Влюбись в меня, девочка! (СИ)

Тоже пришел переодеться? Резко я его сбила с курса, однако…
 Я молча выжидаю, когда он возьмет шмотки и исчезнет. Но как бы не так — он решает переодеться прямо здесь. На моих глазах.
— О господи, — ахаю я, когда тот снимает шорты вместе с трусами.
Я отворачиваюсь, и тут же вспоминаю, что сама не прикрыта сзади. Черт! Я быстро поворачиваюсь обратно, но уже с закрытыми глазами.
Слышу шорох и глухую усмешку. Успел все—таки разглядеть что—то, озабоченный…
Он закончил уже или нет?
Секунды тянуться так долго, и я каждой клеточкой тела ощущаю его давящее присутствие в комнате. Да когда же ты уйдешь? Долго натянуть трусы? Было бы что прикрывать…
— Бу, — неожиданно слышится над ухом, и я вздрагиваю. Глаза открывать не рискую, мало ли что. – Беру свои слова назад, задница у тебя отменная, Степашка.
Замираю и чувствую, как новой волной покрываюсь мурашками. Это можно считать признаком аллергии на человека? Или что это?
— Угу…
Алла скрывается за дверью, а я снимаю с себя мокрое платье и нижнее белье. Переминаясь голыми ногами по паркету, обтираюсь белым махровым полотенцем и сушу волосы.
Так, а куда повесить мокрую одежду? Я оглядываюсь и останавливаю взгляд на батарее. Ладно…
— Ах! О, божечки! – вскрикиваю я и прикрываюсь полотенцем, когда дверь неожиданно распахивается.
В комнату залетает Адриан и тормозит, увидев меня.
От неожиданности мое испуганное сердечко удваивает ритм, норовя выпрыгнуть из груди.
— Ты что тут делаешь? – удивленно вскидывает бровь парень и сканирует меня с головы до ног.
А так не видно, да? Какого хрена ТЫ здесь делаешь?
— Переодеваюсь, — сглатываю я и сильнее прижимаю к себе полотенце. – Выйди, пожалуйста.
Игнорируя мою просьбу, Адриан шагает ко мне. Черт, черт, черт… Я машинально отступаю и утыкаюсь голым задом в край подоконника.
Остановившись в полуметре от меня, он бросает взгляд на пол, где валяется мое платье и нижнее белье.
Адриан наклоняется и, зацепившись пальцем за резинку трусов, поднимает их и прокручивает их пару раз в воздухе.
— Может тебе помочь переодеться?
— Н-нет, спасибо…
— А чего так? Давай помогу, м?
Он выбрасывает трусы и сокращает разделяющее нас расстояние до считанных сантиметров. Он слишком близко… Его теплое дыхание овевает мое лицо, и я чувствую, как он пахнет. Смотреть ему в глаза невыносимо, и я отталкиваю его.
— Выйди,  — мои ладошка впечатывается в его голую, покрытую каплями воды грудь. – Адриан…
Впервые с моих губ слетело это имя.  Его владелец чуть улыбается и не думает сдвигаться с места, а наоборот, чуть склоняется ко мне и опирается на подоконник, оцепляя со всех сторон.
— Просто взять и выйти? – усмехается он и проскальзывает взглядом по груди и плечам. – Тут так интересно, а там скучно…
Он облизывает нижнюю губу и касается пальцем моего плеча. Я вздрагиваю и сразу стряхиваю его руку.
— Перестань! – толкаю нахала. — Иди развлекайся с девчонками, чего пристал?
— Не хочу.
— Ах…
Адриан хватает меня за бедра и легко, словно пушинку, поднимает на подоконник.
— Надеюсь, не холодно? – притворно печется он о моем голом заде.
— Ты нормальный вообще?! – вспыхиваю я и брыкаюсь ногами, чтобы отошел.
Он пресекает в секунду мое хаотичное дрыганье – мужские руки ложатся на коленки и крепко фиксируют их, прижимая друг к другу.
— Резвая какая…
— Убери руки!
— Уберу, если перестанешь себя вести, как бешенный Степашка.
— Я не заяц, понял? – срываюсь. —  У меня красивое имя, Стефания! А тебе имя – Дурак!
— Ух… — смеется на мой запал и продолжает издеваться. Видимо, чтобы взорвалась.  — Да ты не кипятись, Степашка, я все запомнил.
— Точно дурак…
— Любишь оскорблять? А с виду так и не скажешь, типа правильная такая вся…
— Я не оскорбляю, а констатирую открывшийся факт, — задираю подбородок и презренно отвожу взгляд в сторону. —  А принимаешь ты его или нет – твое дело.
Странно, но его ничуть не задевает сказанное. А я так бы хотела… Всковырнуть хотя бы на секундочку его совесть. Была ли она у него когда-нибудь?
 
— Наговорилась? Может, к делу уже перейдем? – возвращается к похотливым намекам парень и вновь возвращает руки на мои колени.
За стенкой, как специально послышались откровенные женские стоны. Я и без того сижу вся зардевшая, как рак и сильнее сжимаю бедра.
— Слышишь, как им хорошо? – его брови игриво подпрыгивают.
— Так иди и присоединись, — фыркаю я. — Думаю, они не будут сильно против.
— Зато я не люблю с кем делиться, понимаешь, о чем я?
— Мало того, что дурак, так еще и озабоченный, — закатываю глаза и теряю бдительность.
Ловкие мужские пальцы в наглую поскользили вверх по бедрам.
От его прикосновений на коже мгновенно вскакивают мурашки и просыпается защитная реакция.
Я заряжаю ему пощечину, да такую, что у самой ладошка жгуче начинает гореть.
— Ты охренела? – вспыхивает Адриан и буравит гневным взглядом. – Самой ведь приятно было!
— Что? Противно, не больше!
— Меня все хотят, поняла?
Вот так заявочки… От сказанного рот сам открывается в шоке, сколько же завышенного самомнения в этом «секс—символе» недоделанном!
— Вы не по адресу, молодой человек. Я не все.
— Я так не думаю, — сверкает оскорбленными глазами он.
Я готова врезать ему второй раз, да рука не поднимается мараться о такое сокровище» с короной.
— Тогда и выбери себе любую другую, как я, и домогайся до неё, в чем проблема?
— Никаких проблем, — шипит он, кривя губы. – Такие зайцы вообще не в моем вкусе, чтоб ты знала.
— Я запомню.
Адриан вызывающе усмехается мне в лицо и напоследок награждает высокомерным взглядом.  Но вместо того, чтобы покинуть комнату, он идет к шкафу и вытаскивает сухую одежду.
Тоже пришел переодеться? Резко я его сбила с курса, однако…
 Я молча выжидаю, когда он возьмет шмотки и исчезнет. Но как бы не так — он решает переодеться прямо здесь. На моих глазах.
— О господи, — ахаю я, когда тот снимает шорты вместе с трусами.
Я отворачиваюсь, и тут же вспоминаю, что сама не прикрыта сзади. Черт! Я быстро поворачиваюсь обратно, но уже с закрытыми глазами.
Слышу шорох и глухую усмешку. Успел все—таки разглядеть что—то, озабоченный…
Он закончил уже или нет?
Секунды тянуться так долго, и я каждой клеточкой тела ощущаю его давящее присутствие в комнате. Да когда же ты уйдешь? Долго натянуть трусы? Было бы что прикрывать…
— Бу, — неожиданно слышится над ухом, и я вздрагиваю. Глаза открывать не рискую, мало ли что. – Беру свои слова назад, задница у тебя отменная, Степашка.
Замираю и чувствую, как новой волной покрываюсь мурашками. Это можно считать признаком аллергии на человека? Или что это?
  
Глава 4
 
— Он, что, с алкоголем? – фонтаном выплевываю я напиток, когда слышу, как девушка заказала подобный и попросила сделать его покрепче.
Марьяна сказала, что коктель безалкогольный, и я, поверив на слово, выпила уже два бокала. Такой сладенький и без постороннего запаха, что я и не думала сомневаться.
— Да там чуть-чуть, граммулечку… Считай, что нет ничего, — делает невинный вид Марьяна и продолжает елозить рукой в волосах Сержа. – Ты грустная такая сидела, хотела помочь тебе расслабиться.
Ах, это оказывается все про заботу, а не про наглое вранье… Укалываю подругу взглядом в знак благодарности.
— Я устала, и хочу домой, — твердо заявляю я и достаю из сумки телефон. – Вызову такси.
Прошло часа два с того момента, как я дала обещание, что задержусь в этом месте. С меня хватит.  Голова уже гудит от шума.
— Посиди еще, конфетка, — лезет ко мне очередной не пристроенный парень с мутными глазами. – Давай познакомимся поближе.
— Отвали,  — отталкиваю его и встаю с диванчика, который тот оккупировал своим бренным телом.