Так не бывает (СИ)
Качаю головой.
Снова мысли о чём-то не совсем здоровом…
Пока поднимаюсь по лестнице, судорожно вспоминаю этаж и номер комнаты. Третий. Иду по коридору. Останавливаюсь возле нужной двери. Глубоко вдыхаю, выдыхаю и… стучусь. Капец какой-то, словно на плаху стучусь.
Спустя некоторое время из-за двери доносится тихое:
— Кто?
Что-то голос мне её не нравится.
— Это Алёна, — как можно дружелюбнее отзываюсь я. — Подруга Риты. Мы как-то виделись пару раз…
Дверь приоткрывается, и я просто немею.
Синяк под глазом. Хороший такой, по краям уже начал желтеть. Губа разбита, припухла. Кто-то не совсем адекватный внутри так и хочет спросить:
«Упала?»
— Можно войти? — обеспокоенно произношу и берусь за дверную ручку, но впускать меня явно не намерены. Всё так же выглядывая из небольшого проёма, девушка тихо отвечает:
— Не стоит…
— Что значит «не стоит»? — недоумеваю. — Кто тебя так, Свет?
— Алён… тебе лучше уйти, — Света пытается закрыть дверь, а я начинаю злиться.
— Это они? — придерживаю дверь рукой, не даю закрыть. — Это Ренат? Или этот… Ян? Что они тебе сделали, Света?
Дверь всё-таки захлопывается. Слышу, как щёлкает замок.
— Света! Открой, пожалуйста! — меня начинает мелко трясти. Это из-за меня! Из-за меня её так отделали.
Снова слышу тихое, неуверенное:
— Алён, правда, тебе лучше уйти… прямо сейчас.
Какое-то нехорошее у меня ощущение.
Медлю несколько секунд, смотрю на закрытую дверь, после чего разворачиваюсь и иду по коридору. В мыслях хочу вернуться, выломать к херам эту гребаную дверь, но какое-то неведомое чувство гонит прочь. Это не конец.
Вот они… последствия!
Всё только начинается.
На лестничной площадке между первым и вторым этажами натыкаюсь на высокого темноволосого парня в светлом кашемировом пальто. Вижу его впервые. Он точно не один из учеников. Тяжелый взгляд карих глаз задерживается на мне лишь на секунду. От него пробивает лёгкая дрожь, но я не меняюсь в лице. Просто не успеваю измениться.
Мне одной кажется, что в последнее время я слишком часто дрожу?
Задерживаюсь, провожаю его взглядом. Незнакомец поднимается на третий этаж. Кажется, сворачивает в ту же сторону, откуда сама только что пришла. Мысли несутся в голове со скоростью звука. Продолжаю спускаться, пока, наконец, осознание не останавливает меня перед выходом из общежития. Отрешенно смотрю куда-то перед собой. Словно и не вижу вовсе.
Третий!
Это тот третий!
Шальная догадка взрывает рассудок. Я разворачиваюсь, чтобы бежать обратно и в этот же самый момент чья-то ледяная рука грубо сжимает моё запястье. Оборачиваюсь. Внутри всё леденеет до состояния никогда не тающих льдов Антарктиды. Сердце проваливается куда-то вниз.
— Ну, здравствуй, — елейный очень опасный тон уже знакомого голоса. Стальной пугающий холод в бледно-голубых глазах. — Девочка с карандашами…
Против воли на выдохе произношу его имя:
— Ян?!
Часть 6 — Последствия
А чуйка-то у меня работает! Словно радар на приближающиеся неприятности.
Первый рефлекс организма — УДАР!
Рука словно собственной волей замахивается и бьёт парня наотмашь. Целилась вроде бы в лицо, а попала в ухо. Его глаза расширяются от красноречивого изумления. Он точно не ожидал такого поворота событий. Следующее действие, пока противник в замешательстве — рывок. Освобождаюсь из ослабевшей хватки ледяной руки. А затем, всё как в тумане. Как будто в меня вселилось инородное существо и полностью взяло контроль над моим телом.
Быстро разворачиваюсь, несусь по ступеням вверх. Слышу вслед гневное:
— Ах ты, сучка!
Отчётливый звук погони.
А вот теперь мне уже не до смеха. Он очень быстрый, почти догоняет меня у мужского туалета на первом этаже. Что он может сделать в ответ? Даже знать не хочу! Резко сворачиваю, залетаю в неухоженное белое помещение, насквозь пропахшее канализацией и хлоркой. Почти поскальзываюсь на кафеле, но с трудом мне удаётся удержать равновесие. В кармане звонит мобильник. Это наверняка Лёнька.
Лёнька! Лёнька, помоги!
— Стой! — доносится из-за спины гневное. — Твою ж мать…
Вижу почему-то открытое окно. Парни наверно курили, забыли закрыть… Словами не передать, как я им сейчас благодарна. Просто не передать словами. Заскакиваю на подоконник и сигаю вниз. Хорошо этаж первый. Хотя мне кажется, я бы и с пятого сейчас прыгнула. Приземляюсь не совсем удачно, падаю на колено. Больно. Снега-то толком нет, мёрзлая земля. Но быстро исправляюсь, подскакиваю на ноги. Короткий взгляд на окно. Светловолосая фигура в чёрной кожаной куртке поверх такой же чёрной кофты. Застыла. Смотрит мне вслед.
Снова звонит телефон.
Бегу что есть духу. Пока есть силы, не остановлюсь!
Теперь уже действительно не до смеха.
* * * *
До магазина добираюсь, наверное, быстрее, чем обычно доезжаю на маршрутке. Я никогда ещё так быстро и так много не бегала. Недаром говорят: у страха глаза велики. А я реально испугалась!
Какого хера этот ушлёпок снова припёрся в нашу общагу?!
Наверное, за компанию с тем типом. Это точно всё неспроста. Приходит чёткое осознание, что теперь уже всё… он не отвалит. После моей-то выходки. Я его ударила! Пиздец. Что это? Инстинкт самосохранения?!
Останавливаюсь у магазина, но внутрь войти не решаюсь. Руки трясутся. Да меня вообще всю трясёт. Колено болит. Кажется, я содрала кожу, когда шарахнулась с окна. Рассматриваю штанину, крови вроде нет. Нужно успокоиться. Прийти в себя.
Чёрт!
Света. Она осталась там совсем одна. Без шанса вырваться. Без надежды на спасение. Но с другой стороны, что бы я сделала? Она выглядела настолько подавленной, настолько испуганной, что мне кажется, для неё уже все краски померкли в этом мире.
Что он с ней делал?
Что, блядь, за садистские игрища у этих чудовищ? Мы вроде в двадцать первом веке живём… Хотя о чём я вообще…
Сажусь на лавочку неподалеку, достаю мобильный. Шесть пропущенных. Лёнька, наверно, извелся весь. Выделяю его номер, звоню.
— Твою мать, Алён! — тут же срывается друг. — Ты чего трубку не брала?!
— Возьми сигареты и выйди на улицу, — роняю бесцветно. — Я тут. На лавочке.
Сбрасываю вызов.
* * * *
Лёнька материализуется буквально через секунду.
Стоит, смотрит и не понимает: то ли я в прострации, то ли померла вовсе. Я точно бледная как смерть. Мне даже в зеркало смотреть не надо, чтобы это понять.
Прижимаю ладонь к ноющему колену, во второй руке держу сигарету. Изредка затягиваюсь. Я никогда не верила в то, что эта дрянь способна успокаивать нервы. Это какая-то странная потребность, просто взять и покурить. Просто так. Без мыслей, без осознания. Чуть-чуть убить себя. Или правильнее будет сказать добить?
— Надо в полицию идти, — выдаю, наконец.
— Что стряслось-то? — друг стоит передо мной как вкопанный, руки в карманах форменных брюк. Пристально смотрит. — Ренат?
— Нет… — качаю головой, — хуже.
— А может быть что-то хуже?
Как ни странно, но да…
Я едва знаю этого человека, но уже уверена, что он — это хуже, чем Ренат. Почему всё так? Почему именно наша общага? Почему именно мы? Когда я переезжала сюда, в моих планах совершенно не было цели ввязаться в какие-то непонятные трения с местными богатенькими детками. Некто очень злой внутри рычит:
«Если бы Ритка не притащила их тогда… Если бы не согласилась на эту авантюру…»
— Я была у Светы, — поднимаю глаза на Лёньку, хмурюсь. — Её кто-то избил, — замечаю, как друг меняется в лице. Он удивлен, но не только. — И, кажется, я даже видела этого «кого-то», когда уходила… Думаю после того дня, он к ней наведывается. Тот… третий.
— Ты его знаешь?
— Впервые увидела.
— Это ведь ещё не все новости на сегодня? — проницательно замечает друг, и я неуверенно киваю в ответ: