Так не бывает (СИ)

25 ноября
* * * *
Кажется, пару дней назад мне было интересно, как скоро Ренат найдёт меня? О, он оказался весьма и весьма пунктуальным козлом. Стоило нам с Лёнькой высунуться из подъезда, как меня тут же пробил холодный пот. Замираю на месте, словно молнией прошитая, когда вижу серебристую «бентли» в нашем задрипанном неухоженном дворе. Нет, конечно, она может принадлежать какому-нибудь типу, живущему в нашем подъезде. У нас ведь тут элитный район. Кругом одни богатеи, все на «бентли» и «мерседесах» гоняют.
Это фетиш такой? Гробить невероятно красивые и жутко дорогущие машины по нашим убитым дорогам?
Делаю вид полного безразличия, тяну Лёньку за собой и прохожу мимо. Друг молча подчиняется. Слышу как открывается дверь авто и прибавляю шаг.
Звиздец блин, хоть бы это был не он!
Хоть бы это был не он…
Но, увы, до отвращения знакомый голос заставляет меня остановиться:
— Куда же ты так торопишься, храбрая красавица?!
Фу, что за слащавые словечки!
Неохотно оборачиваюсь, сама не знаю зачем. А в голове лишь вертится дурацкая мысль о том, что мы так и на пары можем опоздать. Капец, нашла, о чём волноваться!
— Идём, — тянет меня за руку Лёнька. — Забей на него.
— Слушай, отвали, а, — это я Ренату. Презрительно морщусь, но тут же меняюсь в лице, когда парень решительно выдвигается в нашу сторону.
— Я же сказал, что найду тебя, — его приторная улыбочка и нервирует, и бесит, и пугает одновременно. Чего он добивается? Думаю, самое время воспользоваться старым проверенным действием…
— Рада за тебя, но у меня нет времени с тобой болтать, — бесстрашно фыркаю и бросаюсь наутёк, не забыв при этом утащить за собой опешившего друга.
Если так продолжится и дальше, то вскоре я стану мировым чемпионом по убеганию от всяких козлов. Но с другой стороны, что мне ещё делать?! Двинуть ему в морду? Можно, конечно, но боюсь, последствия могут быть непредсказуемыми.
Сломя голову залетаем в маршрутку, как раз перед её отъездом. Сую водителю нужную сумму за проезд и вцепляюсь негнущимися пальцами в поручень. Не страшно. И совсем не страшно… Бегать я могу очень долго. Главное чтоб, в конце концов, ноги не переломали.
— Смотри-ка, не соврал, — невесело выдаёт друг, стоя рядом.
Кривлюсь, но ничего не отвечаю.
* * * *
На парах сидеть невозможно. Ходить по коридорам и того хуже. Я вся на нервах. Постоянно озираюсь. Лёнька всё успокаивает меня, говорит, что сегодня пойдём к Свете. Никуда она не денется — напишет заявление как миленькая. Я лишь киваю с каменным лицом, а сама как-то плохо верю в хороший исход.
После пар снова натыкаемся на серебристый «бентли» у института. Ренат один. Встречает меня и Лёньку ехидной ухмылкой. Капец, у него что, совсем дел никаких нет?! Он теперь будет нас караулить за каждым углом?
Проходим мимо, словно и незнакомы. Он никак это не комментирует, провожает пристальным взглядом. Это нервирует.
После пар сразу едем на работу. Кое-как сдаём положенные часы, затем забираем Ритку из кафе-бара и невероятно уставшие плетёмся домой.
Сегодня этот козел больше не появляется. А уже ночью вспоминаю, что к Свете мы так и не сходили.
26 ноября
* * * *
Следующим утром с облегчением выдыхаю, так как не обнаруживаю дорогущей иномарки у нашего подъезда. Быстро же он сдался. Может, решил, послать это дело куда подальше и просто оставить нас в покое?
Однако внутри некто скептически фыркает:
«Что-то с трудом верится…»
Сегодня мы в полном составе — я, Рита и Лёнька. Плетёмся на остановку, оттуда отправляемся к институту.
Днём между занятиями звонит Сашка, предлагает встретиться сегодня вечером. Вежливо отказываюсь, объяснив это тем, что вечером на работу. Он вроде не обижается. Говорит: «в другой раз тогда».
Ренат за целый день так и не объявляется.
Слава святым панталонам!
С Лёнькой до самого вечера ходим по магазину, чуть ли не за ручки держась. Вечером снова встречаем Ритку с работы и едем домой. Девушка выглядит подавленной, я не лучше. Лёнька тоже как-то перестал бодриться. Должно быть, это мы на него тоску нагнали своими обреченными рожами.
 
Ночью с обречённостью и злобой понимаю, что не могу нормально спать. Поднимаюсь с кровати, иду в ванную комнату. После бессмысленной попытки привести себя в чувства холодной водой, смотрю на своё отражение в зеркале и офигеваю. Небольшие синяки под глазами у меня и раньше были, но это… уже ни в какие ворота.
Полночи сижу за плехой, пытаясь отвлечься. Кое-как засыпаю лишь по утро.
27 ноября
* * * *
Едва ли я успеваю что-то понять, когда выхожу из подъезда и тут же получаю сильный удар под дых. Лёгкие мгновенно сжимаются, с тягучей болью выталкивая воздух. Задыхаюсь, сворачиваюсь чуть ли не в клубок. Мне кажется, упаду, но меня подхватывают под руки и куда-то тащат. В глазах темнеет. Вижу чьи-то ноги в чёрных брюках и начищенных туфлях с обеих сторон, утоптанный снег, серебристая иномарка, заднее сиденье. Фигура у дальнего окна…
Вот так, средь бела дня меня грубо заталкивают в машину и садятся с другой стороны, перекрывая путь к отступлению. И, как назло, на улице никого нет. Ни единой души. Я даже закричать не могу потому, что грудь сдавило невыносимой болью. Это какое-то грёбаное и ни хрена не смешное дежавю! Словно вернулась на несколько дней назад. И снова одна, потому что тупо проспала. Ни Лёнька, ни Рита, видимо, не стали меня будить. Решили, наверное, дать отдохнуть, потому что я уже почти неделю вся на нервах. Ушли без меня. И честно, в это мгновение я ненавижу друзей за бессмысленную заботу ровно так же, как себя за безответственность.
Машина трогается, медленно выезжает со двора. Постепенно прихожу в себя, жадно глотаю ртом воздух, терпко пахнущий каким-то одеколоном, держусь за грудь. Внутри всё ноет, словно мне ударили по внутренностям, а не по рёбрам. Невольно думаю: сколько раз за последние дни я была избита? Как ещё жива до сих пор, не понимаю.
Поднимаю глаза. Ренат. Сегодня он не так весел.
Внутри всё опускается. Бледнею. Снова пробивает дрожь, пульс учащается и меня накрывает настоящая паника. Она чётко отражается в моих зрачках сузившихся до размера маленькой бусины. В этот раз всё будет иначе, в этот раз меня просто так не отпустят! Но я сижу, словно не владею своим телом. Прижимаю руки к груди, морщусь, стараясь перетерпеть боль. Тяжело дышу. Меня будто цепями сковали. Неконтролируемый страх.
— Знаешь, — мрачно начинает Ренат, глядя в боковое окно. — Я не думал, что у тебя хватит мозгов пойти в ментуру.
Сильно умной себя, конечно, никогда не считала, но мне кажется, тут любой идиот догадается.
Он переводит на меня какой-то странный взгляд, отчего трусливо вжимаюсь в сиденье. С ужасом понимаю, что я была права насчёт того участкового. Но как он понял? Как понял, что мы собирались писать заявление именно на этого Рената. Ведь, уверена, их в городе как собак нерезаных.
— И могу сразу тебя огорчить, — спокойно продолжает этот урод, — ваша подружка Светочка к ментам и носу не сунет. Можете даже не стараться. Она-то понимает, чем это для неё обернётся.
— И чем же? — не выдерживаю и тут же внутренне матерю себя. Заткнись, заткнись!
На лице парня появляется такая омерзительная улыбка, что становится ещё страшнее.
— А вот это я тебе сейчас продемонстрирую. — Поворачивается к водителю и бросает приказным тоном: — Езжай к общаге. Влад уже, наверняка, там.
Что? Влад?!
А он-то там на кой чёрт?
Водитель безмолвно кивает, перестраивается в другой ряд. Снова накрывает ощущение дежавю. Только вот на улице не темно, везут меня не в лес и рядом сидит не белобрысый утырок, а его долбаный дружок — Ренат. Теперь уже даже не знаю, кто из них на самом деле страшнее. Я зарядила в него бутылкой несколько дней назад, ударила и вообще вела себя так, словно я долбаная Вандер Вумен. Лучше бы тогда проломила ему череп, ей-богу! Хоть было бы за что сейчас отдуваться.