Никогда не говорите с незнакомками... (СИ)

— Я выкупаю его жизнь, — Даннани заслонила собой того, кому так неосторожно подарила собственное сердце.
— Ты готова связать свою судьбу с этим ничтожеством, девушка?
— Да, я готова немедленно выйти за него замуж.
— Лорд Воорн, если ты станешь плохим мужем для спасшей тебя девицы, моё проклятие превратит твою жизнь в сплошную череду неудач и разочарований!
— Не смешите меня, — молодая вампирша обидно щёлкнула пленника по красиво очерченному носу. — Этот «аристократ» никому не принесёт счастья. Даннани, откажись, пока ещё можешь. Вокруг полно куда более достойных кандидатов в мужья!
— Нет, Линлинн, я сделала выбор. Никто не имеет права оспаривать его. Кроме лорда Воорна.
Дальняя родственница лунной чародейки покрутила пальцем у виска и отступилась. Проходя мимо блондинки, она пробурчала:
— В семье не без урода, Дани. Это человеческое присловье явно про тебя.
— Зато я буду жить в замке того, для кого бьётся моё сердце.
— Дура! Однажды ты пожалеешь, но ничего уже нельзя будет изменить. Этот ловелас проживёт долго, а от тебя останется лишь бледная тень!
— Я ничего не боюсь, Лин.
— Да будут милостивы к тебе боги, Дани, — и она исчезла, просто растворившись во тьме наступающей ночи.
— Ты готов пройти через брачный обряд с этой девицей?
— Как будто вы оставили мне и тень выбора, — правитель здешних земель только сейчас понял, что угодил в слишком лихой переплёт.
— Вы прекрасно знали, какое будет наказание за ваши интриги, — сочувствия аристократ ни от кого не дождался.
Глаза Даннани горели двумя лучистыми звёздами, только зря она поверила прекрасным песням лорда Воорна. Последующий урок оказался жесток. Он сослал жену в уединённый монастырь уже через пару месяцев после свадьбы.
Лунная чародейка носила под сердцем ребёнка, но муж даже ни разу не навестил их. Мать и сын вернулись в замок своего повелителя, когда тому исполнилось двадцать лет, как того требовали обычаи.
— Я вас не звал, Даннани и Крейн, — приём оказался холодным. — Я уже назначил своим наследником своего сына от другой женщины. Она была рядом, пока вы были в глуши.
— Мне ничего не надо, — женщина рассмеялась серебристым смехом и велела сыну отправляться во владения её отца. — Там ты найдёшь родной дом и достойную пару в своё время. Богиня возмездия пыталась отговорить меня, но я не послушала доброго совет Лэк-Елизаветт. Воорн тебе не будет счастья нигде. Я налагаю на тебя виру. Быть тебе крысой навечно, — и она дунула в лицо мужу. — Будешь жить в развалинах собственного замка. — Вместе со своей новой женой ты проживёшь столько, сколько живут крысы. Твоего сына я уведу в земли своего отца. Он не должен страдать из-за глупости и подлости собственных родителей.
Вскоре в стрельчатое окно ускользнули три тени: крупная взрослая сова и два молодых птенца, ещё не до конца возмужавших.
— Много на себя берёшь, женщина! — проворчал уже убелённый сединами аристократ и налил себе крепкого вина из дубовой бочки. Это было последним, что он успел сделать. Вскоре парочка упитанных крыс, возмущённо пища, метались в зале для приёмов. Подданные герцога покинули проклятые земли и осели в соседних владениях.
Я посчитала, что наказание Даннани было недостаточно жёстким, поэтому отправила «супругов» во владения к колдуну, чтобы они помогали тому искать нужные фолианты и переворачивать страницы.
Потом меня снова позвали зеркальные лабиринты. Только на этот раз я оказалась дома, в Измерении Ушедших.
Мрачный Инар сердито выговаривал Марево:
— Ты говорила, что она скоро вернётся. Только где моя Лиза? Отвечай, Око Богов.
Я поспешила вмешаться, пока дело не обернулось крупной ссорой:
— Инар, Марево никогда не ошибается. Ничего страннее Зеркальных лабиринтов я ещё не видела.
Меня обняли за плечи и пытливо заглянули в глаза. Жёлто-зелёные омуты были полны тревоги за моё будущее, поэтому прошептала:
— Всё хорошо. Просто моим тараканам требовалось прогуляться.
— Что ж так долго, моя богиня? Мои монстры в голове чуть не проели мне плешь, — лёгкий упрёк в голосе сразу дал мне понять, что бог смерти всё ещё сердится на меня.
 
— Ну, сейчас мы их подихлофосим, чтобы не смели тебя обижать, — мою шутку оценили по достоинству.
— Это как это подихлофосим? — чувство юмора у Макроса оставляло желать лучшего. — Опять вы со своими глупыми шуточками, моя богиня! Рад, что вы вернулись. Инар в ваше отсутствие становится совершенно невменяемый и злобный.
Мы с моим суженым переглянулись и дружно расхохотались.
  
Глава 61
 
— А вот так, — Инар с помощью магии создал точную копию флакона жидкости от тараканов родом из моего мира с яркой картинкой на флаконе и сделал вид, что собирается избавить от вредной мелочи мозги корисса.
— Мой бог, чем я заслужил опалу? — взвизгнул рогатый предводитель жемчужно-розовых существ с рожками, порская в кусты точно заяц, когда услышал волчий вой.
— Кодессе круто повезло, — проворчал бог смерти. — С таким занудой она бы точно ни в жизнь не ужилась.
— Это точно. Коди всегда отличалась чувством юмора и любовью к безобидным шалостям.
— Да уж, те, кто попал к ней на перевоспитание, почти все стали вполне сносными людьми, — тут брюнет помрачнел. — Ей не по зубам оказалась только бывшая Лэк-Шэрри.
— Только потому, что Макрос сыграл отступного и проявил слабость. У Коди прекрасная семья, любящий муж, восемь детей. Она счастлива. Только потом просила снова вернуть её в тело кориссы. Что-то мне подсказывает, что её сердечная боль рано успокоилась.
— Теперь ему просто так это счастье с рожками, хвостиком и трезубцем в лапки уже не свалится. Она поняла общую со мной ошибку.
— Да, нельзя душить своей любовью. Всего должно быть в меру. Что легко достаётся, потом мало ценится, — я лукаво посмотрела на Инара, тот в ответ только руками всплеснул.
— Лиска, давай уже вытравим наших тараканов в головах. Они явно не идут нам на пользу!
— Мне мои не мешают, — со смехом отозвалась. — Только они меня ещё и сдерживают, чтобы временами не разнести тут всё по камушку. Думаешь, мне охота возиться с долгами Шерри. Что такое Зеркальный лабиринт? В нём я очутилась совершенно неожиданно.
— Это особое пространство. Пользоваться им могут только Око Богов и богиня возмездия. Поздравляю, Лиза, Измерения Ушедших признало тебя окончательно.
— Я всё равно скучаю по дому, — виновато опустив глаза, призналась я.
— Ты будешь время от времени видеться с душами дорогих тебе людей. Когда они будут отдыхать здесь между двумя соседними жизнями.
— Надеюсь, у Марка и Лоры в их новой жизни всё сложится без трагедий и сильных потрясений и страданий.
— Я тоже, но это вне моей компетенции, как говорят на Земле. В моих обязанностях только пребывание тут мёду двумя воплощениями и гарантии порядка среди самих тёмных богов. Они не должны слишком усердствовать, насылая на головы смертных существ испытания, соблазны и болезни. Надеюсь, ты понимаешь, что без этой стороны жизни не будет роста по всем направлениям?
— Да. Только испытания не должны быть чересчур болезненными и фатальными, как у Фриды и Марка, — исподлобья посмотрела на своего суженого, ожидая возражений.
— А вот это уже моё упущение и последствия лени Лэк-Шэрри. Ты должна карать всех, кто оступился. Она отнеслась к своим обязанностям халатно. Поэтому нам и приходится приводить Мироздание в естественный порядок. Плохого и хорошего должно быть поровну. Только тогда происходит развитие и сами люди и прочие расы не зазнаются и живут с теми, кто не похож на них, более-менее мирно.
— Наверно, в законе соблюдения равновесия есть древний смысл. Если кто-то слишком плохо живёт, а кто-то чересчур богат, неизбежны конфликты. Если разброс небольшой, будут стараться обойти соседей мирными путями.
— Лизка, а ты у меня ещё и философ, — Инар усмехнулся. — От тебя можно словить тапка без членовредительства. Исключительно в устной форме.