Влюбись в меня, девочка! (СИ)

— Валяй, — развязно дает добро один из парней и прикладывается к бутылке.
— А кто играть будет?
— Все.
Я сразу отказываюсь, но тут видимо мнения не спрашивают. Стикер припечатывается к моему лбу в порядке произвольной очереди.
— Воу, — реагирует Марьяна, читая про себя слово на моем лбу. – Попалось так попалось…
— Что там? Не люблю эту игру.
Что прикольного в неизвестности? Когда все знают что—то, исключая тебя. Еще и ржут в придачу.  Нет, если смотреть со стороны, то сам волей—неволей похихикиваешь, и все кажется довольно веселым, но когда очередь доходит до тебя…
Жутко раздражаешься, и тупишь по страшному, потому что не знаешь, какая дичь написана на проклятой бумажке. Окружающие странно лыбятся и гогочут на свои же ответы, которые к слову мало помогают.
— Итак, я девушка… — спокойно пытаюсь анализировать. – Не известная личность, но меня все знают, как написано там?
— Ага… Типа того. Таких сразу видно издалека.
— Ладно. Видно по внешности? Или по поведению?
— Зачастую и так, и так.
— Так, — криво улыбаюсь я на усмешки других и продолжаю. – Возможно, заучка? Ну или синоним к нему?
— Нет-нет… Но движешься в правильном направлении. Заучка, как девушка, обычно, кто?
— Кто?
— Это ты ответь, кто?! Тебе это отлично известно, девочка моя, — пафосно смеряет взглядом Яна, инициаторша всего действа.
Ненавижу переход на личности. Там слово, характеризующее меня? Что-то оскорбительное? Ну судя по смешкам, скорее всего, да.
— Это я? – осторожно спрашиваю я.
— Вот бы знать… Адриан ты случайно не в курсе?
А при чем тут он? Парень выдает усмешку, но ничего не отвечает.
— А давайте проголосуем… — берет все в свои руки рыжая, продолжая развлекать окружающих по средством меня и моей неловкости. – Кто считает Стешу таковой, поднимите руку.
Чуть побольше половины рук поднимаются «за».
— Вот и ответ на твой вопрос. Никто из присутствующих пока не знает точно. Возможно, ты захочешь поделиться с нами после игры, м?
— Я сдаюсь.
— О, ну нет, так не интересно… Давай еще погадаем.
— Я не знаю, что так веселит вас.
— Ладно, даю подсказку, а ты продолжи – эта девушка, которая ни разу…
Не спала с парнем? Ответ сразу всплывает в моей голове, но я молчу. Как славно, меня даже оценили по этому критерию. Кстати, Адриан руку не поднимал.
— Девственница, — быстро чеканю я и срываю бумажку со лба.
Хочу смять её к чертовой матери и бросить в костер, но все начинают протестующе визжать!
— Нет, нужен синоним!
— Не знаю таковых, пас…
— Ну вот, — все разочарованно фыркают.
Я разворачиваю бумажку и вижу короткое слово «целка». Долго бы я гадала… Стикер летит в костер, и там на радость мне его сжирает беспощадный огонь.
— Ита-а-к, — интригующе протягивает рыжая, пялясь на меня.  – Это ты или нет?
— К счастью, тебя и всех остальных это не касается, — огрызаюсь я.
— Ой, ну простой вопрос, каждый на него может ответить, ведь правда? Был парень или нет?
Я молчу и сверлю недовольным взглядом эту приставалу.
— Вот каждый пусть и ответит, а я воздержусь.
— Ребят, тут все ясно… Вон как покраснела. Даже жалко малышку.
Провокация вошла в студию. Браво, Яна справляется с задачей заводилы сегодняшнего вечера на ура.  Настолько, что мои цепи терпения скоро сорвутся.
Я девочка приличная и воспитанная, но за себя постоять смогу.
— Себя пожалей, — сдавленно отвечаю я и под зазывающие звуки ребят поднимаюсь с коврика.
— Стеш, куда? – обеспокоенно дергает за руку Марьяна.
– Тут... Недалеко. Пройдусь.
— С тобой пойти?
— Нет. Я скоро.
Надо выпустить пар. Ухожу подальше от компании, продолжающей шумно развлекаться возле костра. Заворачиваю за домик и, шаркая кроссовками по траве, направляюсь к скамейке, установленной между двух рядом посажанных елок. 
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
Да, у меня еще не было парня. И что с того? Не собираюсь комплексовать по поводу этой ерунды, которая большинству сверстников кажется весьма важной вещью. Вокруг меня шатаются либо озабоченные, либо отшибленные на голову – отдаться им ради гонки за статусом «полноценной» девушки? Бред.
 
Я устало плюхаюсь на скамейку и прислоняю голову к стволу дерева. Закрываю глаза и вдыхаю полной грудью чистый лесной воздух.
Вот что я здесь делаю?
На природе хорошо, не спорю, но даже этот факт не может выместить ноющее чувство одиночества, которое переполняет сейчас. Я не смогла стать своей среди чужих, увы. Может, потому что просто не старалась и мне это не надо?
Шорох со стороны заставляет открыть глаза и оглянуться.
 Показалось…
Я вздрагиваю, когда чьи—то руки  закрывают мне глаза и мужской голос с нотками выпитого алкоголя вибрирует на ухо:
— Скучаешь, малышка?
Через секунду на скамейку запрыгивает парень и прижимается ко мне. Светловолосый, с наглой самоуверенной ухмылкой.  Видела его среди других парней, но как зовут не знаю. Знакомый знакомого, ни больше.
— Мне было хорошо одной, — хочу сразу отшить приставалу.
Намеков этот парень не понимает. Обнимает меня за шею и притягивает к себе.
— Одной хорошо, а вдвоем лучше… Тебя как зовут?
Какой же противный… Отталкиваю его и морщу нос.
— Неважно.
Я встаю, понимая, что пора уходить, и как можно быстрее. Блондин останавливает мою прыткость — небрежно хватает за руку и дергает её, чтоб не улизнула раньше времени.
— А ты красивая, незнакомка, — толкает своим телом к стволу дерева и цепляется пальцем за длинный локон волос. —  Куда-то торопишься?
Он пьян и неадекватен.
— Отвали. Ты не в моем вкусе.
— А ты как раз в моем…
Он подобно голодному вампиру присасывается к шее, на что я вскрикиваю, отталкиваю мерзавца и заряжаю пощечину. Срываюсь с места, но неудачно запинаюсь о корень дерева и падаю, расстилаясь неуклюжей звездой на траве.
— Блин…
Встаю и тут же падаю вновь – мужское тело придавливает меня обратно.
Сиплый крик глушится ладонью.
— А так даже лучше, не находишь? – противная мина исходится в довольной ухмылке. — Любишь сопротивляться – давай, это даже заводит…
Сбросить себя его тело – нереально, но я ухитряюсь укусить мерзавца за ладонь.
— Ах ты, дрянь, — шипит парень и зажимает горло. – Может тебя тоже укусить, а? В какое—нибудь сладкое мягкое место... Что скажешь?
— Себе откуси, урод… — на хриплом выдохе говорю я. Воздуха дико не хватает.
— Будь паинькой, и я буду нежен… Или предпочитаешь грубо и страстно?
Он начинает целовать меня в открытых участках кожи, а я извиваюсь ужом  под ним, пытаясь оттолкнуть ногами. Слезы отчаяния брызнули из глаз. Мне бы закричать, но этот ублюдок перекрыл мне кислород.
Мушки уже летают перед глазами.
В тот момент, когда я уже готова была потерять сознание в беспомощности, тело малолетнего насильника резким толчком отшвыривает в сторону от меня.
Ощущая свободу, я жадно ловлю воздух ртом и переворачиваюсь на бок. Сквозь свой кашель слышна разборка двух парней. Не сразу соображаю, кто мой спаситель…
— Катись лесом, урод, и чтобы я тебя не видел здесь!
— Да брось, брат, так поразвлеклись чуть-чуть… Она даже не сопротивлялась.
— Закрой свой поганый рот и вали — даю тебе три секунды исчезнуть с глаз.
— Ладно-ладно… Твоя, я понял.
Когда мужские руки вновь хотят обхватить меня я резко дергаюсь, чтобы дать отпор.
— Спокойно, Стеша, это я… Тот гад уже ушел, и больше не вернется.
Я поднимаю испуганные глаза – передо мной на корточках сидит Адриан. Господи, никогда не думала, что буду рада его видеть.
— Перепугалась сильно… — он протягивает руку. — Давай помогу встать.
Сердце в груди до сих пор нервно колышется. Я доверяю ладонь своему спасителю, и тот поднимает меня. От пережитого стресса в ногах пропадают силы и коленки невольно подгибаются.