Трагедии
Дом Эдипов она потопила в крови,
В страшной крови, в нечестивой крови.
Увы! Увы!
Для стонов моих
Найду ли мелодии звуки?
Флейту найду ль или бубен?
И кто оплачет со мной
1500 В чертогах, в чертогах
Утеху Эриний,
Три трупа, три трупа?
Сгубила, богиня, сгубила
И дом и Эдипа
За то, что загадки
Мудреную тайну,
Разумный, решил он.
Увы мне! Увы мне! Увы мне!
Отец, отец,
Кто раньше вельможный —
Иль варвар, иль эллин —
1510 От зол столь великих
Столь явные беды
Под солнцем изведал?
Я пойду в зеленую рощу,
Буду взором бродить, тоскуя,
По дубовой чаще да елям,
Не найду ли птицы печальной,
У которой птенцов отобрали...
Пусть своею трелью со мною,
Своей жалобной трелью плачет!..
<Жалобной песней и стоном
1520 Вас, сирота, я оплачу,
Влачить я буду отныне
Свой век в слезах непрестанных.>
Пряди волос в тоске
Я себе вырвала.
Где положить мне вас,
Горем венчанные?
Грудь ли кормилицу
Вами закрою я
Или у братьев их
Раны разверстые?
(К чертогу.) Горе мне, горе мне, горе мне!
1530 Покинь, о старый отец, чертоги, покинь!
Выйди, слепой, ко мне, влача свою старость!
Ты, который, на вечную тьму осужден,
Тяжкое бремя горя и лет несешь,
В этих углах пустых, всеми покинутый...
Внемли мне, внемли мне, отец!
Внемли из скитаний унылых,
С подушки ль своей,
Слезами облитой...
ЯВЛЕНИЕ ДЕВЯТНАДЦАТОЕ
Те же и Эдип.
Эдип Зачем ты, дева, призывом мне посох вручила?
1540 Зачем слепые шаги
Из мрачных покоев
На свет вызываешь?
Отрадней слепцу там плакать на ложе холодном,
И нужен ли солнцу седой и колеблемый призрак,
Забытая адом меж смертных унылая тень,
Гость больных сновидений?
Антигона Отец, печальна злая весть моя:
Их больше нет, они не видят солнца,
Ни сыновей, ни той уж нет, отец,
Которая тебе вручила посох,
Заботами лелеяла тебя...
Эдип 1550 Увы мне! Увы мне!
Для новых стенаний година настала!
[Три жизни! Три жизни! Три жизни!]
О дочь, скажи мне, три светоча эти
Какая судьба дуновеньем своим погасила?
Антигона О отец, отец!
Не корю тебя, не злорадствую.
С болью слово тебе
Мое сердце отдаст:
Твой зарезал их
Дух проклятия:
И огнем палил,
И в бою томил —
Твой, и твой, и твой...
<Увы нам, отец!>
Эдип 1560 Горе мне! Горе мне!
Антигона Плачешь, старик?
Эдип Дети мои...
Антигона Ты плачешь и стонешь,
Но если б ты видел
При свете лучей золотой колесницы
Их жалкие трупы...
Эдип О, ужас проклятий... Детей он убил моих, —
Но мать их несчастную, за что ж ее рок убил?
Антигона Она не таила ни слез, ни смятенья,
И, их умоляя, она обнажала
Ту грудь, что когда-то обоих вскормила...
1570 Но было уж поздно... В воротах Электры
На поле цветущем предстали ей дети
В разгаре сраженья, как львы молодые,
В пещере одною вскормленные львицей...
Пред ней под напором мечей они пали;
Упали, и скоро подземного бога
Арей возлияньем их стынущей крови
Почтил, угощая в чертогах поддонных,
А мать из сыновней груди вырывает
Меч молча и падает трупом меж мертвых.