Линейцы

– Пожалуй, в чём-то Лермонтов был прав.
– Ты о чём?
– О литературе.
Студент-первокурсник не стал углубляться в тему, а, деликатно обойдя девушку, возглавил поиск. Он даже кинжал до половины вытащил из ножен, чтоб казаться грознее, но, поймав угловым зрением снисходительную улыбку Татьяны, хлопком ладони вогнал клинок обратно. На мгновение вспомнив, как владели оружием горцы, Заур покраснел. История требовала от него быть героем, а не казаться таковым. Приходилось учиться на ходу.
– Погоди… – Молодой человек к чему-то принюхался и уверенно повернул направо. – Запах мужского пота и овчины. Тянет вон из-за той решётки.
Бескровная так же повела носиком и уважительно подмигнула. Действительно, у одной из дальних дверей в верхней части имелось небольшое зарешеченное оконце прямоугольной формы. Приподнявшись на цыпочках и заглянув внутрь, господин Кочесоков насчитал шестерых мужчин и двух женщин.
– Есть. Они тут.
– Дверца-то заперта.
– Сейчас. – Молодой человек поискал взглядом по стенам. – Это же пришельцы из космоса, тут всё должно быть по последнему слову техники. Никаких банальных ключей, замков или… А, вот!
С противоположной стороны отыскалась небольшая пластиковая панель, на ней было всего три четырёхугольных кнопки – треугольник вершиной вверх, треугольник вершиной вниз и нечто вроде «звезды Давида» с острыми лучами. Красавица-казачка задумчиво сдвинула бровки, и господин Кочесоков почувствовал себя королём.
– Тут всё просто, задачка для ясельной группы. Треугольник вверх – открыть, вниз – закрыть, звезда с лучами – сигнализация, тревога, знак расходящегося звука. Смотри.
Он нажал кнопку, и действительно, все двери в коридоре растворились, беззвучно откатившись в сторону. Измождённые пленники лишь теснее прижались друг к другу. Они были явно запуганы, а возможно, и чем-то обколоты. Но даже здесь мужчины-горцы старались прикрыть спинами женщин. Татьяна закусила нижнюю губу, выхватила пистолет из-за тонкого пояса и мотнула головой.
– Выводи их. Я впереди, а ежели хоть кто ещё из энтих ящериц покажется, пристрелю на месте!
Владикавказец легко вспомнил чеченский, громким шёпотом попросив людей не волноваться и выходить, помогая друг другу. Дорогу к лифту, поднимающему чёрных абреков наверх, он отлично помнил ещё с прошлого раза. Кабина там достаточно большая, все поместятся, одним рейсом.
По пути Заурбек заглянул в остальные камеры, и его передёрнуло, аж волосы на руках встали дыбом. В одной от пола до потолка стояли стеклянные ёмкости, всклень наполненные густой красной жидкостью, а в другой складировались человеческие кости. Чистые, отмытые, выбеленные, разобранные по порядку.
– Как я могу это развидеть? Или же… как это использовать?
– Ты про что, татарин?
– Да так, эмоции. Главное сейчас, чтоб друг Вася не подвёл.
Красавица-казачка неопределённо повела плечами, дождалась, пока все пленники покинут помещение, и не задумываясь выстрелила в нижнюю часть бака с кровью. Ударной силы черкесского пистолета хватило ровно на то, чтоб пробить маленькую неровную дырочку, но тонкая струйка побежала на пол. Даже если весь нижний отсек затопит, это уже будет не наша проблема.
Что ж, наверное, самое время разобраться, чем в это самое время занимался вышеупомянутый подпоручик. А он уже вполне пришёл в себя и вовсю развлекался…
– Привет-привет, – вежливо поздоровался Барлога, вытаскивая саблю. – А мы к вам с ответным визитом, можно зайти? Хотя кого я спрашиваю? Вы ведь не интересовались нашим мнением на предмет пропуска к нам на Землю.
– Вообще-то это разные вещи, – буркнул капитан, в сердцах пнув лежащего стюарда ногой.
– Угу, двойные стандарты? – кивнул студент-историк. – Да вы заходите, дедушка. Нам тут не слишком рады, но чего ж на пороге стоять.
Старик-пластун прошёл вперёд, с живым интересом разглядывая каюту капитана «Нергала»: обтекаемую мебель, пластиковые панели, голографические карты межгалактических маршрутов, интимные фотографии степных ящериц в самых фривольных позах, боевые трофеи (украденные редкости?) с разных планет, знаки отличия под стеклом, какие-то минералы, коллекционное оружие, звёздная пыль и всё такое прочее, то есть жутко интересное, но не всегда понятное.
 
– Что вам угодно, туземцы?
– Угадай.
– О Мардук Бесконечный, чего тут гадать-то? Вы хотите, чтоб мы убрались отсюда? Хорошо. Это и в наших интересах. Корабль практически готов к взлёту, так что…
– Не-е, – многозначительно качая головой, протянул подпоручик. – Мы хотим, чтоб вы не просто убрались, а вообще никогда больше сюда не возвращались!
– Чёрный Эну никогда не пойдёт на такое, – вздохнул капитан, нервно облизывая раздвоенным языком кончик носа.
– А мы сделаем ему предложение, от которого он не сможет отказаться! – Вася старательно пытался подражать манерам дона Карлеоне, но всё равно получалось больше похоже на товарища Сталина. – Пройдёмте, гражданин.
– Наш экипаж вооружён и обучен. Вам не уйти. И я не стану вам помогать!
На узкое плечо храброго ануннака лёг клинок длинной сабли.
– А вы умеете быть убедительным…
– Это я ещё трезвый!
Когда капитан корабля и подпоручик едва ли не под ручку покинули каюту, дед Ерошка молча улыбнулся в усы и склонился над протирающим глаза юным стюардом:
– Вставай-ка, чудо-юдо неведомое. Мы с тобой тоже кой-куды прогуляемся.
– Мне плохо…
– Энто ничего, энто бывает! – Старик легко поднял рептилоида за шиворот. – Тебе бы на свежий воздух, хлопчик. Давай провожу…
Стюард благодарно всхлипнул и разулыбался, безропотно позволив нести себя и взглядом указывая самую короткую дорогу. Так что пока всё шло по плану. Единственное, что беспокоило Барлогу, так это то, как там справляются его друг Заур из Владикавказа и красавица-казачка.
Конечно, студент-первокурсник был очень умным и храбрым, но только Татьяна Бескровная могла служить настоящим гарантом действий этой диверсионной пары. По ранее утверждённой договоренности им двоим предстояло осмотреть нижние палубы корабля и подземные бункеры, ища возможных пленных, склады крови, цистерны с топливом, – да мало ли там чего интересного вдруг попадётся под руку…
– Между прочим, вы вор.
– Кто? Я? – не сразу опомнился Вася из Калуги, едва не сбившись с шага. – На серьёзных щах?!
– Вы сперли кристалл из нашего Оружия Возмездия, пока мы проводили обзорную экскурсию по нашему кораблю.
– А-а, то есть когда вы без спросу тащите с нашей планеты золото, серебро и прочие драгоценности, это не воровство?
– Мы платим знаниями!
– И каковы расценки? Договоры тоже есть? Кем подписаны? Как происходит взаимовыгодный товарообмен? И самое главное, а кто позволил вам брать в оплату человеческую кровь?!
– Всё равно вы сперли кристалл…
– Забрал, – наставительно поправил подпоручик. – То есть вернул своё, взятое вами без спросу, обратно на Землю.
– Да мне из-за вас чуть башку не оторвали! – взвыл капитан «Нергала», прекрасно понимая, что до совести аборигена ему не достучаться. – Если уж на то пошло, то этому алмазу уже более тысячи лет, и брали мы его на другом конце планеты. Так что он не ваш!
– А брали вы его для создания оружия против нас, – красиво развернул тему поднаторевший в отмазках с ректоратом второкурсник. – Теперь, когда его у вас нет, вы не сможете по нам шарашить из самой большой пушки!
– У нас есть и другие, – неожиданно раздалось сзади. Верховный в парадном мундире, во главе отряда из шести вооружённых ануннаков штурмовой бригады «Нергала», перекрыл пути к отступлению. – На корабле хорошо работает система видеонаблюдения. Меньше чем через минуту все ваши дружки будут выловлены и уничтожены…
* * *
Системы наблюдения действительно работали хорошо, с этим не поспоришь. Но и спорить со старым казаком юный стюард тоже почему-то не рискнул. Возможно, свою роль в этом сыграла банальная привычка к подчинению старшим, ведь субординацию на корабле никто никогда не отменял. А если подумать, то младший состав любого корабля всегда знает, где и каким образом обойти все камеры, двигаясь исключительно в слепой зоне.