Влюбись в меня, девочка! (СИ)
В голове глючит. Шурупы застревают и винтики не сходятся, что тормозит мозговой процесс. Как это, не его девушка?
- Вы расстались? – предполагаю я.
- Нет. Мы и не сходились. Я никогда не была его. – резко заявляет она, сражая наповал таким громким заявлением. – Надо было изобразить пару, и это время прошло. Радуйся, теперь мы даже не друзья.
- Постой… - вспоминаю важную вещь и не смею слепо верить её словам. - Я видел, как ты целовалась с ним на детской площадке несколько дней назад. Зачем врешь мне сейчас?
- Целовалась?! – принимает это за оскорбление она и громко хмыкает. – То, что он решил вольно поцеловать меня на твоих глазах, не значит, что я хотела этого. Может объяснишь, зачем приезжал тогда?
Мозг уже кипит. Значит, все была игра… Против меня. Эти двое сговорились, и теперь творится черте что. Не ожидал-не ожидал… Хотя может все это даже и к лучшему.
- Уже неважно. Значит, дурили меня как могли, да?
Стеша поджимает губы, но сожаления в её глазах не прослеживаю. Маленькая стервочка… И куда тебя это привело, м? Она по природе своей далеко не интригантка, так что, думаю, мой братец тут приложил руку… Он то как раз это может.
- Насчет тебя и твоего поведения я изначально сомневался, но Рон… Я был уверен, что он влюблен.
- Так и есть. Но думаю, сейчас он меня ненавидит. Стоило мне отказать ему ему, как он начал ревновать к тебе… Какие глупости!
- О, даже так… Славно, - просыпается моё эго, которое неожиданно пригладили.
- Дико. И противно, - выплевывает она. - Я пожалела обо всем, Адриан. Больше не хочу видеть вашу семейку. Так что радуйся, я исчезну, как ты и просил.
Она сбрасывает мои руки с плеч, но я удерживаю девочку, которая переполнена эмоциями и вселенской обидой.
- Не исчезай… - шепчу я и касаюсь пальцем её нежной алой щечки. - Сейчас я не хочу этого.
- Этого хочу я. Раз и навсегда. Лучше самой, чем это сделает кто-то со стороны, на типа Анжелики или тебя – пока вы «лучшие» кандидаты для этого.
- Сравняла меня с ней? Я помочь хочу, Стеша…
- А я забыть хочу, на что ты способен. Но не могу, увы, - поджимает губы, напоминая мне о том самом дрянном дне, который у самого не выходит из головы.
Считает меня врагом. Опасается. То, что раньше удовлетворило бы меня - теперь причиняет боль в грудной клетке. В её глазах тупая обреченность, холодная однозначность, которой стреляет в меня и попадает прямо в цель.
Что я могу сделать? Как доказать ей, что сожалею? Пылаю от ревности, от бессилия, от гнева на самого себя. Возможно ли такое, что эта девочка опять довериться мне, посмотрит на меня беззаботно и улыбнется приветливо, как делала это раньше?
Я отпускаю Стешу – не в силах держать, когда та молчит и колет острым взглядом. Она не готова выслушивать и верить. Смотрю, как садится в машину и уезжает. На душе свинцовая тяжесть, которая разбавляется гневом. Я ненавижу себя, и готов убить тех, кто причиняет боль моей девочке.
Рон, сукин сын, ты первый в очереди…
Глава 32. Адриан
За окнами тренажёрного зала стемнело. Звук крепких ударов боксерскими перчатками, впечатывающихся в грушу, приятным эхом отдается в ушах. За час незапланированной ночной тренировки я хорошо пропотел – по вискам стекают блестящие капли пота, тело разгорелось и стало влажным. Отбиваю кулаками всю дурь, которая сидит во мне и гложет, не давая покоя.
Это своего рода разрядка, которую даю своим мышцам и мыслям. Иногда помогает. Иногда, как сейчас, например, не очень.
Перед глазами пелена, через которую вижу разочарованное и грустное лицо Стеши. Еще слышу её сиплый голосок, интонационно выдающий слабость и беззащитность. Мне хреново, когда ей плохо. Места себе не нахожу, спать не могу, думаю только о ней и о том, как все исправить. Не думал, что когда-то приду к тому, что для меня Стеша - уязвленная хрупкая девочка, за которую пойду даже на преступление.
Нет, я еще не убил никого. Пока херачу только ни в чем неповинную грушу и раздираю собственные костяшки. Просто не представилось другой возможности – уже ночь, но брата до сих пор нет. Задницей что ли чует, что лучше не появляться дома и не попадаться мне на глаза.
Зверский запал ушел, но желание взглянуть в глаза Рону не пропадает ни на секунду. Что он там блеял про свои чувства? Зная Анжелику, этот гад и пальцем не пошевелил, чтобы обезопасить Стешу от возможных загонов и стервозного характера бывшей. И все в пользу того, чтобы поиметь девочку, которая этого не хочет – вот, что меня драконит больше всего!
Было ли у них что-то? Воспользовался ли мой брат, теми условиями, которые выставил перед доверчивой малышкой?
От одной мысли, что ответ - «да», вскипаю, и подобно электрическому комбайну отбиваю грушу на предельной скорости и мощи. Сломать кисть или разорвать мышцы – самое меньшее, что меня сейчас волнует. Физическая боль хоть как-то перебивает ту, что идет корнями из груди.
- А, ты здесь… Так и знал, - слышу сверху развязный голос.
Останавливаю агонию и поднимаю голову – на балконе пошатывается силуэт Рона. Нахрюкался свин и теперь ищет приключений, пришел прямо по адресу… Брат вызывающе усмехается на мой враждебный взгляд и с бутылкой на перевес спускается ко мне по лестнице. Ох, зря.
Я отстегиваю перчатки и бросаю их в угол. Тянусь за бутылкой и в секунды осушаю её на половину.
- Хочешь? - с непроизвольной икотой спрашивает Рон и протягивает мне крепкий напиток.
- Нет.
- П-ф-ф… - оскорбляется и сам присасывается к бутылке.
Его конкретно шатает. Не припомню его в таком состоянии. Интересно, какой был повод? Есть парочка догадок. Глаза - пьяные и мутные, блудливый язык развязывается и находит не очень удачного собеседника.
- Брат, а ты ведь был прав, - морщась, выдыхает Рон. – Насчет неё… Стерва, использовала меня.
- О ком говоришь?
Я даю шанс не задевать тему их отношений со Стешей. Назови другое имя – останешься жив, ясно, как дважды два. Не сильно хочется разбираться с человеком, чей мозг заплыл алкоголем.
- О Стефании, - пафосно тянет её имя. – Черт взял меня связываться с ней. Все равно бесполезно, а я не люблю, когда стараешься, долбишь, а результата нет. Понимаешь меня, а?
- Не совсем, - сжимаю челюсть.
- Вот, что ей надо скажи? – продолжает на своей волне Рон. - Ты то наверняка знаешь, поделись секретом, брат.
Он толкает меня в плечо, нарушая хрупкую оболочку терпения.
- А тебе что надо? Проваливай, давай, проспись… Пока цел. Не зли меня, Рон.
- О-о, морду мне набить хочешь… - закатывает глаза. – Валяй, ты у нас в этом спец. Как там говорят, сила есть, ума не надо? В этом твой секрет что-ли? Не разборчивой, однако, Стеша оказалась…
- Слышь ты, закрой пасть. Последний раз предупреждаю.
Видно, я не в курсе, но у брата где-то завалялась вторая жизнь. Он игнорирует все предупреждающие сигналы.
- Тоже хочешь её, да? – прищуривает глаза и усмехается на то, как сдержанно молчу, убивая взглядом. – Да и так вижу, что хочешь. Только имеет нас почему-то она…
Рон запрокидывает голову и исходится в придурошном смехе. Смотреть гадко. Теперь понятно, по какой причине он «страдает», есть ли ему дело до того, что творится со Стешей? Ха, куда важнее пожалеть себя и найти родную душу, которая поддержит и разделит его мучения. С его стороны, вообще неправильный выбор в пользу меня, я бы даже сказал, критично-провальный.
Все, что было сказано мной «до» про Стешу – это не более, чем провокация. К слову, она дала свои плоды, даже несмотря на то, что их отношения были договорными. Рон нелестно думает о девушке, за которую недавно заступался и подставлял морду. Мое отношение к Стеше тоже изменилось, только в противоположную сторону, такая вот ирония судьбы.
- До остынь ты, Адри… Пускать бешенную слюну из-за какой-то бабы? Не стоит это того, тем более, когда не кому будет оценить, увы…
Я хватаю за грудки эту пьяную рвань: