Дуэльный Кодекс. Том 3: Шепчущий Во Снах (СИ)

— У меня есть ответы. Хоть и не на все, — кивнул Сергей, — и начнем с того, — он посмотрел на Катю, — что проект Геката задумывался как нечто, что поможет человечеству отбросить костыли.
— Костыли? — Нахмурился я.
— Да. Ореолы, заклинания, формулы, магические дисциплины — все это нужно людям, чтобы взаимодействовать с маной. Им, — Сергей нежно, как отец, погладил волосы Кати, — Гекатам, такое не нужно. Они взаимодействуют с маной по-другому. Напрямую.
— Их было много, много девушек, — кивнул я.
— И все они погибли. Осталась лишь одна Геката — Екатерина Лазарева. Новых создать больше невозможно. Роялисты уничтожили лабораторию, в которой из дев делали Гекат.
— Зачем Сновидец хочет ее себе?
— Ради силы, — посмотрел на меня Сергей, — их со Сновидцем потомство отбросит те самые костыли. Выйдет на новый уровень владения маной. Или, — он заглянул мне прямо в глаза, — или твое с Катей потомство, если ты успеешь освободить Гекату первым. Но, — он снова посмотрел на Катю, — у тебя преимущество. Она любит тебя. Любит по-настоящему. А Сновидец желает взять ее силой. Как рабыню. Именно поэтому он забрал ее. Именно поэтому развоплотил. Чтобы поработить. Отстранить от тебя. Но твои родители, — хмыкнул он, — настоящие родители, подложили ему свинью.
— О чем ты? — я нахмурился.
— Ритуал связывания душ и ритуал создания посмертного измерения. Кем была твоя мать, Павел Замятин? Кем была Александра Замятина?
— Ритуологом, — твердо ответил я, — она была ритуологом.
— А кем был отец? Кем был Евгений Замятин?
— Магом крови.
— Верно, — он кивнул, — а авария — это ритуал магии крови. Они заплатили своей кровью, чтобы связать вас с Катей. Чтобы Сновидец не смог отделить тебя, от нее. Именно поэтому ты слышишь ее, можешь взаимодействовать с ней. Именно поэтому, существует нигде.
Выходит, Шепчущий Во Снах это и есть Сновидец. А то, что он пытался сделать в последний раз — ритуал по разделению меня и Кати. Своим кинжалом он пытался разрезать нашу связь. Страшно подумать, что было бы, если бы у Сновидца получилось.
— Они не погибли тогда. Вы говорили об этом с Малиновским, — строго сказал я.
— Верно. Не погибли. Мы пытались спрятать Катю. Но все пошло не по плану. И твой отец попросил меня убить их, чтобы я отвел подозрение от себя и успел оставить это послание.
— Что? — ошарашенно уставился я на Сергея
— Мы были друзьями, продолжал он. Трио магов, которое решилось пойти против Тайного Общества. Против Сновидца.
— Вы были заодно. Вы втроем были вместе? Вместе пытались помешать Сновидцу.
— Верно. Они наладили между вами связь. А я должен был направить тебя через Черную Книгу. Мы собирали обрывки будущего из моих видений. И… Мы те — кто осуществили раскол.
— Раскол чего? — спросил я, — раскол Ордена? Роялистов?
— Раскол нашей тайной организации на Орден Новой Маны и Роялистов.
— Они были одной организацией?
— Верно, — он кивнул, — но когда мы поняли, в чем истинное предназначение Гекаты, то ужаснулись. И решили, что недопустим этого. По крайней мере в таком виде.
— Ты же сказал, — вклинилась Света, наблюдая за всем с величайшим интересом, — что предназначение Гекаты отбросить костыли человечества.
— Она это может, — кивнул Сергей, — но цель проекта была другая.
— Какая? — Нахмурился я.
— Я… я не могу сказать. Эта область воспоминания повреждена.
Мы со Светой переглянулись.
— За-то я могу сказать, — он серьезно посмотрел на меня, — как вернуть ей тело. Как вернуть Екатерину Лазареву к жизни.
— Как? — я приблизился к Сергею, взял за плечи, — как вернуть?
— Ритуал Соединения, чтобы вернуть тело. Слияние, чтобы вернуть силу. Сначала нужен круг материи. Потом все по порядку: тридцать пять литров воды, двадцать килограмм углерода, четыре литра аммиака, полтора килограмма оксида кальция, восемьсот грамм фосфора, двести пятьдесят грамм соли, селитры — сто грамм, восемьдесят грамм серы, семь с половиной грамм фтора, пять граммов железа и три грамма кремния… — он перечислил еще пятнадцать химических элементов, из которых состоит человек.
 
— Это алхимия, — поджал я губы, — алхимическая формула человеческого тела. Круг материи — алхимический проводник для обрядов.
— Это то, что вернет ей тело. Но есть еще то, что должно вернуть душу из нигде.
— И что же это? — Спросил я, чувствуя, как эмоции переполняют.
 Глава 18 
— Шесть слов, что вы уже нашли, — улыбнулся Сергей, — это заклинание, привязывающее душу к телу. Придающее этому новому телу форму, точно такую же, какая была при жизни Гекаты.
— Значит, Катя будет самой собой, — кивнул я, — той, кем она была до смерти… вернее, до того как ее запечатали.
— Да, — ответил Сергей, и тут его улыбка сошла с уст, — но чтобы вернуть ей силу, этого будет мало. И последнее действие — Слияние, сделает это. Но я не знаю, в чем заключается этот ритуал. И не подскажу тебе здесь. Более того, — он посмотрел на меня внимательнее, — я не знаю, захочешь ли ты, чтобы Геката вернула свою силу. Или, может, решишь оставить Катю той, кем она была до всех этих событий — просто женщиной.
— Этого, — холодно ответил я, — я и сам не знаю, Сергей. Спасибо тебе. Спасибо, за все, что ты спрятал для нас в этой книге.
— Я не Сергей, — улыбнулся Орловский, — а лишь его воспоминания о себе. Такое, каким он хотел видеть себя в глазах сына. Но уверяю тебя, Павел Замятин, — поклонился Сергей, — настоящий я чувствовал бы, что выполнил свой долг. И был бы доволен.
— Уходим? — Тронула меня за плечо Света.
— Нет, — я слегка обернулся к ней, — я хочу посмотреть, кто войдет в хижину, — посмотрел на Сергея, — теперь это возможно?
— Возможно, — кивнул он. Прошу, отойди в сторону, Павел Замятин. Или, — он улыбнулся, — стоит теперь звать тебя Орловским?
— Я ощущаю себя и тем и другим, — улыбнулся я в ответ.
Мы со Светой отошли от стола и застыли у дальней стены, на которой висели веники сушеных трав. Сергей повременил, пока мы займем свои места, а потом вновь запустил воспоминание. Снова зазвучал дождь. Резко пахнуло запахом трав.
Я внимательно уставился на дверь. Решил, что не пропущу ничего, ни единой мелочи, оставшейся в памяти книги.
Дверь со скрипом распахнулась, громко стукнула о деревянную стену.
— Вот она, господин, — раздался раболепный голос Малиновского, — Геката здесь. Мы забрали ее для вас, повелитель.
Внутрь ступили трое: Малиновский и еще двое мужчин. Оба носили походные дворянские дождевые плащи. Выполненные из шерсти и заколдованные оставаться сухими при любой погоде, они закрывали капюшонами лица незнакомцев.
— Чудесно, друг мой, — проговорил один из них — высокий и стройный мужчина.
Его голос был глубоким и очень бархатным, словно у артиста.
— Я знал, что смогу положиться на тебя, — высокий мужчина очень фамильярно похлопал рукой в кожаной перчатке Малиновского по щеке. Седовласый маг расплылся в улыбке.
— Я хочу посмотреть на нее, — проговорит тот же мужчина, но голос изменился. Он стал ниже, басовитей и более угрожающим, — Малиновский сказал мне, что она готова.
— Да, господин, — снова залепетал Малиновский, — убивать Гекату нет нужды. Более того, так просто ее теперь не убить. Мы сделаем, как вы хотели с самого начала — запечатаем ее, чтобы вы могли сблизиться с ее личностью, влюбить молодую девушку в себя.
— Мне не нужно ее влюблять, Князь, — обратился он к Малиновскому и голос снова стал бархатным, — достаточно лишь того, что Замятин не сможет ее найти, — Высокий маг ступил к Сергею.
Второй незнакомец, который был гораздо более грузным, но тоже крепким, шагнул следом. Я не видел его лица. При словах высокого я почувствовал, как непроизвольно сжимаются кулаки.
— Надеюсь, — высокий вновь забасил, — ты доставил мою невесту в сохранности? Раз уж Геката готова, с ее головы не должен упасть ни один волосок.