Связанная с Богом войны (ЛП)

— У меня есть запасная одежда, — заявил монах бодрым голосом. — Она принадлежит тебе, как и все мои сбережения.
Я вздрогнула от подобного заявления, хотя пила восхитительную холодную воду. Этот парень был готов отдать Арону все свое имущество. Я боялась, что мы испортили жизнь бедняге, просто заглянув к нему в гости, а ведь он был так чертовски мил. То есть я к тому, что ранее мы в некотором смысле заглянули к Тадэхе, но только посмотрите, где она оказалась — на дне груды обломков.
— Ешь, ешь, — обратился ко мне монах, протягивая миску. Тарелка изобиловала фруктовыми дольками, орехами, сыром и всякими вкусняшками, на которые я сразу набросилась.
— Спасибо, — пролепетала я между укусами, пока он сновал по помещению. Ох, Боже, я никогда не пробовала ничего вкуснее. В течение нескольких минут я набивала рот, а потом вспомнила, как ужасно было блевать вчера, поэтому заставила себя замедлиться. Я начала брать маленькие кусочки еды и запивать их водой, пока монах продолжал суетиться, поправляя стопки книг, убираясь и бросая взволнованные взгляды в мою сторону. — Как твое имя? — спросила я через несколько минут. — Меня зовут Фейт.
— Как? — он повернулся и посмотрел на меня широко раскрытыми глазами.
— Разве это не обычное имя в здешних краях? Там, откуда я родом, оно считается довольно распространенным, — даже для моих собственных ушей это звучало как оправдание. — Мое имя ничего не значит. Просто Фейт и все.
— Очаровательно, — пролепетал он с довольной улыбкой. — Такое прекрасное имя для якоря нашего уважаемого Повелителя бурь.
— Даже не знаю, — ответила я, поедая самый большой в мире кусок сыра и наслаждаясь каждым мгновением. — Я практически уверена, что он думает, будто меня зовут «смертная».
Монах тихо рассмеялся.
— Тебе придется простить его. В конце концов, он Бог, который не привык ни к нашему миру, ни к обычаям смертных людей.
— Оу, я провела с этим парнем несколько дней. Поверь, когда я говорю, что он уже получил множество прощений, — я сделала еще один глоток. — Либо так, либо я убью его во сне.
Глаза монаха стали огромными, словно блюдца. Через мгновение он снова засмеялся.
— Это шутка, да?
— Да.
Мужчина поправил стопку больших книг напротив кровати, а затем сел на них, как на табурет, наблюдая за мной с увлеченным выражением на лице.
— Меня зовут Омос. Я скромный монах, который служит Магре, Богине изобилия, — он кивнул. — Но сейчас для меня большая честь служить тебе и Повелителю Арону, Фейт. Все, что у меня есть, — ваше.
— Привет, Омос. Я должна тебе признаться, что не здешняя, поэтому немного не осведомлена о некоторых нюансах, — я слабо улыбнулась. — Приятно, наконец, увидеть дружелюбное лицо.
На лице монаха отразилось сочувствие, затем он тяжело вздохнул и кивнул.
— Ты выбрала трудный путь, став якорем.
— Значит, ты уже знаком с Ароном, — пошутила я. Когда монах не улыбнулся, я немного заволновалась. Мужчина выглядел обеспокоенным. — Могу я кое в чем признаться? Я не знала, на что подписалась. На самом деле я вообще ничего не знала. В тот момент я могла либо стать якорем Арона, либо умереть в жертвоприношении. Я решила рискнуть с Ароном, но чем дольше мы вместе, тем больше у меня возникает вопросов.
— Конечно. Пока ты спала, я разговаривал с Повелителем. Я сделаю все возможное, чтобы помочь вам обоим подготовиться к путешествию.
— Ты можешь рассказать, как мне попасть домой?
— Я могу лишь попытаться, — его морщинистое лицо опять расплылось в улыбке. — Откуда ты родом? С побережья? Глистентид?
— Чикаго?
Омос нахмурился и встал на ноги.
— Для меня незнакомо такое название, — он подошел к одной из полок, пробежавшись ладонью по книгам, а я сделала еще один глоток воды и немного поела. Мгновение спустя Омос достал свернутый пергамент и расправил тот на краю кровати. Я поняла, что это была карта. — Шаго… Шаго…
Я с трудом сглотнула и поднесла руку к губам, шепча с полным ртом еды:
— Ты не найдешь город на этой карте. Когда я говорю, что не здешняя, то имею в виду, что совсем-совсем не здешняя, — я замешкала, наблюдая за его лицом. — Я совершенно из другого мира. Не знаю, каким образом меня сюда засосало, но я зашла в дверь в своем мире, когда услышала барабаны, а проснулась уже по эту сторону в незнакомом месте, — Омос спокойно смотрел на меня широко раскрытыми глазами. Мое сердце екнуло. — Знаю, ты не веришь мне и считаешь сумасшедшей…
 
— Нет, не сумасшедший, вовсе нет, — Омос вскочил на ноги и убежал, а я действительно начала сомневаться в собственном здравомыслие. Через минуту монах вернулся с тяжелой толстой книгой в красно-золотом переплете и сел на другую стопку книг. Он стал листать страницы, хмурясь. — Это где-то здесь.
— Что именно?
Он мельком взглянул на меня.
— Ээ, рассказ о царице Наталье. Она пришла из другого мира и завоевала прекрасные равнины еще до того, как их стали называть королевством Ишрем. Наталья правила тридцать лет… или двадцать? Нет, я уверен, что речь шла о тридцати, — он опять рассеянно нахмурился и продолжил листать книгу. — А может двадцать три.…
Я съела еще один кусочек фрукта.
— Наталья… она пришла с Земли?
— Откуда? — Омос пристально посмотрел на меня.
— С Земли? Вот откуда я родом.
— Мне показалось, что ты говорила о Шаго.
— Нет, нет, я из Чикаго. Штат Иллинойс. Соединённые Штаты Америки. Планета Земля.
— Ох. Совершенно, — он лучезарно улыбнулся мне. — Тебе придется позже рассказать мне об этом, чтобы я мог записать. Как это увлекательно. Наш мир называется Аос, если ты не знала. И я никогда не слышал о Земле, — он взял книгу и снова начал листать. — Что касается Натальи, то здесь не указано, откуда она родом. Она прибыла из места, находящегося за пределами всех земель. Наталья утверждала, что речь шла о кардинально другом мире, но на этот счет существуют разные теории. Насколько я слышал, она была очень хорошей королевой. Очень умной. По-моему, о ней написали несколько книг, но в этой библиотеке их нет, — он выглядел задумчивым. — Наверное, все они оказались забыты в какой-нибудь библиотеке Ишрема, — Омос закрыл книгу и вновь улыбнулся. — То есть я хочу сказать, что, хоть это и необычно, я не в первый раз слышу о подобном.
— Удивительно, — я действительно была готова расплакаться от облегчения. Кто-то еще слышал о подобном случае. — Я думала, что застряну здесь навсегда. А в книгах написано, есть ли способ вернуться домой?
Омос удивленно моргнул, глядя на меня.
— Вернуться домой? Но ты же якорь Арона. И не можешь уйти. Не раньше, чем он снова вознесется.
Очевидно, между нами осталась некая недосказанная информация.
— Вознесется. Обратно на небеса или откуда он там?
— Эфир, так более правильно.
— Не мог бы ты рассказать об этом подробнее? Например, почему Бог был изгнан с небес? И что мы должны сделать, чтобы вернуть его обратно?
— Ох, да. Конечно, — Омос прижал книгу к груди с восторженным видом. — В этом суть Ожидания. Наконец, оно снова наступило. Это время, когда двенадцать младших Богов должны отчитаться о своих грехах перед Верховным отцом.
— Значит… такое уже происходило?
— Дважды за всю историю. И было предсказано, что подобное случится еще раз. Мы каждый год празднуем Ожидание, но, по моему мнению, никто на самом деле не верил в возможность повторения. Это тревожные времена.
Для мужчины, живущего в тревожные времена, он выглядел чертовски довольным.
— Но тебя это не удивило. По крайней мере, мне так кажется.
— Меня? Нет. Я заметил, как луна исчезла, как в предсказаниях в пророчествах, за три дня до Ожидания, поэтому знал, что грядет.
 
— Пророчества? — когда он встает, чтобы, без сомнения, найти очередную книгу, я схватила монаха за руку. — Подожди. Мне плевать на пророчества. Давай продолжим разговор об Ожидании, — если бы он отправился искать другую книгу, то я проторчала бы здесь целый день, прежде чем получила ответа. Я не хотела, чтобы мы прерывались. — Что это за история с отчетом за грехи? То есть, сейчас по земле бродят двенадцать Богов?