Вопреки мечте (СИ)

— Эдвин, почему ты говоришь так, будто я возвращаюсь во дворец навсегда? — подозрительно спросила я.
Командир хмыкнул и скрестил руки на груди.
— Перед тем как улететь на «тренировку», — последнее слова он произнес язвительно, — надо было прочитать свежий выпуск «Столичного вестника».
— Что там? — тут же спросил Алекс.
— Очередная грязь про нашу Арабеллу? — зло спросил Освальд.
Несколько секунд абсолютной тишины, которую нарушали только печальные вздохи ребят, а затем Эдвин все же соизволил объяснить:
— Нет, там ни слова не сказано об Арабелле, — он тяжело вздохнул. — Объявлен отбор невест для принца Империи Альдерамин Аллена Фаранского.
  
Глава 2
 
Арабелла
Услышав новость про отбор для Аллена, я поняла, что время пришло. Мне давно пора выйти в свет, заявить о своих правах на престол и очистить имя Арабеллы Шергонской от грязи, которую на него выливали на протяжении трех лет. Отбор принца Империи Альдерамин — просто идеальный повод, чтобы прибыть в Цефей, попасть в императорский дворец и представить перед всеми аристократами, которые, безусловно, соберутся в столице по поводу столь важного события. А там уже на месте я смогу подать прошение в Сенат, чтобы император рассмотрел мое заявление о признании моего права на престол Королевства Стальных Клинков.
Именно поэтому, я, молча и без истерик, восприняла новость об отборе и пошла собираться в свой дом. Там меня встретила грустная Нэнси, которая уже собрала наши вещи, и ждала моего прибытия. Я понимала причины грусти своей подруги, она не хотела расставаться с Эдвином, но и остаться в части без меня, у нее не было никакого права. Она не гвардеец, и находилась здесь как моя компаньонка, только по личному требованию короля.
— Я уже все подготовила, — сказала она, стараясь говорить бодро и весело. — Вещей у нас не так уж и много, все поместились в две сумки…
— Нэнс, — остановился я, льющийся из нее поток слов. — Я все пойму, если ты захочешь остаться. И с отцом договорюсь о твоем пребывании здесь.
Ее глаза от удивления стали похожи на блюдца.
— Ты знаешь обо мне и Эдвине? — шепотом спросила она, и я еле удержалась, чтобы не закатить глаза. Иногда Нэнси ведет себя, ну прям как ребенок! Гвардейцы отряда номер десять, еще три года назад спалили их отношения, и просто тактично помалкивали.
— Милая Нэнси, это уже давно ни для кого не секрет, — улыбнулась я подруге. — Хватит прятаться, мы все очень рады за вас.
Нэнси присела на стул и стыдливо прикрыла глаза руками. Ну, действительно, как ребенок! Что тут стесняться, все взрослые драконы!
— Белли, он сегодня утром сделал мне предложение, — еле слышно произнесла она, и показала мне руку, на которой сверкало изумительное кольцо, — сразу после того, как голографы и газеты оповестили об отборе для Аллена Фаранского. Он понимает, что я уеду и подтвердил серьезность своих намерений.
Я обняла подругу, искренне радуясь за нее. Она замечательная, и заслужила свое женское счастье.
— Я поздравляю тебя, — сказала я, улыбаясь ей. — Вы чудесная пара. Оставайся здесь с ним, я получу для тебя разрешение.
— Спасибо, но я ухожу с тобой, — твердо произнесла Нэнси, поднимаясь. — Пусть я не твой сателлит, но я с тобой до конца! Восемнадцать лет я мечтала, как ты станешь истинной леди и займешь свое место в высшем свете, и я ни за что не пропущу это событие! К тому же, никто лучше меня не сделает прическу из твоих белоснежных волос!
Я засмеялась и снова обняла ее.
— Я не позволю прибыть тебе во дворец императора, как прислуге, ты войдешь в мою свиту! — твердо сказала я.
Она печально посмотрела на меня:
— Это не по этикету. Ты не может взять в свою свиту драконов без аристократического титула. Твоя цель — восстановить свое имя, а не провоцировать новый скандал.
— Я что-нибудь придумаю, — коварно улыбнулась я своей подруге. — Идем, раз ты точно решила ехать со мной, нам пора. Думаю, отец уже заждался.
Во дворе меня вышли провожать все тринадцать гвардейцев, грустные и печальные. Мне тоже было грустно покидать, ставший родным, отряд номер десять, но я прекрасно понимала, что не смогу провести здесь всю жизнь. И они тоже должны понимать, что раз решили стать моими сателлитами, то будут следовать за мной. Столь откровенная грусть друзей, порядком расстроила, но я решила, что разберусь с этим, когда подпишу у короля все бумаги об их увольнении со службы и присвоении им графских титулов, которые они уже давно должны были получить.
 
Они все станут моей свитой, и это даже не обсуждается! Единственным, кого я не смогу забрать с собой, будет Эдвин, он командир, и отцу придется еще набрать ему новых гвардейцев.
Нас с Нэнси кинулись обнимать, и это тоже вызвало недоумение. Такое впечатление, что мы прощаемся ни на один день, а на месяц! Меня даже в разведку в Альянс не так провожали!
Последним меня обнял Эдвин.
— Скажи отцу, чтобы искал мне замену, я собираюсь уйти в отставку максимум через месяц, — тихо сказал он. — И подбери мне не самых желторотых воинов. Вас мне никто не заменит, но пусть хотя бы половина будет более-менее опытных драконов.
— Хорошо, — также тихо сказала я. — И поздравляю тебя со скорой свадьбой, Нэнси замечательная.
Его удивленный взгляд стал таким же, как у Нэнси, когда она узнала, что я в курсе ее отношений с Эдвином.
— Спасибо, — ошарашено сказал он. — Кто еще знает?
Я тихонечко прыснула.
— О свадьбе только я, а о ваших отношениях все, — произнесла я, наслаждаясь, как его глаза округлились еще больше.
— Даже так…, — протянул он, окидывая подозрительным взглядом свой отряд. — И все молчали?
— Ты — командир, никто не рискнул ничего сказать, — давясь смехом, произнесла я.
— Ну, я на этих молчунах в последний день отыграюсь! — зло прошептал Эдвин, и я впервые искренне порадовалась, что покидаю расположение части и не попадаю в число «молчунов».
— До встречи, — сказала я на прощание своим друзьям и вошла в портал, который перенес меня во дворец короля Королевства Стальных Клинков, где меня тут же заключили в объятия мать и отец.
Мама не смогла сдержать слезы радости, а вот отец строго смотрел на меня.
— Пошли, дочь, нам предстоит серьезный разговор, — произнес он, когда мама, наконец, отпустила меня.
Я не стала спорить. Нам действительно надо было поговорить и определиться, как будет действовать дальше. Мы вдвоем прошли в его кабинет, и он приказал охране никого не впускать и не беспокоить нас.
— Я все ждал, когда же моя любимая дочь, наконец, признается, что разорвала любовную привязку, но этого так и не произошло! — сверкнул он на меня недовольным взглядом. — Ты ничего не хочешь объяснить?
Я виновато поджала губы.
— Забыла, не прокатит? — я попыталась перевести все на шутку, но не сработало.
— Нет, Белла, не прокатит.
Я тяжело вздохнула.
— Мне еще не было восемнадцати, и я боялась, ты отзовешь меня из отряда, а я хотела продолжить службу, — честно объяснила я свои мотивы. — А когда ты узнал, что я разорвала привязку?
— Полгода назад, когда тебя отправили в разведку в Альянс, — произнес он. — Я всегда следил за твоей службой, и читал твои докладные записки. Раньше ты никогда не оставалась в Альянсе дольше одной недели, и никогда не спала на территории отступников. Еще тогда я догадался, что это связано с любовной привязкой, и ты не контролируешь себя во сне. Поэтому, когда ты отправилась в Альянс Мадэна на столь длительный срок, я все понял, и ждал, когда ты сама мне обо всем расскажешь. Но ты вернулась, надо заметить, в свой восемнадцатый день рождения, и продолжила молчать.
— Прости, я собиралась сказать, — только и могла произнести я. На самом деле, я и сама не знала, почему ничего не рассказала отцу, после возвращения из Альянса. Наверное, меня все устраивало, и я не хотела ничего менять в своей жизни.
Отец не стал больше пытать меня этим вопросом, его взгляд подобрел, и смягчился.