Петля времени (СИ)

К месту боя подошла основная группа.
— Я не понял, кто кого прикрывает? — пошутил Орик.
— А я не понял, что вы так долго, — отшутился Кижак. — Мы сработали быстро, думаю, что, если отправим летуны дальше, нас искать не станут.
— Якс, — обратился капитан, — заложите в летуны наши блоги управления и отправьте их дальше по курсу патрулирования. Этих красавцев закиньте сверху.
— У нас есть модули для подключения к этим летунам? — спросил Эрко.
— Да, конечно. Это старенькие модели, сейчас есть универсальные подключатели для них. Продаются в любом порту.
Якс и Махнок вдвоем быстро подключили нужные блоки, заложили нужную программу и пошли за телами патрульных. Эрко тем временем рассмотрел блоки, что те подключили. Они были достаточно простые, а значит, дешевые. И были явно не илиосского происхождения — для Гратерно это стало открытием. Его всегда учили рассчитывать только на свою технику, а Кванг уже трижды использовал механизмы и платы не илиосского происхождения. Применял он это явно не в первый раз и с успехом. Эрко очень мало знал о чужих технологиях. Он понял, что этот пробел нужно срочно закрыть, что у Кванга еще полно опыта, которому Гратерно нужно у него учится. Без этого он будет хреновым капитаном.
— Эрко, нужен твой диагноз! — подозвал первого помощника Губка.
Все столпились рядом с раненым Пино. Тот держался, как мог. Не кричал, спокойно отвечал на вопросы по мере возможности. Гратерно как лечебник начал осмотр. То, что он увидел, его опечалило. Внутренние органы все были опалены, края сильно обуглились. Костные отростки были оторваны и вывернуты наружу.
— Код 2.0.2, — негромко сказал Эрко.
Это значило, что смерть неизбежна, наступит в ближайшие 2–6 циклов. Переносить пострадавшего нельзя, можно только снимать боль.
— Согласен, подтверждаю, — сказал Губка, он был за лечебника во вспомогательной группе.
Капитан склонился к Пино и взял его за руку:
— Что ты хочешь, чтобы я передал твоему сыну?
— Я уже понял, что конец, — он закашлял. — Вы меня не ждите, — тяжело прошептал он. — У меня в шкафчике есть бокс… бокс с красной каемкой, там… Там все для него. Остальное, — раненый облизал быстро сохнувшие губы, — отправьте родителям. Расскажите ему, как я погиб, что был честен… Мне не стыдно за мои дела…
— Пино, я горжусь тем, что мы были в одной команде! Ты отлично служил Родине. Я сам все сделаю, как ты сказал, и позабочусь о твоем парне, — капитан спокойно произнес все. Он сильно сжал руку умирающего и второй рукой дотронулся до его плеча в знак уважения, потом передал пострадавшего его коллегам, а сам незаметно отдал приказ двум десантникам из основной группы готовить мешок для утилизации тела. Враги не должны ничего получить, чтобы идентифицировать тела. Ни по вещам, ни по генетическому материалу. Эрко достал хлопы — небольшие контейнеры с лекарствами. Нужно их приложить близко к ране и хлопнуть по контейнеру. Десяток микроскопических иголочек войдет в тело и впрыснет лекарство на большую площадь.
— Я сделаю балмекан и лионовый шпунт. Это снимет боль и немного отключит его сознание, — отчитался Эрко.
Его слова, как и все сказанное другими, записались в хронограф операции. Кванг хотел его остановить, но Кижак тормознул капитана, шепнув, что при разборе гибели Пино будет лучше, если это будет в отчете.
Первый помощник все ввел и стал наблюдать по показателям. Они были плохие, но стабильные. «Мы попали, он будет умирать долго, — думал Эрко. — Боюсь, мы так сорвем операцию, но делать нечего, ждем». Гратерно начал было раскладываться на долгую стоянку, как вдруг Якс тормознул его и аккуратно указал на Кванга. Тот стоял немного в отдалении, как будто готовился к чему-то. Эрко уже хотел его тихонько окликнуть, но капитан развернулся, подошел сзади к группе десантников, державших Пино, быстро достал оружие и выстрелил в раненого. Мучения его покинули, лицо разгладилось и стало очень спокойным.
— Поторопитесь с утилизацией. Мы и так потеряли тайминг, нужно нагонять.
Тело было закинуто в мешок, через 15 моментов мешок стал плоским. Его сверху опрыскали каталитическим раствором. Прошло еще 5 моментов, и от мешка остался пепел. Рюкзак Пино разделили между всеми членами двух групп.
 
— Идемте вместе. Нас уже мало, чтобы делиться.
Все двинулись дальше. Эрко шел в шоке. Он бы так не смог, ждал бы естественной смерти. Он бы сорвал операцию… Он не может быть капитаном, не дорос еще. Командир спасательной люльки — вот его предел на сегодня.
  
Брод
 
Стояла глухая ночь. Объединенная группа шла быстро, пока на ее пути не возникло болото. Оно было ярко-салатового цвета. Берега были топкими, но в одном месте можно было вплотную подойти к воде.
— Эрко, Якс, нужен анализ, — скомандовал Кванг. — Кижак, перепроверь, нам точно на базе проложили путь через водную преграду? Орик, а ты осмотри еще раз объемную схему, может быть, есть что-то вроде моста или брода.
— Это и есть место брода, — ответил Кижак.
— Я бы очень хотел, чтобы с нами был тот, кто решил нас тут утопить, — ругнулся Махнок.
— Махнок, нам бы одного тела в качестве моста не хватило бы! — заметил Эрко.
— В Шапке таких дурней много, если всех взять, то как раз помогло бы, — поддержал шутку Якс.
— Работаем, — одернул десантников Кванг.
Эрко добрался до воды и навел на нее спектроанализатор.
— Могу предварительно сказать, все безопасно. Сейчас проверю контактным щупом, — Гратерно встал на колени и вытянул руку, чтобы опустить туда соломинку. Вода оказалась достаточно густой консистенции, это было необычно и немного пугало, но последующий анализ показал, что среда не агрессивна, известных излучений нет.
— Ну, я могу сказать, что по большому счету — это суп-пюре. Просто вода очень сильно разбавлена цветущими водорослями, но они не токсичны, — констатировал Эрко.
Кижак тоже подтвердил, что его приборы говорят о нейтральности жидкости и в принципе, это болото можно форсировать.
— Что по глубине? Какое дно? — спросил Губка.
— Согласно данным от базы — каменное, — ответил Якс, — но глубина приличная, нужно будет плыть.
— Капитан, я надеюсь, то, за чем мы идем, небольшое? Как мы его перекинем через болото? Грузовая платформа скорее всего тут не пролетит, — спросил Эрко.
— Согласно замыслу Шапки, мы должны найти транспорт на обратный путь, но если не найдем, то платформу придется пускать через наши бэкпэки.
— Простите, но это бред, — грустно подытожил Эрко.
— Согласен, поэтому будем решать с первым вариантом, — согласился Кванг. — А теперь о деле. Нужно переправиться на ту сторону, — громко произнес капитан.
И тут же все вокруг пришло в движение. То, что по привычке, десантники приняли за корни и ветки, начало шевелится. Кто-то особо шустрый схватился за оружие.
— Стоять, не шевелиться! — проорал Кванг.
Все замерли. Корни двигались в своем темпе, они что-то ломали, вылезали из поверхности и снова туда погружались, но они не нападали на илиосцев. Они медленно от них отползали. Но у всех перед глазами был Крим с пробитым плечом. Ситуация была не из приятных. Движения корней вызвали изменения и в болоте, по нему пошли пузырьки. Они поднимались на поверхность и громко лопались. Затем на поверхность всплыли какие-то коряги, но появились они странно: как по команде и выстроенным клином. Этот клин развернулся и поплыл к берегу туда, где был подход к воде. Знаками Кижак показал, как перестроиться группе для отражения атаки, но на берег выпрыгнуло что-то среднее между рыбой и небольшим животным. Оно профыркало, принюхалось, ненадолго замерло, как будто проверяя обстановку, а потом с громким писком ринулось от берега к лесу, пробегая между десантниками. Как только оно скрылось в зарослях, за ним последовали остальные. Косяк в 30–40 особей выпрыгнул из воды и, поливая всех ярко-салатовой жижей, промчался мимо.
— А в Шапке сказали, что животных тут нет, — грустно заметил Гвей, он почти все время молчал. На судне его еще можно было услышать, а сейчас за весь поход он не проронил ни слова до этого.