Трагедии

Фоант Ты с делом божьим не спеши, чтоб вышел прок.
Ифигения Удалось бы очищенье!
Фоант Я с тобой о том молюсь.
В течение последней части беседы часть слуг ушла, кто в храм, кто на луг, прилегающий к нему, кто в дом. При окончании из храма показывается процессия: ведут Ореста и Пилада в наручниках с покрытыми головами, гонят телят, ягнят с луга, несут серные факелы. Во время прохождения процессии Фоант покрывает лицо плащом.
Ифигения Но постой, уже из дома осужденные выходят,[430]
 Ризы новые рабыни мне несут... телят я вижу,
 И ягнят выводят, чтобы, заколов их, след убийства
 С нечестивых я омыла; светят факелы; готово
 Все, что нужно, чтоб очистить и гостей и изваянье...
 Строго-настрого беречься от заразы горожанам
 Я велю... Привратник храма, если он очистил руки,
 Чтоб богам служить, идущий для свершенья брака, жены,
 Отягченные плодами, бойтесь язвы и бегите.
 1230 Ты же, царственная дева, Зевса дочь и дочь Латоны,
 Если я убийц омою, жертву примешь — там, где должно.
 Будет чистою обитель Артемиды, мы блаженны
 Тоже будем... Но о прочем умоляю — лучше смертных
 Вам оно известно, боги, все и ты, богиня, видишь!
Следует за процессией через правый проход. Фоант в сопровождении слуг, несущих горящие факелы, входит в храм через среднюю дверь.
 ТРЕТИЙ МУЗЫКАЛЬНЫЙ АНТРАКТ 
Хор
Строфа О славный сын Латоны,
 Не ты ли, златокудрый,
 Делосские ущелья
 Обогатил плодами?
 Не ты ль кифарой славен,
 Не ты ль и сердце тешишь
 Стрельбой из лука, бог?
 1240 Тебя с утесов влажных
 Детенышем, едва
 Покинув ложе муки,
 Родимая умчала
 К Парнасской выси Вакха,
 Где шумны ликованья
 И где потоки бурны;
 И там, где, отливаясь
 Своей спиною пестрой,
 Под лавром густолиственным
 Вещания Фемиды
 Стерег дракон чудовищный?
 Еще дитя, еще
 1250 Ты, на руках у матери
 Резвяся, змея-сторожа
 Убил и на златом с тех пор
 Божественном треножнике
 Воссел, неложный бог!
 Из глубины святилища
 
 Вещанья роду смертному
 Ты раздаешь. Близ вод
 Кастальских твой чертог стоит,
 Земли средина здесь.
Антистрофа С тех пор, как сын Латоны
 1260 Божественных вещаний,
 Землею затаенных,
 Лишить дерзнул Фемиду,
 Те сонные виденья
 Земля сама рождает:
 Что было, быть чему,
 Она в пещерах темных
 Гадателям в ночи
 Показывает спящим
 Из ненависти к Фебу.
 Зачем отнять дерзнул он
 У дочери оракул...
 И быстрою стопою царь
 1270 Достиг Олимпа выси,
 Рукою детской Зевсов трон
 Обвил он, умоляя,
 Чтоб из чертога Пифии
 Был изгнан гнев и страх.
 И, улыбаясь смелости
 И жажде храма пышного,
 Царь кудрями встряхнул Зевес:
 Вещания ночные он
 Рассеял — больше нет
 Забвенья вопрошающим
 Земные силы темные,
 И Локсий вновь приял
 1280 Почет средь храма людного,
 А человек гадающий
 Уверенность обрел.
 ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ 
 ЯВЛЕНИЕ ДЕСЯТОЕ 
Вестник со стороны моря, смущенный и торопливый.
Вестник Вы, алтаря служители и храма
 Хранители, скажите мне, где царь.
 Царя страны зову я: эти двери
 Надежные пусть выпустят царя!
Корифей Коли спросить позволишь, в чем же дело?
Вестник Их нет... Ушли те юноши... их дочь
 1290 Атридова спасла... Ее искусство...
 Бежали на аргосском корабле,
 И наш кумир священный там запрятан.
Корифей Не может быть!.. Но тот, о ком у нас
 Ты спрашивал, не здесь, он храм покинул.
Вестник Но где же он? Царь должен все узнать.