На практике у врага (СИ)

– Да. Поэтому мы не будем их использовать, а спрячемся вот тут. 
С этими словами он подошел ко второму гробу и сдвинул крышку. 
Я в ужасе уставилась на обитое бежевым бархатом ложе и отчаянно замотала головой. 
– Я буду с тобой, - пообещал кровник. 
Я удивленно воззрилась на своего учителя. Он что, серьезно думает, что меня это утешит? Залезать в тесный гроб, лежать там с… мужчиной, с кровным врагом, со своим учителем? Нет, нет, и еще раз нет! 
Но времени выбирать не было. За дверью, ведущей внутрь дома, послышались шаги. Ару бросил в гроб амулет, который ему прислал Фил. Я инстинктивно попятилась, но учитель подхватил меня на руки и бесцеремонно уложил в гроб. После этого он запрыгнул туда сам, улегся рядом и захлопнул крышку. Огненное заклинание на миг осветило наше временное пристанище, а затем наступила тьма. 
Накатила паника, я почувствовал, что не могу дышать. Ару мягко привлек меня к себе и прошептал на ухо: 
– Спокойно. Вдох. 
Это в очередной раз помогло. Я втянула до странности свежий воздух. Что это? Магия того амулета, который дал Фил? Тот все знал? 
Меня продолжало потряхивать. Я закрыла лицо руками и уткнулась в грудь своего учителя, изо всех сил стараясь отогнать воспоминания о том, что показывал мне Лукиан тогда, во дворе имения Уошбернов. Я ждала, что он попытается отодвинуться, но вместо этого Ару неожиданно начал гладить меня по волосам. Он что, утешает меня? Дочь кровного врага, который убил его родственников? 
В темноте и тесноте деваться было некуда, и от размеренных движений его руки я помимо воли начала успокаиваться. Дыхание замедлилось, сердце перестало бешено стучать в груди. Я порадовалась, что внутри гроба было темно. Потому что даже представить не могла, какого цвета сейчас мое лицо. Я лежу в объятиях мужчины, этот мужчина - мой кровный враг, мой учитель. Он трогает мои волосы, что всегда было позволено только родным и близким. И самое главное - мне что, это нравится?! 
Раздался хлопок закрывшейся двери, и я услышала приглушенный голос Шендана: 
– Что так долго? Твои подручные нерасторопны.  
Пальцы Ару замерли на моих волосах. Я инстинктивно придвинулась к нему еще ближе и приготовилась слушать. Что же здесь нужно Лиору?
Шендану ответил незнакомый хриплый голос:
 – Пришлось повозиться, чтобы достать то, что вы просили, господин.
 – Ты приставил человека к Суру? - продолжал мой враг.
 – Она не выходит из Академии без Роя Ару. А за ним никто не соглашается следить. Репутация.
 – Увеличь цену.
 – Не поможет. Вы не знаете огненных... Паршивца любит чернь. Он регулярно помогает слабакам, которые назначены патрулировать кварталы бедноты.
 – Я знаю людей, Гроу, - жестко ответил Лиор. - И они любят деньги. Всегда есть те, кто продаст родную матушку. А Рой Ару - не матушка, а чертов бессмертный. Самоуверенный наглец! Таскает за собой эту девку, как щенка на веревочке. Ну ничего... Скоро мне представится шанс.
 Он замолчал, и я услышала приближающиеся шаги. Кажется, он остановился рядом с гробом, в котором мы прятались.
 Я отстраненно заметила, что перестала трястись, и больше не вспоминаю видения, которые мне показал Лукиан. И несмотря на близость Шендана, страшно мне тоже не было. Уверенность и спокойствие кровника оказались заразными. А Лиор продолжил:
 – Я надеюсь, артефакт сработает. Ты проверил шахту?
 – Да.
 В голосе его собеседника появилось напряжение.
 – И что? - спросил Шендан у своего подручного.
 Тот немного помялся и выдавил:
 – Прореха закрыта. Огненным.
 Какое-то время в комнате царило молчание. Когда Шендлан снова заговорил, в его голосе послышалась едва сдерживаемая ярость:
 – Проклятый мальчишка! Как он мог найти прореху и спуститься в шахту? Неужели эта маленькая дрянь с розовыми волосами снова спутала мои планы? Только Суру могла помочь ему попасть туда...
 Снова шаги. Шендан обошёл по кругу гроб и заговорил уже спокойнее:
 – Ну, ничего, ничего... С девчонкой я разберусь. Лукиан сказал, что зацепил её. Это дело времени. Мастеру огненных иллюзий интересен только ее разум, так что мы будем в расчете. Работай дальше. Это я забираю.
 
 Шаги начали удаляться. Затем я услышала хлопок двери. Какое-то время гробовщик ходил по комнате, что-то бормоча себе под нос, а затем повернул в двери ключ, погромыхал засовом и ушел.
 Еще несколько минут мы лежали не шевелясь. Затем Ару осторожно выпустил меня, и я поспешила отстраниться. Он взмахнул рукой, и рыжее сияние окутало его пальцы. Плетения складывались одно за другим и просачивались сквозь крышку - поиск чужой магии, поиск живого, поиск демонов. А последнее зачем?
 Наконец, Ару опустил руки и осторожно сдвинул крышку гроба. Затем выбрался сам и помог мне. И тут же поймал мое запястье и увлек за собой к выходу из лавки. Какое-то время он задумчиво смотрел на дверь, прикидывая, кака нам выбраться, не потревожив хозяина. На засове тускло светилось охранное заклинание.
 Я тихо предложила:
 – Позвольте мне.
 Огненный кивнул и отступил на шаг. Я взмахнула руками и сосредоточилась. Нужное заклинание я создавала один раз, и это был предел моей магии. Капли воды потекли с моих пальцев и начали покрывать поверхность двери. Когда ровный слой магии пропитал дерево, я резко взмахнула руками. На пару мгновений дверь стала прозрачной. Я первой шагнула сквозь нее. Ару прошел следом. Как только мы оказались на улице, он пошел вперед, на ходу выплетая скрывающее заклинание.
 Обратно в его квартиру мы возвращались молча и почти бегом. Заходили снова через кухню. Когда мы, наконец, оказались в его комнате, я сначала вздохнула с облегчением, а затем требовательно спросила:
 – О чем он говорил? Что сделал со мной Лукиан? Вы тоже сказали, что он меня зацепил.
 Я боялась, что мне не ответят, но кровник заглянул мне в глаза и сказал:
 – Так работает его магия. Что ты чувствовала, когда он позвал тебя на приеме у ре Айштервицей?
 – Мне захотелось подойти к нему, - призналась я. - Страх как будто отодвинули в сторону.
 – Это и было его влияние. И со временем оно будет расти.
 – И что же делать? - похолодела я.
 – Завтра сделаем все, что нужно. Скоро утро, ложись спать.
 С этими словами он принес из спальни одеяло и вручил его мне. Затем Ару повесил свое пальто на крючок и добавил:
 – Переночую у Руперта. Если он заявится сюда с утра, скажешь, что я занял его гостиную.
 Я прижала одеяло к груди и молча кивнула. Это все было неправильно... Я не должна оставаться здесь. Кажется, Ару истолковал мое молчание по-своему. Он задумчиво посмотрел мне в глаза и медленно произнес:
 – Если не сможешь уснуть, постучишь в соседнюю дверь.
 – Зачем?! - удивленно воззрилась на него я.
 – Накапаю успокоительной настойки одной безголовой практикантке, - огрызнулся он. - Спи!
 После этого он развернулся и вышел, хлопнув дверью. Я осталась стоять и хлопать глазами от удивления. А затем с тоской пробормотала:
 – Ну почему с тобой так сложно, Рой Ару?
 Но беспокоится ему было не о чем. Несмотря на воспоминания, которые навеяла эта прогулка, уснула я моментально.
 Утром меня никто не побеспокоил. Ни Руперт, ни Юлиус Ару. Когда я проснулась, на улице было пасмурно, в окно стучал дождь. Часы на полке показывали почти полдень, и я поспешно вскочила с дивана и побежала в ванную.
 Ару не появлялся, и я решилась выйти из комнаты. Постояла, прислушиваясь к тому, что происходит в коридоре, а затем осторожно открыла дверь. И едва не столкнулась нос к носу с Рупертом. Блондин улыбнулся мне и весело сказал:
 – Проснулась, спящая красавица? Идем обедать, твой учитель уже внизу.
 Вслед за ним я спустилась на кухню. Было ужасно неловко, но Маргарет встретила меня широкой улыбкой и поспешно поставила еще одну тарелку на стол. Ару в мою сторону не смотрел. Я вспомнила о том, что произошло вчера, и поспешно опустила голову, чувствуя, что щеки снова заливает румянец.