Связанная с Богом войны (ЛП)

Один мужчина прочистил горло и прижал руки к груди, держа в жесте Арона воображаемое оружие.
— Мы последовали за Повелителем бурь, потому что верим, миледи. Ничего не изменилось. Мы все еще поддерживаем Повелителя бурь.
Второй мужчина тоже сложил руки на груди, повторяя жест первого, и склонил голову.
Я была немного удивлена… и довольна.
— Вы здесь не из-за денег?
— Нет. Мы решили безвозмездно служить нашему Повелителю бурь, — произнес первый. Мужчина еще не отрастил бороду, так как ему даже не было двадцати. — Нет большей чести, чем стоять рядом с Богом.
Остальные солдаты закивали.
— Ох. Хорошо. Значит, мы будем доверять вам, — я повернулась к женщине. — Что с тобой?
Ее улыбка была нежна и бесхитростна.
— Повелитель Арон купил меня, чтобы я служила ему и его волшебнику. Я рабыня для ложа из уважаемых домов Растаны. Я служу своему господину всеми способами, которые он требует, — она облизала губы и опустила глаза. Я могла поклясться, что заметила, как наложница слегка выгнула спину, сильнее выпячивая грудь.
Я еле сдержала раздражение, которое вспыхнуло из-за ее присутствия. Мне не стоило быть стервозной. В глубине души я знала, что женщина просто пыталась выжить. Я вспомнила Аваллу, попавшую в Авентин, и как она не могла думать ни о чем, кроме служения самому могущественному господину, которого только могла найти. Она не была виновата в том, что привыкла к подобному.
— Ладно, это круто. Поскольку ты не наемница, то только попробуй прикоснуться к оружию, и мы выкинем твою задницу, — я снова сосредоточилась на солдатах. — Хорошо служите Арону, и сможете жить. Если попытаетесь предать его, то он выпотрошит каждого так быстро, что вы не успеете заметить.
Я повернулась к Арону, чтобы проверить, все ли я поняла.
— Фейт говорит неправду, — вот и все, что произнес Арон.
— Это означает правду, — добавила я.
— Мы знаем, миледи, — пробормотал первый солдат. Он опустил голову. — Мы научились толковать слова Повелителя.
— Тогда истолкуйте это, — продолжил Арон. Он скрестил руки на груди и пнул валяющееся тело волшебника. — Фейт не мой якорь. Вы будете ошиваться рядом с ней. Будете говорить с ней. Если кто-то из вас коснется хоть одного волоска на ее голове или неправильно посмотрите в ее сторону, то я буду снисходителен. Я не бог, — выражение его лица было угрюмым и зловещим. Я сосредоточилась на глазах Арона и заметила, как в них сверкнула молния, что вызвало во мне дрожь. — Если вы причините ей вред или предадите меня, то я не стану мучить вас ни в этом мире, ни в следующем. Месть Бога не вечна. Ясно?
Все мужчины побледнели. Женщина снова задрожала, уткнувшись лбом в землю.
— Кажется, они все поняли, — прошептала я Арону. Угроза не должна была звучать так лестно, но я не сумела скрыть радость из-за того, что он хорошо отзывался обо мне. Это было довольно сексуально. Черт, это было более чем сексуально. Меня возбудила властность в его голосе и то, как строго он смотрел на людей. Никогда еще сеанс «указать на место» не был таким чертовски горячим… и это все исходило от Арона.
Разве кто-нибудь когда-нибудь здесь говорил обо мне так хорошо? Черт, в этом мире меня называли девкой чаще, чем собственным именем. Я знала, насколько эти слова были важны, и ценила это. Я дотронулась до руки Арона.
— Спасибо.
Он положил ладонь на мое плечо, и мне понравилось это больше, чем все объятия в мире. Мы были едины, вместе.
  
Глава 44
 
Все мужчины присягали на верность Арону, а мы в это время узнавали немного больше о каждом из них. Маркос был из Авентина из семьи моряков. Солат был родом из Катарна и имел самые красивые, прекрасные черные кудри. Керрен, у которого была более темная кожа, родился в Мефисе, а Витар, сын фермера, тоже прибыл из Катарна. Они сопровождали Арона лжи около двух недель и служили ему верой и правдой. В отряде имелось три валеса, которые следовали друг за другом, так как во главе ехал Арон с наложницей и волшебником. Мужчины попросили дать им вечер, чтобы похоронить своих павших приятелей. Арон выглядел так, будто совсем не хотел этого, тем не менее он повернулся ко мне, а я кивнула. Мне тоже нужен был свободный вечер.
 
Сейчас я сидела у костра и очищала лицо и руки от грязи, пока мужчины закапывали могилу в лесу, а Арон наблюдал за ними. Наложница расположилась рядом со мной, и мне удалось выяснить ее имя — Юленна. Когда я спросила, откуда она, женщина лишь улыбнулась и пожала плечами.
— Мой последний господин жил в Растане. У рабов нет собственного дома.
— Ты больше не обязана быть рабыней, — воскликнула я. Мне довелось побывать рабом, и я ненавидела то время. — Уверена, Арон освободит тебя. Черт, считай, что ты уже свободна.
Она нахмурилась, будто данный факт делал ее несчастной.
— Для меня большая честь служить одному из аспектов. Быть его рабом — это одна из истинных радостей всей моей жизни.
— Арону не нужны рабы.
— Значит, ты уже заботишься о его удовольствии?
Итак, разговор только что обострился.
— Это немного личное, и я не обязана отвечать.
Юленна продолжала мило улыбаться и играть со своими длинными черными волосами.
— Если ты устала обслуживать его, то я могу помочь. Я хороша в постели и знаю, что любит Арон.
— Хочешь сказать, что раньше знала о предпочтениях Арона лжи. Это совсем другой Арон.
— Все аспекты происходят от одного и того же Бога, — заметила Юленна. На мгновение мне захотелось врезать по ее хорошенькому ротику, хотя я знала, что она была права.
— Это не одно и то же. Ты не прикоснешься к нему, пока он сам не попросит. Никакого навязывания.
— Но, миледи, я лишь хотела доставить ему удовольствие, — она сложила руки на груди, умоляюще глядя на меня. — Я рабыня ложа. Как я буду зарабатывать на жизнь, если не сумею угодить Богу?
— Может, попробуешь готовить? — я указала на костер. — Или, как я уже говорила, мы можем тебя освободить. Мы дадим тебе денег, тогда ты поедешь в ближайший город и начнешь все сначала.
Ее глаза наполнились слезами.
— Если я отправлюсь в Катарн без документов и опекающего мужчины, то попаду к первому встречному работорговцу, который продаст меня по дешевке. Пожалуйста, не делай этого. Я верно служила Повелителю бурь, — она упала на колени и прижалась к земле, рыдая.
Вот дерьмо.
— Юленна, встань. Пожалуйста, — я ненавидела то, что ее слова имели смысл. Ненавидела, что, когда женщина вновь села, она все равно выглядела такой прекрасной и совершенной. В ее больших глазах блестели слезы, которые только добавляли ей красоты. Я знала, что Юленна не ошибалась… ее снова поработят. То же самое случилось со мной в Авентине. Я не могла обречь ее на хреновую судьбу, потому что чувствовала ревность и собственничество. — Я спрошу у Арона, не желает ли он иметь рабыню ложа.
Слова застряли у меня в горле.
Женщина улыбнулась, а на ее лице отразилось облегчение.
— Если понадобится, я могу обслуживать вас обоих. Просто скажи, что требуется, и я это сделаю.
— Э-э, нет, мне не нужна твоя помощь, спасибо, — я поспешно отодвинулась, пока Юленна не начала более усердно предлагать свои услуги. Черт, я перешла от ненависти к чувству жалости в считанные секунды. Просто я до сих пор помнила, насколько было страшно быть порабощенной и какой дешевкой я чувствовала себя. Как я могла презирать кого-то другого за то, что он пытался выжить в этом мире единственным известным ему способом? Я встала, отошла от костра, плотнее закутываясь в плащ, и направилась к звукам, доносившимся из леса.
 
Прежде чем я успела сделать несколько шагов к деревьям, передо мной появился сердитый Арон.
— Куда это ты собралась?
— Ох. Я пришла поговорить с тобой.
Он угрюмо уставился на меня.
— Я же просил тебя не сидеть у огня.
Мне потребовалось некоторое время, чтобы осознать фразу.
— Верно. Но я пошла сразу к тебе.