Есть только ты (СИ)
Она резко бросила разнесчастную малышку в кроватку, мы даже среагировать не успели, и потянулась к своему переднику. Но тут дракон ее опередил и одним резким движением схватив женщину за шею, приподнял над полом и прорычал:
- Даю тебе пять минут, успеешь сбежать - будешь жить. Не успеешь - пеняй на себя. Время пошло, - и отшвырнул насмерть перепуганную неумелую интриганку от себя.
Женщина упала на пол, встала на четвереньки и быстро начала пятиться к двери. На выходе она неуклюже поднялась и пустилась бежать, громко стуча каблуками. Надеюсь, она медленно бегает и дракон успеет ее настичь, не дав избежать заслуженного наказания. Мне так жалко стало эту крошечную, беззащитную малышку, которая за свою короткую жизнь уже успела повидать и смерть матери, и безразличие отца, и жестокость родной тетки. Я осторожно подошла к ажурной золотой люлечке, в которой рыдал младенец, очень бережно взяла на руки и стала тихонько покачивать, напевая колыбельную, нежно обнимая и прижимая к себе. Сердце словно сдавило стальным обручем, от переполняющей щемящей нежности и необъяснимой тоски, я не могла сделать ни вдох ни выдох. Пока не услышала тихое у себя за спиной:
- Дыши, Эва, дыши...
Саймон приобнял меня за талию, положил голову мне на плечо и смотрел на свою дочку с тоской и болью.
- Она родилась недоношенной, а ее мать умерла при родах. Мариель, к сожалению, не удалось спасти.
- Я так и знала, что ты не мог ее съесть, - всхлипнула я от переизбытка эмоций и по моим щекам потекли слезы.
- Эва, не надо не плачь. Что ты хочешь, чтобы я сделал? Только не плачь, я теряюсь в такие моменты...
- Саймон, ты прожил две тысячи лет и до сих пор не научился правильно реагировать на женские слезы?
И после утвердительного кивка сильного и бесстрашного дракона, вытерла слезы и твердо произнесла:
- Я буду ее няней и не доверю больше ни одной охотнице за сокровищами свою девочку!
Саймон на секнудку замер, а затем крепче сжал свои сильные руки на моей талии и неуверенно прошептал:
- Хорошо, кто я такой, что бы стоять на пути у истинной любви и счастья. А у тебя нет случайно детей? Просто ты так ловко управляешься с малышкой, что я подумал будто у тебя обязательно должен быть подобный опыт.
Так мы и стояли обнявшись в тишине детской комнаты, боясь пошевелиться и не разбудить маленькое розовощекое чудо, заснувшее в моих ласковых руках.
А я задумалась, что действительно, откуда я могу знать колыбельные; как правильно поддерживать головку; о том, что крошке необходимо чувствовать тепло и объятия, любовь и нежность своих родителей. Но так и не смогла ничего вспомнить о причинах приобретения таких нужных сейчас навыков. Не придя ни к каким вразумительным ответам, сделала вывод, что это у меня заложено в генах, а колыбельные, да мало ли? Может слышала от кого из своих многочисленных подружек, у которых по двое, а то и по трое детей уже есть.
А почему же у меня там в своем мире, не было детей? Почему к своим тридцати с хвостиком, я не родила себе маленького чудесного карапуза? Ведь всегда мечтала о мальчике и двух девочках. Видимо, не нашлось достойных на роль отца...
Ладно, значит не дал бог там детей, будем растить и любить здесь маленького дракончика. и тут меня осенило:
- А она уже умеет превращаться в дракона?
- Золотко мое, ты что? Наши дети приобретают этот навык годам к пяти, когда уже начинают понимать суть своей природы.
- А что будет, когда меня Дариус найдет? Ты меня ему отдашь? Тогда только с ... - я замялась, потому что не спросила имени малышки, повернула голову немного в бок и поинтересовалась, - Как ее зовут?
- Я не дал ей имени. Смерть моей жены ввергла меня в пучину боли и страданий, и как- то... я даже не могу на ребенка лишний раз взглянуть. Она очень похожа на мать...
Дракон за моей спиной напрягся всем телом, глаза заблестели в свете приглушенного ночника, губы дрогнули, словно он хотел еще что-то добавить. Но промолчал. Видимо слишком личное, слишком свежи раны в сердце такого сильного и стойкого мужчины.
- Давай назовем ее, Саймон! Такая красивая девочка и без имени... - тихонько позвала его, вырвав из собственных тяжелых воспоминаний.
- Хорошо. Пусть будет...
- Энже... - вырвалось у меня. - Ты не против? В переводе с одного из языков нашего мира - это жемчужина, - вспомнилось мне одно из имен, которыми я хотела бы назвать свою дочку.
- Энже, - протянул тихонько Саймон, - а мне нравится. Пусть будет Энже. За Дара не переживай, я все решу. Только от тебя будет зависеть, уйдешь ты с ним или нет. Без моей дочки! - с нажимом уточнил дракон.
- Хорошо. И спасибо, что разрешил мне остаться рядом с дочкой. Я ее никогда не обижу, я уже люблю ее, как родную, как свою собственную. С самого первого взгляда ее бездонных синих маленьких глаз, с самого первого ее несчастного крика, там внизу. Я буду самой лучшей мамой, няней, подругой, приятельницей, компаньонкой по шалостям, по озорным проказам. Я буду тем, кем она захочет... Я и тебя научу ее любить, самозабвенно и бескомпромиссно. И можно нам одну комнату на двоих?
- Эва, это же не твоя дочь, не твой ребенок? Почему ты хочешь ее растить, любить и быть рядом? - недоумевал дракон.
- Саймон, послушай. У нее никого нет, никого, понимаешь? Ты не в счет, твоя рана еще слишком свежа и кровоточит. Ты не сможешь дать ей и сотой доли той любви, что скопилась у меня внутри. Я чувствую ее, но не могу выплеснуть, не на кого было. Но теперь есть. У меня также, как и у нее - никого больше не осталось. Возможно, через год-два ты снова женишься и кому она тогда будет нужна? Если твоя новая жена будет к ней хорошо относиться, я буду только счастлива. Но не отнимай ее у меня, я прошу тебя, я тебя умоляю. Она мое спасение, моя отдушина в этом враждебном чужом мире. Скажи только, если я буду лишняя, если буду мешать, дай только намек и я стану невидимкой, стану тенью, но не прогоняй меня от Энжи, пожалуйста... - не удержалась и снова всхлипнула.
Малышка, словно почувствовав мое расстроенное настроени, зашевелилась в моих руках, недовольно закряхтела, причмокнула смешно губками и спокойно дальше засопела.
- Она же голодная! Чем вы ее кормили? - вдруг вспомнила я недовольное борматание той жестокой женщины.
- Понятия не имею, - был виноватым тоном мне ответ, - Ох, уж эти мне мужчины! Пойдем! Буди кухарку, шеф-повара, кто тут у тебя на кухне самый главный?
- Повар. Сейчас.
Он быстро выскочил из комнаты, а уже через пару минут вернулся с заспанным, несчастного вида, кругленьким мужичком за шкирку, который непонимающе хлопал глазами и переводил перепуганный взгляд с меня на дракона и обратно.
- Говори, чем кормили ребенка? - слегка тряхнул его Саймон.
- Так это, ясное дело чем. Кормилица у нас живет, приглашенная заранее. Предыдущая еще хозяйка настояла на ее присутствии. Она спит в соседней комнате. Вон та дверь ведет в ее спальню.
И повар показал на маленькую неприметную дверь, сбоку от кроватки.
- Выйди и жди в коридоре, - отпустил, правда недалеко, видимо на всякий случай.
Размашистым шагом преодолел комнату и открыл указанную дверцу. А там картина не лучше. На большой кровати, раскинув руки в разные стороны, лежала и храпела на всю спальню пышная дамочка, явно сельского происхождения. Здесь же по полу была раскидана одежда в ужасном беспорядке вперемешку с пустыми бутылками в розовых потеках. В воздухе стояло такое амбре от винных паров, что можно пару раз вдохнуть и будешь пьян.
Наверное, не будь у меня в руках свертка с младенцем, дракон бы ревел и плевался огнем во все стороны от бессилия и осознания всей плачевности ситуации. А так, с явным трудом сдержавшись, развернулся к нам и показал жестом, мол идите обратно в свою спальню. Только в сверкающих яростью глазах, отражалась вся буря эмоций, что бушевала в отцовском сердце. Я молча, без разговоров вернулась в комнату ребенка. Если он ее и убъет, то это будет вполне заслуженно и мне лучше этого не видеть. И, да, я бы убила... кормить младенца и пить спиртное, что здесь вообще происходит? Мир другой, а непутевые мамаши всё те же...