Голод 2 (СИ)

-….а можно просто ходить и смотреть, не участвуя в… - я едва могла выдавить из себя то, что мучило меня больше всего, когда «Учительница» перевела глаза на меня, не зная, как именно мне завершить фразу, видя, как она улыбнулась, кивнув:
- Конечно! Добровольность и свобода. Всегда помните об этом. Ваше прозвище?
Кажется, лишь в тот момент, я перестала дергаться и дрожать, погрузившись без остатка в мыслительные процессы, и пытаясь придумать краткое и емкое прозвище, чтобы в нем явно слышалось «Отвали, придурок!», или «Полезешь – пришибу!», или «Только зыркни – глаза засуну в такое место, о котором ты никогда не знал!»
Это должно было быть кратким, емким, холодным, как лед, в глазах Ричарда, как буря в его темной синеве.
Что-то колкое и острое, что может ужалить тебя сильно и больно…в самое сердце, как осколки счастья, разбитого о глыбу льда.
- Вьюга, - выдохнула я, видя, как «Учительница» одобрительно кивнула, сделав себе пометку, и вздрогнула, оттого, что Эльза потащила меня на диваны с золотистыми подушками, где уже сидели две Барби.
- Предлагаю держаться вместе, пока не найдем себе подходящую пару! – радостно заявила мне Эльза, замолчав лишь на секунду, когда девичья компания проводила взглядами двух мужчин, что смело пошли в Рай, взявшись за руки и томно улыбаясь друг другу, - У меня есть на примете кое-кто, но я понятия не имею, как его найти!
Тошнота подступала новой волной, когда единственное, что мне хотелось, это проснуться, увидеть синие глаза Генри и рассказать какая же фигня приснилась мне сегодня.
-….и я тоже, - устало прошептала я, откидываясь на диване, потому что наконец-то мы были одни, если не считать двух Барби рядом, когда ядовитая мысль укусила меня не только где-то в области дрожащего мозжечка, но и сердца, пустив туда свой яд, - А как выглядит мужчина, которого ты ищешь?!
А что если это был Дэм…или Рич?!
Кровь, булькнув, утекла из головы в область живота, где когда-то порхали бабочки от одного только вида Рича, а теперь…там словно был клубок змей, которые жалили меня каждый раз, когда в голову начинали забираться мысли о том, что именно он здесь мог делать все это время, с другими женщинами и девушками!
- Ну, он высокий. Блондин. С карими глазами, а как целуетсяяяяяяяя! - Эльза плюхнулась рядом со мной, не замечая моего судорожного облегченного выдоха сквозь сжатые зубы, грустно хмыкнув мне через пару секунд восторженного молчания, - Но я не знаю ни его имени, ни прозвища….
- А я слышала, здесь есть мужчина с прозвищем Животное! – неожиданно подключилась к нашему разговору одна из Барби, улыбаясь так восторженно, как девочка, которая вот-вот получит свою долгожданную куклу, - Говорят он просто бог секса! Жестокий, резкий, грубый! Но трахается так, что ты потом забываешь, как нужно разговаривать!
Я уставилась на эту белобрысую девочку, словно у нее неожиданно изо лба выросли два красных рога.
О чем говорило это ангелоподобное создание с мэйк-апом древнего вампира?!!
Язык так и чесался спросить её: «Девочка, а ты по шву не треснешь?!»
Воистину внешность обманчива!
И глядя на то, как горели ее глаза неясного цвета, который я не могла рассмотреть за тонной черного карандаша вокруг век, я понимала это так отчетливо, как никогда раньше - маньяки могут скрываться в ком угодно. Даже в ком-то с выбеленными волосами.
- У тебя подводка размазалась!
- Черт….все вещи в раздевалке…. – прошипела первая блондинка, хотя я не понимала чему именно там можно было размазаться, когда это нечто вокруг глаза и без того было просто черное и размытое.
- Я видела салфетки на ресепшене, сейчас принесу, - не знаю, почему я вызвалась помочь, соскочив с дивана и быстро прошагав до ресепшена, где уже не было никого.
Мне нужна было минутка покоя и одиночества.
Чтобы просто все осознать, расставить по полочкам и не сойти с ума от вида этих двух коридоров, уходящих в темноту и полную тишину.
Я была слишком погружена в себя и собственные мысли, не торопясь вернуться на диван к едва знакомым девушкам, которые продолжали о чем-то ворковать, когда завизжала от двух крепких рук, что вцепились в меня так резко и неожиданно, словно сформировавшись из самой тьмы.
 
Незнакомый запах наполнил мои легкие, вселяя ужас, когда эти руки скрутили меня, впечатав в стену у ресепшена, и большое твердое тело навалилось сверху, закрывая собой все.
Горячая наглая ладонь обвилась вокруг моего горла, не сдавливая, но не давая возможности отвернуться или закричать сильнее, когда чье-то горячее дыхание опалило мою шею сзади и скользкий язык медленно и уверенно прошелся от плеча к шее, заставляя меня не просто дрожать, а трястись крупной дрожью, пища от омерзения и ужаса.
  
Глава 32.
 
Отчаянно я пыталась брыкаться и убрать его от себя, холодея от ужаса и задыхаясь от крика, чувствуя, как его вторая рука пытается пробраться мне под линию джинс и трусиков.
Вот вам добровольность и свобода мать его!
- Отвали от меня, урод!
Вопила я из последних сил, пытаясь оттолкнуться от стены, в которую меня вжимало это каменное тело, но, кажется, походила на муравья, пытающегося выбраться из-под подошвы гавнодава этого засранца.
- Матерь божья!!!!!
Последующий вопль и резкая свобода были словно само благословение, а еще пара летящих кулаков, которые отбросили полуобнаженное мужское тело в сторону коридора, ведущего в Рай.
Меня трясло так сильно, что пришлось держаться за стену, чтобы развернуться, упереться задом и не упасть, глядя на мужчину, который лежал на полу лишь пару секунд, прежде чем вскочил.
Так это был он?!
ГАВНЮК!
Высокий, с черным ирокезом, и татуировками на накаченном теле. Облаченный в одни лишь кожаные штаны, которые совершенно не скрывали его возбужденных причиндалов.
И прищуренными глазами, которые казались адски черными в этом полумраке….
Он был как чертов ужас, летящий на крыльях ночи, только без плаща…и утиного носа.
- Животное! – возбужденно пищали обе Барби, подскакивая с дивана, а я больше не могла дышать.
Слезы душили меня, затмевая собой этот проклятый мир разврата, и заставляя задыхаться, когда я наконец увидела своего неожиданного спасителя.
Мир накренился, стараясь убежать из-под ног, когда мужчина кинулся ко мне, обхватывая своими сильными руками, и я повисла на нем, утыкаясь лицом в его грудь, и блаженно вдыхая в себя знакомый аромат.
- Боже мой, что ты здесь делаешь, Кэти?!
Дэмиен подхватил меня на руки, не обращая внимания на рычание второго мужчины за его спиной, твердо направившись в сторону…Ада?!
- Она не принадлежит тебе!
- Что здесь происходит? Охрана. Успокойте его.
Кажется, «Учительнице» пришлось вернуться, когда вопли Животного стали мало похожими на человеческие, заставляя меня содрогаться, и прижиматься сильнее в груди Дэма, что твердо и быстро шел вперед.
- Я подумал, что ты мне привиделась!
Его сильные руки дрогнули, и мужчина покачал надо мной головой.
- Кэти, зачем ты пришла сюда? Это не место для достойных девушек.
- Вы пропали… - прохрипела я едва слышно, чувствуя, однако, как волна негодования начинает подниматься из глубин уставшего, растерзанного сознания, - Вы просто пропали. Вы зашли в эту чертову дверь и больше не вышли из неё! А я ждала! Я думала, что с ума сойду!!! Вы не звонили, ничего не сообщали! Что мне оставалось делать?!
- Кэти, успокойся.
- Иди к черту, Дэм!
- Мы все объясним тебе, но не здесь…будь потише, и не привлекай лишнего внимания….
Я послала бы его снова к черту, и как можно глубже в неизведанные места, если бы каждый волосок на моем теле не встал дыбом от неожиданных звуков.
Дэм продолжал быстро идти, спускаясь все ниже и ниже, и прижимая меня к себе, словно стараясь оградить от того, что происходило за его плечами…крики, стоны…и не всегда возбужденные…чьё-то рычание и жуткий хохот…а еще то, что я боялась больше всего – какой-то лязг и шлепки.