Брачный контракт на выживание (СИ)

— И как это связано с нашей прогулкой?
— Здесь много тех, кто был на вчерашнем балу. В том числе и люди, желающие Брине смерти. Я лишь хочу, чтобы они не забывали, чьей невестой является та, кто спасла ей жизнь. И не наделали глупостей
Предположение показалось мне диким, но я все равно его озвучила:
— Это было покушение?
Герцог покачал головой.
— Лишь досадная случайность. Но есть те, кто был бы не против, чтобы Брина сгорела. Это ослабило бы Эвана.
Я не сразу поняла, что герцог говорил о кронпринце. Так непривычно было слышать, что кого-то из королевской семьи зовут по имени, без официального «Его высочество».
— Ну знаете, одно дело посадить на трон своего ставленника и совсем другое — перебить всех его родственников, — проворчала я. Мы с принцессой были плохо знакомы, но она показалась мне хорошим человеком. К тому же, была подругой маркизы…
— За кого ты нас принимаешь? — оскорбился герцог. — Мы не желаем вреда никому из королевской семьи…
— Мирный государственный переворот? Вы сами-то в это верите?
— Нам всего лишь нужно убедить совет и короля в несостоятельности кронпринца, как будущего правителя и мы уже близки к тому, чтобы воплотить наш план в жизнь.
Я остановилась, вцепилась в руку герцога.
— Насколько близки?
Он удивленно смотрел на меня несколько мгновений. Потом насмешливо прищурился.
— Что такое, моя леди, вашему дару недоступны эти знания?
Я была не настроена шутить. В книге смена власти произошла уже после смерти герцога и кронпринца, до этого никакие планы никто в жизнь не воплощал. И пусь мои поступки безжалостно перекроили сюжет, я не хотела рисковать и проверять как сильно история отошла от оригинала. Потому что могло статься, что основные моменты все так же стояли на своих местах. А это значит, пожар в зимнем саду должен случиться раньше, чем их план сработает.
Герцог посерьезнел. Он все еще не верил, что я способна предсказывать будущее, но будто почувствовал, что я знаю нечто жизненно важное.
— Что такое, Роза? Скажи мне.
И я сказала.
— Следите лучше за своими подельниками, чтобы они не наделали глупостей.
До пожара в зимнем саду шли еще две важных сцены: Фелиция должна была побывать в бедных кварталах — хотя об этом я едва ли узнаю и… я почувствовала, как внутри все похолодело, когда вспомнила вторую сцену.
В книге о Райли было достаточно мало информации. Он был лишь маленьким мальчиком, сыном сестры одного из второстепенных персонажей. Его смерти отвели всего одно предложение…
В глазах потемнело.
Герцог подхватил меня за талию и дотащил меня до ближайшей скамьи. Я, едва переставляя ноги, почти повисла на нем.
— Вы пугаете меня, моя леди. — серьезно произнес он.
— Это тело плохо справляется со стрессом. — я прикрыла глаза. На лбу и висках выступила испарина, сердце заходилось в бешеном ритме. Я почти упала в обморок. Второй раз за столь короткий срок. Какой позор.
Я знала где умрет Райли и что бы этого избежать, мне всего то и требовалось, предотвратить его поездку за жеребенком. Что может быть проще? С чего бы мне так переживать из-за этого?
И все же, обратно к маркизе и ничего не подозревающему Райли, я вернулась бледной и тихой. Пикником я больше не наслаждалась.
Маркиза, обеспокоенная моим вялым видом и уверенная, что я еще не пришла в себя после бала, довольно скоро предложила вернуться в особняк. Несогласных не нашлось.
⋄⋄⋄
Герцог так и не сказал мне, когда состоится их переворот, но я не отчаивалась. Ведь чтобы не допустить страшного, мне всего лишь нужно было присматривать за Райли и никуда его не отпускать одного.
Это не казалось таким уж сложным делом, Райли был еще слишком мал, чтобы покидать особняк без сопровождения. Для меня оставалось загадкой, почему в оригинале, за жеребенком он отправился без маркизы или герцога. Кто знает, возможно, это спасло бы ему жизнь.
За завтраком, раздумывая над этим, я несмело обратилась к маркизе с просьбой посоветовать мне хорошего учителя, который мог бы обучить меня стрелять из арбалета — единственного оружия, которым я могла бы овладеть за достаточно короткий срок. На что-то серьезнее сил этого тела просто не хватило бы.
 
Маркиза заулыбалась, услышав мою просьбу.
— Дорогая! Я с удовольствием лично возьмусь тебя учить, но при одном условии: оставь наконец, все формальности. Мы же теперь семья.
Ее слова застали меня врасплох. Это я здесь планировала в скором времени… если повезет, покинуть этот мир, это место и этих людей. Маркиза же была уверена, что я выйду за ее брата, нарожаю кучу детишек и буду приезжать к ней так же часто, как и герцог…
И каким же отвратительным человеком я почувствовала себя в этот момент.
— Или ты можешь попросить Аарона, не думаю, что он тебе откажет. — добавила она, потому что я уж слишком долго молчала, не моргая глядя в стол.
— Нет-нет! Я… я буду очень рада, если меня научишь ты. Грейс.
Единственный раз, когда я назвала ее по имени был в опере, но тогда я хотела позлить мачеху.
Какое же я ничтожество.
От мысли о том, что я просто использую этих замечательных людей, аппетит пропал полностью. Как ни старалась, но я не могла воспринимать их как персонажей истории. Ненастоящий плод чужой фантазии…
Маркиза повеселела и пообещала, что наши занятия начнутся сразу же после завтрака. Райли тоже хотел к нам присоединиться. Его больше привлекали бои на мечах, но и стрельбе из арбалета он бы с охотой поучился.
— У тебя занятия, дорогой. — ласково напомнила маркиза.
Райли погрустнел. В его представлении, пока мы будем развлекаться, ему предстояло страдать. Но он промолчал, потому что будущий глава рода не должен был вести себя как маленький ребенок, даже если ребенком он и является.
О том, что он будущий глава и только поэтому ему нужно делать то, что не нравится, Райли повторял достаточно часто, чтобы меня это начало беспокоить.
Непонятно было кто именно вложил в его голову эти мысли. Уж точно не его мать, и едва ли дядя.
Герцог был сложным человеком, но племянника он любит и даже баловал, в меру своих скупых познаний в том, что нравится детям.
Как маркиза и обещала, едва завершился завтрак, мы пошли в сад. Довольно скоро слуги принесли арбалет, мешочек болтов к нему и довольно старую мишень.
Мишень повесили на яблоню. Маркиза быстро объяснила мне принцип действия арбалета — я не запомнила из сказанного решительно ничего — и зарядила его для меня. Легко, будто делала это каждый день…
— Мой арбалет с ручным взводом, но для тебя мы поищем с взводным рычагом. — пообещала она. Маркиза, как, впрочем, и я, не верили в силу этого тела.
— А теперь, становись.
Я стала, как делали это в фильмах: арбалет на уровне груди, ноги на ширине плеч.
Маркиза поправила меня, заставила встать в пол-оборота и чуть прогнуться, чтобы компенсировать вес арбалета. Подняла мою руки выше, расположив их правильно, чтобы приклад прижался к плечу. Отстранилась, осмотрела на меня и поправила еще несколько деталей, после чего велела:
— А теперь, дорогая, можешь стрелять. На курок нажимай мягко, без рывка, и постарайся стрелять на полувыдохе.
Я пыталась удерживать стойку и дышать размеренно и глубоко — руки начали дрожать раньше, чем я смогла прицелиться. Первая стрела улетела мимо дерева и мишени, куда-то в кусты.
— Ничего страшного, — жизнерадостно успокоила маркиза, поймав мой напуганный взгляд, — мы в заброшенной части сада, никто не пострадает.
Она забрала у меня арбалет, зарядила его и вновь дала мне.
— Попробуй еще раз.
Ее арбалет был старым, потертым, мне даже подумалось, что это, вероятнее всего, тот самый арбалет, которым она подстрелила себе мужа.
Мы потеряли еще две стрелы, прежде чем я смогла почувствовать оружие в своих руках и понять, как оно работает. Не в теории, на практике.
Четвертая стрела угодила в ствол дерева, сантиметрах в десяти под мишенью.