Трагедии
Властям судить оратора нельзя,
Не посмотрев, что выйдет, и советчик
Лишь по плодам познается, как врач.)[670]
О каменной для вас с Орестом казни
Он вопиял, Тиндаром наущен.
Но вот встает оратор[671] — не красавец,
Но крепкий муж: не часто след ноги
На площади аргосской оставляя,
920 Свою он землю пашет — на таких
Теперь страна покоится. Не беден
Он разумом, коль случай есть порой
Помериться в словесном состязанье,
А жизнию он — безупречный муж.
Оратор наш не смерти для Ореста
Потребовал — венца, что не сробел
Он за отца вступиться и пред казнью
Безбожницы лихой не отступил.
А то потом хоть и копья для битвы
Не доставай, походы позабудь.
Охотника всегда найдешь без мужа
В соблазны жен скучающих вводить —
И воину порочить ложе. Славно
930 Он говорил и добрым по душе.
Замолкшего твой брат Орест сменяет:
«Владетели Инаховой земли,
Не меньше вас я охранял, чем тень
Отцовскую, когда убийцей стал я.
Коль словом вы сегодня освятите
Мужеубийство, граждане, вослед
Представиться вам не замедлит выбор:
Иль умирать, иль быть рабами жен.
<Не то, что надо, сделать вы готовы!
Я ту, что ложе моего отца
Изменой запятнала, уничтожил.
940 Меня убейте — и закон исчезнет,
Без страха будут люди убивать,>
О, дерзости у них, поверьте, хватит...»
Казалось, был и прав он, но рассудком
Не убедил собранья, и толпу
Другой увлек оратор — жаждой крови.
Едва-едва Оресту удалось
Добиться, чтобы вам самоубийством
Дозволили сегодня кончить жизнь.
950 Пилад его домой ведет со сходки.
И плачет он, и воплями друзья
В последний раз Ореста провожают.
Да, зрелище печальное глазам
Откроется уж скоро, а покуда
Готовь ножи иль петли, а на солнце
Вам не глядеть. Ни царский не поможет
Ваш сан, ни Феб с треножником своим,
Пифийский бог, вас погубивший, дети.
(Уходит.)
Во время рассказа вестника Электра поникла головой и продолжает некоторое время стоять потупившись. Только слова корифея заставляют ее поднять голову.
ЯВЛЕНИЕ ТРИНАДЦАТОЕ
Электра одна.
Корифей О злополучная, еще к земле
Лицо ты молча клонишь, но рыданьем
И стонами готова разразиться.
Электра
(монодия)
Строфа 960 Тебе ланит моих, земля пеласгов,[672]
Серебряным разорванным ногтем,
Первая скорби кровь;
Я голову ударами осыплю
В усладу богине прекрасной,[673]
Нежной жертве подземных!
Острым да скосишь железом ты,
Край киклопов, стеная,
Локоны в день печали.
Плач да поднимется, плач!
Царство теней открыто
970 Прежним вождям Эллады.
Антистрофа Вас нет, вас больше нет, Пелопа дети.
Блаженным твой завиден был удел,
Тантала славный род.
Небесная вас зависть погубила,
Аргосцев кровавое слово.
Горе племени смертных,
Слез и страданий полному.
Мойры удары верны,
Мойры шаги так тихи!
Беды — наследницы зол...
980 В смене жизней печальных
Миг ни один не верен.
Строфа I О, если б я к камню взвилася...
Олимпа обломок,
Меж небом и нами
Повис на цепях золотых он
И кружится вихрем!
Я Танталу старому там бы
Надгробную 6 песню провыла:
Из крови, из крови его родились
Отцы наши, зревшие ужас,
Строфа II С тех пор как, легче ветра,
Четыре кобылицы
Пелоповы, взметая
Прибоя пыль, летели,
990 С тех пор как труп Миртила
Столкнул в седую пену
На побережье диком
Гереста Танталид.[674]