Адрес: Центавр
— Подождите, — воскликнул Кэмерон, выходя вперед и останавливаясь прямо перед экраном. — Кажется, вы не понимаете, что роль Доччи…
— Не перебивайте, — осадил доктора Тортон. — Я хочу достичь соглашения прямо сейчас. Для нас очень важно показать прибывающим на астероид выдающимся гражданам, как хорошо мы заботимся о пациентах. А теперь главное, Доччи: какой объем информации вы успеете изложить в письменном виде, прежде чем мы прилетим?
— Он ничего не может изложить! — Кэмерон перешел на крик. — Я же и пытаюсь сказать вам, что он не знает…
— Осторожнее! — вскрикнул Тортон, но было поздно.
Колени у Кэмерона подогнулись, и он, взвыв от боли, схватился за них руками. Доччи ударил еще раз, и доктор упал. Следующий жестокий удар ногой Доччи нанес по затылку Кэмерона. Изо рта у доктора потекла кровь, и он даже не пробовал подняться.
— Доччи! — заверещал Тортон, но ответа не дождался.
Бросившись к двери, Доччи ударом распахнул ее. Генерал стоял, прислонившись к стене и рассеянно посматривая по сторонам. Нагнув голову, Доччи врезался ему в живот. Лучевой пистолет вояки сорвался с ремня и упал на пол. Через секунду Доччи наступил на оружие, налегая весом всего тела, после чего пустился наутек.
Генерал поднялся, нашаривая пистолет. Он прицелился в удалявшуюся фигурку и нажал на курок, но понял, что оружие неисправно. Поднеся пистолет к глазам, Джадд быстро осмотрел поврежденный механизм, выругался и сунул оружие в карман мундира.
Из кабинета Кэмерона доносились сдавленные крики ярости. Генерал кинулся туда.
С экрана на него смотрел разгневанный медсоветник.
— Вижу, вы его упустили.
Растерянный офицер принялся оправлять мундир.
— Простите, сэр. Не думал, что он такой прыткий. Я немедленно подниму охрану.
— Теперь не имеет значения. Приведите в чувство этого человека.
Генерал не привык заниматься реанимацией; это не входило в его профессиональные обязанности. Тем не менее, через несколько минут Кэмерон пришел в себя, хотя и выглядел несколько обалдевшим.
— Итак, доктор, кто же разобрался с гравитационной тягой, если не Доччи?
Кэмерон пьяно покачал головой.
— Как легко впасть в заблуждение, — простонал он. — Тяга начала работать, хотя никто не отдавал никакой команды. Как, почему, кто это сделал? Главный вопрос — кто? Конечно, не я. Я доктор, а не физик. И не Джордан; он в лучшем случае механик. Значит, остается Доччи, потому что он инженер. — Замолчав, доктор вытер кровь со щеки.
— Скажите, ради Бога, но это же не… — заговорил Тортон.
— Нет, — ответил Кэмерон со спокойным удовлетворением в голосе. — И не Анти. А та, о которой могли подумать в последнюю очередь. Маленькая глухонемая девушка, на которую психологи давно махнули рукой.
— Нона? — спросил Тортон. В его голосе звучало недоверие.
— Я вам говорил, — напомнил Кэмерон и принялся излагать все в деталях.
— Понятно. Такой возможности мы не разглядели, — мрачно заключил медсоветник. — Не технический гений инженера. Вместо него — необычайные телепатические способности девушки. Это переводит проблему совсем в другую плоскость.
— Все не так уж сложно. — Кэмерон потер шишку на затылке. Волосы слиплись от крови. — Она не сумеет рассказать, как это делает. Придется выяснять экспериментальным путем, но это не опасно. Служба слежения может постоянно контролировать полет на тяге.
Откинувшись на спинку кресла, медсоветник истерически захохотал.
— Служба слежения? Она ни на что не годна. Мы пробовали. На долю секунды показалось, что она взяла установку под контроль, как бывало с другими кораблями. Но их генератор сразу же отказался подчиняться. Мы думали, Доччи нашел способ отсоединить контрольный контур.
— Но распоряжение компьютеру исходило не от него.
— Тогда мы считали, что все это вытворяет Доччи, — устало проворчал медсоветник. — Он казался самым здравомыслящим, вот и все. У благоразумного человека оставался бы единственный выход — вернуться и воспользоваться преимуществами, которые дает его открытие. — Тортон раздраженно покачал головой: — Вот зачем девушка вернулась — это меня сильно беспокоит.
— Вы думаете… — начал Кэмерон и тут же испугался собственной догадки.
— Да, клянусь Богом, думаю. — Медсоветник ударил по столу кулаком. — Доччи знает, зачем. Он присутствовал в этой комнате, и мы сами рассказали ему. И скрылся, как только узнал.
Казалось, Тортоном сейчас овладеет паника, но он справился с ней почти сразу — сказалась привычка принимать трудные решения.
— Она могла увести корабль, куда захочет, и мы не сумели бы остановить ее. Если она вернулась добровольно, то очевидно, что ее цель — астероид.
Медсоветник приблизил лицо к экрану, словно хотел вылезти из него.
— Вы об этом не задумывались, генерал? Гравитационные генераторы отличаются друг от друга только размерами и мощностью. То, что она сделала с кораблем, может с легкостью проделать и здесь, на астероиде.
— Не беспокойтесь, — ответил перепуганный офицер.
— Я ее доставлю. Я найду девушку и Доччи тоже.
— Забудьте о нем, — рявкнул медсоветник. — Схватите Нону сейчас же, не откладывая. Мне все равно, как вы это сделаете.
Но время для выполнения этого приказа было упущено. Гигантский купол над их головами вздрогнул и заскрипел бесчисленными соединениями. Он испытал внезапную перегрузку, хотя конструкция выдержала. Маленький мир завибрировал, застонал и заворчал, собираясь покинуть орбиту, на которой он дремал слишком долго. Все пришло в движение — астероид отправлялся в путешествие.
7
Доччи смотрел на приближавшиеся к нему неясные бесформенные тени. Они шли, если могли, или ползли — фантастические и полуфантастические существа собирались на сходку. Огромные и маленькие, на своих или на чужих ногах, с руками и без них, некоторые даже без лиц. Новости распространялись быстро — устно или через записки, жестами, знаками, чтением по губам, всеми возможными способами человеческой коммуникации, и не последним из них являлось смутное ощущение: что-то происходит, и об этом стоит знать. Обитатели «Небес инвалидов» почуяли что-то чрезвычайное.
— Помните, пройдут часы, а может быть, и дни, прежде чем мы окажемся в безопасности, — говорил Доччи. Он уже охрип, но не замечал этого. — От нас зависит, хватит ли Ноне времени.
— Где она прячется? — спросили из толпы.
— Не знаю, а если бы и знал, не сказал. Они могут выведать это у вас. Сейчас наша единственная задача — не позволить им найти Нону.
— Как? — задал вопрос кто-то из передних рядов. — Ты хочешь, чтобы мы сражались с охранниками?
— Не напрямую, — пояснил Доччи. — для этого у нас нет ни оружия, ни боеприпасов. А у многих из нас нет рук. Все, на что мы способны — мешать поискам. Пока никто не придумает что-то получше, предлагаю свой план. Мне нужны все мужчины, пожилые женщины и те молодые, которые не подходят по определенным причинам — я их сейчас изложу. Охранники появятся не раньше, чем через полчаса — потребуется время, чтобы собрать их и отдать приказы. Когда они нагрянут, первая группа должна всеми способами вмешиваться в поиски. Как вы это сделаете — оставляю на ваше усмотрение. Взывайте к их состраданию, если оно имеется. Ставьте себя в опасные ситуации. Им известны законы этики, и поначалу они проявят склонность к оказанию помощи. А вы между тем пробуйте стащить у них оружие. Избегайте физического насилия, сколько можете. Нам не нужны их ответные меры — в этом деле военные поднаторели лучше нас. Выжмите все, что возможно, из этой фазы сопротивления. Она долго не протянется.
Доччи помолчал, обводя взглядом толпу.
— Каждый из вас пусть сам решает, когда перейти от пассивного противодействия к настоящей борьбе. Опять же, вы можете придумать что-то свое, отличное от того, о чем я тут говорил. Вот вам несколько предложений. Старайтесь вывести из строя освещение, сканеры и вентиляцию. Им придется заняться ремонтом. Возможно, они даже выставят охрану в стратегических точках. Тем лучше для нас — часть охранников будет отвлечена.