, не размыкая объятий.
– Так всегда будет? – спросила она шепотом.
Он пожал плечами, усмехнулся:
 
– Увидим.
Аккуратно приподнялся на локтях, сполз с нее, лег на пол рядом.
– Останешься? – с надеждой спросила она.
– Наверное, не стоит, – покосился на дверь.
– Мама раньше полудня не встает!
– Слушай, мы послезавтра улетаем, – многозначительно посмотрел на нее. – Вдвоем. На шесть дней. Кстати, – потянулся задумчиво, – надо попробовать номера перебронировать. На один двухместный.
– Да? – шаловливо закусила губу. – То есть, подарок не отменяется? А то ты там написал… – покосилась на телефон.
– Блин, забудь! – зарычал, притянул ее к себе, спрятал лицо у нее на шее, закрыл глаза. – Что ты вообще устроила?!
Она аккуратно отстранилась, окликнула его:
– Серенький…
Он сначала улыбнулся, потом открыл глаза, посмотрел на нее.
– Обожаю, когда ты меня так зовешь.
– Да?
– Да!
– Значит, вместе?
Приподнялся на локте, сосредоточенно посмотрел на нее:
– До поры до времени.
– Нет, вы только посмотрите, – картинно всплеснула руками, обращаясь к потолку и стенам. – Он опять за свое!
– Тай, – тихо проговорил он, – я тебе не пара. Ты, – провел рукой по ее щеке, – маленькое золотко с большим будущим, а я – проститутка, и в ближайшее время я из этого дерьма не вынырну. Неизвестно, смогу ли вообще.
  
Глава 38
 
– Ладно, ладно, – возмутилась почти в голос. – Если ты по-другому не можешь, пусть будет так! – закатила глаза. – Я буду помнить, что мне обязательно нужен порядочный жених, не менее золотой, с не менее большим будущим! – пристально заглянула ему в глаза. – Но я хочу быть с тобой!
– Ты будешь, – кивнул Серый и стиснул зубы, чтобы не выдать боли.
– Я думаю, – продолжила она с наигранной легкостью, – нам просто не надо менять отношения. На людях! Если мы заявим, что мы любовники, мальчишки не поймут этой темы… Что у меня обязательно должен быть порядочный жених.
– Будет сложно, – закусил губу.
– Чего сложного? Я и так фактически жила у вас! Черт, они даже закрыли глаза на то, что ты за мои краски платишь!
– Откуда ты знаешь? – Серый рассмеялся.
– У-у! – протянула она. – Знаешь, какой у меня был допрос с пристрастием!
– Черт! – уткнулся носом в ее плечо. – Андрей ненормальный!
– Да если б Андрей! – фыркнула. – Леха! Он, блин, умнее!
– И мы живем в одной квартире, – Серый покачал головой. – Леха все видит.
– Он промолчит, – закусила губу, серьезно на него посмотрела. – Я по глазам поняла. Он уже давно догадался, но будет молчать.
– И смысл тогда нам молчать? – вздохнул Сергей.
– Ну… Создавать видимость. Леха же тоже не одобрит вот этот твой загон.
– Тая!
– Все-все, – она вскинула руки. – Короче… Я не знаю, как по-другому. Быть с тобой у всех на виду, но при этом всем говорить, что это временно, так, напряжение снять?.. – она повела бровью. – Я так не смогу, – повернулась к нему. – Выбирай. Или – или.
– Ладно, – опустил голову. – Значит, пока молчим, – потерся носом о ее щеку, поцеловал висок.
– Ты никуда не уйдешь! – она подставила ему шейку.
– Ну нет! – фыркнул он. – Сама сказала – шифруемся! – оттолкнулся руками от пола, сел. – Так что это, – потянулся к джинсам, расплываясь в улыбке, – выпроваживай давай!
– М-м, – она села рядом, обняла его за шею, – Серенький, как не хочется расставаться. Завтра увидимся?
– Даже сегодня, – посмотрел на часы.
Было почти четыре утра. Аккуратно подсвечивая небо, занимался рассвет.
– Слушай, а во сколько нам послезавтра, – мотнула головой, – то есть, теперь уже завтра, в аэропорт уезжать?
– Часов в девять в идеале.
– Мы же можем сказать Лехе, что нам надо выходить, – закатила глаза, – например, в семь? И я останусь у вас!
– Мы можем даже ничего не говорить, – улыбнулся, как сытый кот. – Леха сегодня вечером сваливает на двое суток.