Петля времени (СИ)
На Мухобойке командиром был капитаном один из старейших выпускников летной Бравии, и он уже заявил о завершении своей карьеры, поэтому Эрко светило стать в ближайшее время комкором 31-го.
Мухобойка подошла к базовому кораблю слева. Она неспешно начала маневрировать, выравнивая свой корпус параллельно с основным кораблем. Все происходило очень медленно, швартовочные двигатели работали неровно. Корабль делал резкое движение и долго оттормаживался. «Скорее всего не следят за нагнетателями, там скапливается конденсат. Нужно будет это проверить,» — отметил для себя Эрко. Он знал всю техническую информацию о каждом двигателе, который использовали вооруженные силы Тростарии еще с учебы в гроге (летном училище). Это было ему интересно.
31-й, параллель зафиксирована. Начинайте подъем на ½ выше базы.
Мухобойка медленно поползла вверх. «Два сопла справа не работают, как они держат горизонталь? Снизили мощность? Определенно, поэтому и ползут так медленно,» — еще одну деталь отметил Эрко.
— База, база, это 53-й! Разрешите войти в сцепление, вижу свободный узел вверху головы.
— 53-й, что случилось? Кто пилотирует корабль?
— У нас экстренный случай, ранен офицер. Нужна ВАРС капсула (реанимационная капсула). Запрос был отправлен, и у нас подтверждение от медиков, нас готовы принять.
Эрко этот разговор взволновал. Он, бывший десантник, знал, что в бою плечом к плечу ты стараешься спасти своего товарища, но это не касалось пилотов. Они не особо старались спасти пострадавшего. У них были свои уставы и свои ценности. А тут команда идет напролом, чтобы спасти своего товарища. Эрко это впечатлило, он понял, что ошибался насчет летного состава. Не все так однозначно.
Повертев головой в разные стороны, он увидел приближающуюся точку в правом верхнем секторе. Это 53-й, корабль, предназначенный для самостоятельных экспедиций, с возможностью посадки на различные планеты. Судно на всех парах приближалось к базе. Оно было еще далеко, но уже включило посадочные огни и двигатели посадочно-швартовочной системы.
— 53-й, отбой набора высоты! Повторяю, отбой!
— 53-й, есть! — и из сопел корабля прекратился поток газа.
— 53-й, доложите обстановку!
— С кораблем все в порядке. Пилотирует капитан Анлути Кванг. Дублирует первый пилот Палович Пэпе.
— Почему капитан на рулежке? — раздался голос капитана головной части Квитауса Кирка.
— Оба пилота получили ранения и управлять кораблем самостоятельно не могут.
— Капитан Кванг, у тебя Борба был и первым помощником и вторым пилотом? Как такое возможно?
— Согласно штатному расписанию исследовательского судна, капитан Кирка!
— Понял тебя! Будь осторожен при сцепке, лихач ты наш!
— Обижаете!
— Ну-ну, ты мне целым нужен со своим кораблем, — по-отечески сказал Кирка.
Тем временем 53-й лихо подлетел к базе, прошел очень близко к 31-му, так, что пилот второго за возмущался и пообещал прибить назойливую муху под номером 53-й.
— Догони для начала, — ехидно ответили с базы.
Еще мгновение, и над Эрко уже проплыл корабль. Вот он зацепил подвижный магнит — якорь, который подтянул его к механическим защелкам зацепного узла. Хоп, и 53-й пришвартовался первым, опередив 31-й.
Эрко затаив дыхание следил за швартовкой 53-го, он уже забыл про Мухобойку. Он услышал имя капитана, которым восхищался уже несколько лет: о нем ходили легенды в среде десантников и пилотов, и тут такой подарок судьбы! Эрко быстрым шагом направился к стыковочному шлюзу. Он хотел вживую увидеть легенду.
* * *
К шлюзу было не подойти. Там толпился летный состав, кто не был на смене в этот момент. Все хотели приветствовать капитана Кванга. Створки люка разошлись, на площадке стояли две фигуры и капсула для перевозки больных.
— Капитан Кванг, вас срочно ждет капитан у себя в каюте, пройдемте, — произнес кто-то из первого ряда.
Высокая фигура склонилась над капсулой, пожала кому-то руку и что-то прошептала. Потом развернулась и по проходу отправилась направо, по дороге надевая на себя форменную куртку. Капсула, сопровождаемая женской фигурой в форме десантного врача, отправилась влево, к лифтам. Эрко увлекался только противоположным полом, но лицо и фигура капитана Кванга его восхитили. Темные густые брови своей правильной дугой подчеркивали большие янтарные глаза. Нос с небольшой горбинкой. Полные губы цвета лиапии. Черты лица — крупные, но мягкие. Эрко с сожалением поджал губы. Подойти к легенде, даже на космическом корабле, непросто. Поэтому, недолго думая, Эрко решил вернуться на смотровую и поглядеть, как дела у 31-го. Что-то ему подсказывало, что маневры корабля еще не закончены. И он был прав. Мухобойка, которой предстояло причалить уже в другой стыковочный узел, опять перестраивалась, выравнивалась. Эрко еще 40 темпов смотрел за ее маневрами, потом разозлился и пошел к себе в отсек почитать побольше об обслуживании движков типа ЕПШ, которые использовались на 31-м. Такие долгие швартовки опасны, и с этим нужно было что-то делать. Как будущий капитан Мухобойки, Эрко должен иметь план по устранению дефектов, улучшению летных качеств корабля и полной замене его экипажа, если потребуется. Хотя он уже изучил личные дела каждого, кто был сейчас в команде грузового корабля, и критичных замечаний не нашел. Эрко Гратерно любил и умел работать. Все дела, которые ему поручали, он старался выполнить максимально качественно. Эту его особенность очень ценили педагоги в десантной колике (школе), а затем в летной гроге (училище). Не оценили только в Бравии Аникне, где он учился удаленно. Его нестандартные работы вызывали у большинства педагогов раздражение, так как они часто узнавали из них новое для себя.
Дядькино благословение
Кванг вошел в каюту. Она состояла из нескольких помещений. Первая приемная часть была просторная, с большим столом для высоких встреч (переговоров и ужинов с особо отличившимися членами команды). Все было отделано великолепными материалами, но очень утилитарно. Личных вещей капитана тут не было совсем.
— А, Лут пришел! — капитан Квитаус Кирка зашел в свою каюту следом. Он плотно закрыл дверь и подошел ко Квангу. Строго его оглядел, потом мило улыбнулся и по-отцовски приобнял его.
— Как Борба? Сильно пострадал?
— Да, причем по глупости. Когда уже возвращались на корабль, его группа попала в ловушку. Он шел первым, и ему досталось по полной. Боюсь, он уже не вернется в космос.
— Печально. Как сам?
— Как видишь, неплохо. Задание выполнили, готовы к следующему. Там какая-то перевозка, я подробно еще не смотрел.
— Когда это у тебя стало только одно задание? Я что-то упустил?
— ААА, нет-нет, все по-прежнему. Шапка (штаб) по-прежнему считает, что я маг какой-то и могу воплотить любую их фантазию.
— А разве ты не волшебник?
— Нет, мне пока просто везет. Проблема в другом. Они не летают, а только сидят у себя в ячейках. Они не видят, не знают, как все устроено в реальности, поэтому просят все более и более невыполнимые вещи.
— Лут, это уже лишнее! Отставить такие разговоры! В шапке сидят умные командиры, не стоит их недооценивать.
— Да, как насолить и усложнить жить простым военным, они отлично знают.
— Лут, держи себя в руках! Не здесь и не сейчас…
— Апп (аналог «Есть»), капитан Кирка!
Квитаус рукой поманил Кванга в другое помещение. Там было что-то вроде рабочего места с несколькими экранами, на которые выводились изображения разных помещений корабля, за стеклом висело несколько цифровых ключей, управляющих реактором корабля, системами охраны и жизнедеятельности.
— Почему так? В открытом доступе?
— Это самое безопасное место, вскрыть без моей помощи нельзя.
— Выглядит сомнительно.
— Просто поверь, но мы тут не за этим. Смотри!
Квитаус показал на один из мониторов. Там показывали жилые отсеки десантников в хвостовой части. Кванг понял это по цвету и номерам жилых ячеек. В одном из них он увидел широкоплечего десантника. Он был в майке, что не очень поощрялось военным уставом. Но еще больше насторожило Кванга то, что десантник увлеченно изучал какой-то источник и даже делал какие-то пометки.