Рождение нации (СИ)

Дождь из стрел обрушился на пруссов. В какой-то момент даже показалось, что никто из них не дойдет до спасительного леса и все полягут, ибо косило людей несмотря на все их попытки укрыться чем только можно, просто десятками.
Если бы Рус поставил перед ними своих воинов, то никто бы и не ушел, но нет, ему требовалось, чтобы часть народу спаслась и во все стороны полетели панические вести.
Так что около сотни человек растворились в лесу. Остальные, убитыми и ранеными устлали путь от городища до леса своими телами.
– Что с ними делать? – спросил атаман Услав.
Рус чуть поморщился.
– Ничего. После того как уйдем, их спасут свои.
– Так может легкораненых…
– Не может. Отягчать себя рабами сейчас нельзя. Что до пленников, то они будут и в большом количестве к концу войны, так что замучаетесь их потом конвоировать.
Ответ удовлетворил атаманов и простых воинов жаждавших добычи, ведь те же ромеи с удовольствием купят практически любое количество рабов, особенно мужчин, в том числе для пополнения своей армии.
Остальные три отряда так же не сплоховали и спалили свои цели. В земли восточных пруссов понеслись гонцы с дурными вестями. А отряды поспешили к новым городищам, чтобы спалить и их…
 Глава 5 
 
9
Спалив еще по одному городищу, отряды Руса практически встали. Начало нарастать сопротивление. Западные пруссы не желая, чтобы и их городища запылали, собирали свои отряды, а пока они собирались, дабы дать сражение полетели стрелы из-за пресловутого «каждого куста». Хорошие доспехи спасали людей, а вот с лошадьми было гораздо хуже, так что отряды Руса встали.
Гоняться за стрелками было бессмысленно и Рус разослал гонцов с приказом на сбор своей армии в единое целое. С каждым днем возрастал риск какому-то из его отрядов попасть в ловушку, ведь пруссы не дураки и в ином случае постараются разбить врага по частям.
Кроме того, возрастал риск оказаться между молотом и наковальней. Впрочем, этот риск имелся и для всей его армии. Пруссы довольно быстро собрали значительные силы, еще порядка пяти-шести тысяч человек – это наковальня, а молотом могли выступить объединившиеся в одну армию отряды, возвращающиеся из земель восточных пруссов до которых наконец добрались гоны с дурными вестями с родных палестин.
«Но тут мы еще посмотрим, кто окажется молотом и наковальней, а кто между двумя этими предметами», – злорадно подумал он.
Рус, наведавшись в «гости» к западным пруссам, конечно же оповестил о своих планах Чеха, так что как только западные пруссы стали отступать, Чех выждав сутки, пустился в погоню, оставив небольшую часть своей армии, в основном из новых союзников – скальвов, для контроля свионов. Но при этом Чех как и просил Рус пытался создать что преследователей немного, этакий символический эскорт, чтобы сохранить лицо, а остальные свионов пошли бить.
Что до будущих шведов с норвежцами, то только узнав, что их союзники «сделали ноги» и о зимовке на которую они рассчитывали можно забыть, тоже задерживаться в чужих пенатах не стали и интенсивно загребли в сторону моря пока их не сковало льдами, грабя по пути деревушки восточных пруссов.
Словно убоявшись армии «наковальни» войско Руса отступило восточнее и встало укрепленным лагерем на берегу небольшого озера. И теперь те, кто недоумевал и даже обижался по тому поводу, что им не давали грабить малые поселения западных пруссов поняли почему сдерживали их порывы. А все потому, что их стали грабить сейчас с целью изъятия продовольственных запасов.
Противник крутился поблизости, но атаковать не спешил, все-таки несмотря на численное превосходство, противник внушал плотностью своей «упаковки», так что силы были скорее равны и они поджидали подмоги, чтобы точно одолеть супостата.
Одновременно Рус рассылал небольшие команды разведчиков, чтобы не пропустить подхода армии «молота».
Наступил самый опасный момент всей задумки Руса. Одна ошибка и он действительно окажется расплющен. Оставалось надеяться, что Чех не подведет и сможет создать на границе впечатление, что его отряд отстал и больше не собирается преследовать врагов на его же территории. Это было логично и хотелось бы верить, что западные пруссаки на это купятся. Опять же границей выступала река Висла и она сильно ограничивала деятельность разведки.
 
Надо думать, что разведчики западных пруссов из армии «наковальни» наводили армию «молота» точно на лагерь Руса и разведка это подтвердила.
– Князь, армия «молота» в полусуточном переходе от нас, – доложил дружинник Юша, что занимался разведкой.
– Хорошо. Халява! – позвал Рус другого своего дружинника.
– Князь?..
– Делай что хочешь, но пробейся к Чеху и передай ему, чтобы перешел на ускоренный марш и сходу атаковал. Мы выдвигаемся навстречу.
– Сделаю князь, можешь не сомневаться.
Утром армия Руса выступила и скорым маршем прошла километров пять навстречу армии «молота». Главным в этом маневре было оторваться от армии «наковальни».
Остановились на большом поле, с коего местные жители успели собрать урожай чего-то злакового. Славянская армия осталась на месте, а оногуры продолжили движение.
– Быстро делам засеку! К нам не должны пробиться со спины.
Славяне принялись сноровисто валить лес, благо, что с инструментом проблем нет, есть пилы и топоры и тысяча человек за час работы сотворила древесный завал достаточной ширины и глубины. Даже небольшую речушку протекавшую по краю поля перегородили, натащив в нее спиленных деревьев.
Кому инструмента не хватило, собственными силами (мечами тоже можно рубить небольшие деревца и ветви) вязали ежи. Рус вообще очень большое значение уделял этому нехитрому приспособлению с помощью которого можно легко и просто ограничить маневренность и ударную противника, направляя его по нужным маршрутам.
– Наши сторожа, как ты говоришь князь, из армии наковальни, только-только очухались и кинулись в погоню, – хмыкнул Юша, чьи люди присматривали за противником.
Тем временем головные отряды оногуров столкнулись с головными отрядами западных пруссов из армии «молота». Завязался встречный бой. Силы противоборствующих сторон быстро накапливались в районе боестолкновения сходу втягиваясь в хаотично развивающееся сражение, но вот образовался численный перевес со стороны пруссов и оногуры понеся некоторые потери, хоть и не слишком большие, стали спешно отступать.
Логичное решение ввиду численного превосходства противника… тем более что именно такой приказ у них и был, то есть задержать противника, дать ему накопиться и отойти. Пруссы увидев, что враг дрогнул, а потом и вовсе побежал, что-то панически выкрикивая, восторженно взревели и кинулись в погоню всей многотысячной толпой не слушая приказов своих военных вождей, пытавшихся их остановить и действовать более осмотрительно… Собственно таковых разумных предводителей оказалось не так уж и много, большая часть племенных и родовых вождей воодушевившись без меры с криками ярости бежали за врагом в первых рядах размахивая топорами и мечами.
Бежали, бежали и выскочили на поле, так что пробежали еще несколько сотен метров прежде чем поняли, что обстановка несколько изменилась, и встали. Вот только бегущие позади ничего этого не видели и продолжали бежать вперед пока не упирались в спины вставших впереди соплеменников. В общем получился эффект накопления, коим и воспользовался Рус.
– Бей!!!
Сотни стрел обрушились на недоуменно вставших пруссов. С криками теперь уже паники и возмущения пополам с обидой пруссы ломанулись обратно под защиту леса оставляя на поле убитых и раненых. Не то чтобы последних было так уж много, но сотни две бойцов они так или иначе не досчитались.
В этот момент послышался шум позади позиций. Это армия «наковальни» наконец подоспела к схватке и руганью возмущалось появившимся на пути препятствием. Увидев перед собой засеку, пруссакам не осталось ничего другого как обойти ее и слиться с основными силами. В итоге общее количество пруссаков достигло порядка десяти тысяч воинов. Против меньше, чем двух.